Чтение онлайн

У Йёрана на работе проходила инвентаризация, поэтому Мария ждала его домой поздно вечером. Полная решимости и оптимизма, она усадила дочку на стул и спросила, кем та хочет быть.

— Никем, — ответила Тереза.

— Нет, я имею в виду, на маскараде. Чей ты хочешь костюм?

— Ничей.

— Но у нас есть куча всего. Давай оденем тебя привидением или монстром, да кем угодно! Выбирай!

Покачав головой, Тереза поднялась со стула, собираясь вернуться к себе в комнату, но Мария заставила ее снова сесть.

— Дочурка, любимая, все дети придут на маскарад одетые кем-нибудь. Ты хочешь быть единственной, у кого не будет костюма?

— Да.

Мария потерла виски. Не то чтобы ей было тяжело. Просто желание дочери представлялось ей абсурдным. Мария не могла назвать ни одной причины, по которой ребенок не хотел бы пойти на маскарад в костюме. Но она удержалась от резких замечаний и сделала то, что делала, возможно, слишком редко. Она задала вопрос:

— Хорошо. Объясни мне, пожалуйста, почему ты не хочешь идти в костюме?

— Просто не хочу, и все.

— Но почему? Это же так весело, ты можешь одеться кем-нибудь другим!

— Я не хочу быть никем другим.

— Но это же маскарад, там все в кого-то переодеваются.

Без костюма туда нельзя.

— Значит, я не пойду.

Позиция Терезы была столь же ясна, сколь неприемлема для Марии. Позволить дочке по собственной прихоти превратиться в изгоя она не могла. Тереза слишком мала, чтобы понимать, чем ее нынешнее поведение может обернуться в будущем, поэтому долг Марии вмешаться и не допустить этого.

— Значит, так, — произнесла она. — Ты пойдешь на маскарад, и ты будешь в костюме. Прими это как факт. Теперь только осталось решить, в кого ты переоденешься, ну?

— В банан, — ответила Тереза, глядя на мать.

Будь у Марии иное чувство юмора, она бы посмеялась от души над демонстративным ответом маленькой упрямицы, а потом подобрала бы ей желтый костюм. Но Марии было не до шуток.

— Хорошо, — кивнув, горько сказала она. — Не хочешь сама выбирать, я сделаю это за тебя. Сиди, я сейчас вернусь.

Возможно, некоторые черты характера достаются нам от родителей. В таком случае страсть к упорядочиванию была у Терезы от матери. Мария быстро нашла в шкафу большую коробку, подписанную «Маскарадные костюмы». Арвид с Улофом, в отличие от сестры, не имели ничего против переодеваний. Через несколько минут Мария вернулась в кухню с гримом красного и черного цвета, черным плащом и пластиковыми зубами с выдающимися клыками.

— Будешь вампиром, — объявила она дочке. — Ты ведь знаешь, кто такие вампиры, да?

Тереза кивнула, и Мария восприняла это как знак одобрения.

Йёран вернулся домой в восемь, и прямо на пороге Мария попросила его съездить в школу, забрать дочку с дискотеки. Он развернулся и на автомате пошел обратно к машине. Неделя на работе выдалась такая, что он чудом дожил до пятницы.

Когда Йёран подъехал к школе, из спортзала доносилась громкая музыка, а у входа играли в догонялки переодетые ведьмами и привидениями дети. Йёран потер глаза и проморгался. Ему нужно сейчас войти в этот сотрясаемый музыкой зал, полный разгоряченных детей и их дружелюбных родителей. Нет, он не выдержит. Больше всего сейчас ему хотелось оказаться дома, но он должен превозмочь себя и увезти дочь. Собрав остаток душевных сил, Йёран поднялся на крыльцо и вошел внутрь, кивками и улыбками приветствуя других родителей, с радостью организовавших этот маленький ад.

Полутемный зал освещали разноцветные лампочки. Пол был усыпан леденцами и попкорном. Дети из младших классов, одетые разнообразными монстрами, бегали друг за другом по залу под песню Маркулио, где речь шла о том, как он, катясь по склону на лыжах, въехал в елку и повредил свой «инструмент». Йёран прищурился, пытаясь найти в этой толпе дочку. Ему пришлось сделать круг по залу, прежде чем он обнаружил Терезу, одиноко сидящую на стуле у стеночки со сложенными на коленках руками. Ее глаза были обведены черным, а рот казался распухшим. Из уголков губ текла нарисованная кровь.

— Здравствуй, дочка. Ну что, поедем домой?

Тереза взглянула на отца. Ее глаза сверкали, выделяясь на фоне черных кругов. Она поднялась со стула, и отец протянул ей ладонь. За руку она его брать не стала, но пошла за ним к выходу.

Йёран с облегчением захлопнул дверцу машины. Наконец они снова одни, и все звуки приглушены. Тереза сидела на пассажирском сиденье, глядя прямо перед собой.

— Ну, как все прошло? — спросил он, покосившись на дочку.

Тереза промолчала. Йёран завел автомобиль и вырулил со школьной парковки. Когда они выехали на шоссе, он поинтересовался:

— Конфет-то поела?

Тереза что-то пробормотала в ответ.

— Не понял, повтори.

Снова неразборчивое бормотание. Йёран взглянул на дочь:

— А что у тебя во рту?

Тереза открыла рот и показала вставные пластиковые зубы с клыками вампира. У Йёрана по спине побежали мурашки. На секунду ему показалась, что она выглядит отталкивающе.

— Ты уже можешь их вынуть, дорогая, а то папа не понимает, что ты ему говоришь.

Вынув зубы, Тереза зажала их в кулаке, но по-прежнему молчала.

— Так что, вас угощали леденцами? — попробовал Йёран еще раз.

Девочка кивнула. Уставший Йёран выдумал лишь одну фразу, которой смог продолжить этот диалог:

— Вкусно было?

— Я не могла попробовать.

— Почему же?

Тереза подняла руку с зажатыми в кулаке зубами и показала отцу. У Йёрана защемило в груди.

— Детка, ты ведь могла их вынуть… и поесть конфет, — сказал он с грустью.

Тереза покачала головой и до самого дома не произнесла больше ни слова. Лишь когда Йёран заглушил мотор и они остались одни в темноте и тишине, она произнесла:

— Я говорила маме, что не хочу идти. Я говорила ей!

Семья Терезы жила в одном из новых домов, которые построили на месте бывших полевых угодий. От ближайших соседей их отделяла тонкая полоска леса. В лесу было два больших камня, а вернее, даже две скалы. Одна из них располагалась над другой таким образом, что под ними образовалось что-то наподобие грота. Той осенью, когда Терезе должно было исполниться десять, она стала все больше времени проводить в этом лесном убежище.