Чтение онлайн

— Кхм, — услышала покашливание за спиной, — прости, я помешал тебе.

Рой стоял в дверном проёме, облокотившись, с голым торсом, выглядя при этом удивительно притягательно. Во всех его движениях, даже в статичной позе, чувствовалась сила и какая-то хищная грация.

— Нет, не помешал, — Надежда улыбнулась и смотрела, как плавно двинулся Рой к широкому креслу, подходя по пути к Наде, чтобы увлечь её за собой.

Сел сам, чтобы, потянув, усадить женщину на колени.

— Мне следует объясниться… — Рой смотрел прямо в глаза Наде, и от этого её тело покрылось крупными мурашками.

— О чем ты? — она говорила тихо, как будто их могут услышать.

— Почему мы не вместе сейчас.

— О, ты не должен, это вовсе не обязательно.

— Я ощущаю, что это обязательно, и я хочу этого, это сродни безумству, похоже на навязчивую идею… я думаю, нам нужно некоторое время и пространство прямо сейчас. Всё, что происходит — очень интенсивно, интенсивней, чем я был готов, и ты, вероятно, тоже. Я не ошибаюсь?

— Да, очень интенсивно…

— Это пугает тебя? — он внимательно посмотрел на Надежду, она отвела взгляд, потому что понимала всю никчёмность своего желания соврать о своей храбрости.

Всё, что происходило и происходит в жизни Нади, и особенно всё, что связано с актёром Роем Флемингом — пугало её. В последнее время всё больше и чаще.

— Пугает, — она ощутимо вздрогнула, когда его пальцы прошлись по её распущенным волосам, и он слегка царапнул ногтями кожу голову.

— О, боже, я хочу тебя, у меня колени сводит от желания, ты, похоже, дразнишь меня, — она шептала быстро, на русском.

— Ещё что-нибудь скажи, — на английском.

— Это ужасно, то, что я говорю тебе это, даже унизительно, должно быть… не помню, чтобы я хоть раз испытывала подобное. Просто ужасно, что это именно ты… неужели это не мог быть кто-то другой… хоть сантехник из нашего ЖЭКа. Как будто мало мне неприятностей…

— У вас красивый язык, говори.

— Ты с ума сходишь от желания, как и я… — она перевернулась так, что оказалась лицом к лицу с Роем. Обхватив его ногами, Надя не выдержала и стала тереться о мужчину.

— Надья, — Рой звучал хрипло, приглушённо и предупреждающе, однако все его движения говорили о взаимном и остром желании близости.

— Может, нам следует немного подождать, дать тебе время?

— Для чего? — Надя недоумевала от возражений Роя, тогда как невербальные знаки говорили ей совсем другое.

— Немного пространства, тебе необходимо немного пространства, ты напугана. Я вижу это.

— Хорошо, — она нахмурилась и попыталась встать, но мужская рука удержала её, а следом губы, которые накрыли поцелуем, настолько сминающим, что Надя скорее вцепилась в ответ в мужские губы, а не просто ответила на поцелуй.

Она почувствовала, что Рой поднял её, а ведь её вес был далёк от стандартов… Но он легко нёс Надежду в сторону её спальни и не оставлял её губы.

Открыв ногой дверь, он в темноте прошёл к кровати, стоявшей не по центру комнаты, как это часто бывает в отелях, а вдоль стены, и матрас отпружинил, когда Рой опустился на него вместе с Надей.

Они целовались какое то время, и бешеное, мало контролируемое желание Надежды превращалось в тягучую истому… Она тихо стонала и прижималась всем телом к мужчине, желая ещё большего контакта.

Ей казалось, что она парила от поцелуев, разных, от практически невесомых, до алчных, прикусывающих, стремящихся захватить…

Игра языками, телами, руками приводила Надю в неистовство, уводя за грань желания, пока она не почувствовала прикосновение мужских пальцев на самом чувствительном месте, прикосновение умелое, и Надежда погрузилась в оргазм мгновенно, вцепившись Рою в плечи, она напряглась, а потом стала словно проваливаться в мягкость матраса.

Все её дальнейшие движения были остановлены Роем, несмотря на то, что ей было более чем очевидно его желание…

— Скоро выезжать за твоим подарком, Надья.

Надежда провела рукой по груди Роя, отчего его пробила крупная дрожь, но всё, что последовало за этим:

— Тебе обязательно нужно поспать.

— Ладно, — Надя не видела смысла в поведении актёра, но и принимать на свой счёт не стала. В своём поведении и реакциях она тоже не видела смысла.

Интенсивно… Рой был прав, всё было слишком, даже отчаянно интенсивно, и, конечно, это пугало Надю своими последствиями. Это всё меньше походило на сказку, а Золушке, вероятно, уже вот-вот принесут не подходящую ей туфельку. Рой Флеминг не подходил Надежде, как и она ему.

Когда Надя села в небольшое, странного вида авто, за рулём которого сидел Рой, было темно, рассвет ещё не торопился, только небо поменяло оттенок на более светлый. И стремительно гасли звёзды.

Рой протянул ей бумажный стаканчик с кофе.

— Тебя было не разбудить, но надо поторопиться, я налил кофе в термос.

— Спасибо, — она отпила глоток, — ты сварил кофе и перелил его в термос? — сама мысль о Рое Флеминге, который сам переливает в термос кофе, показалась ей странной.

— Сварил не я, а кофе-машина, — Надя вспомнила, что в помещении, выполняющем функцию кухни, была кофеварка, — а я перелил в термос. Ты говоришь так, словно я запустил коллайдер.

— Просто… ты же Рой Флеминг!

— Да. Это я, — он улыбнулся и повёл бровями, — и у меня есть руки, которыми я определённо умею пользоваться. Так что я могу нажать на пару кнопок на кофе- машине и даже умею готовить некоторые блюда.

— Какие?

— В основном десерты, для племянников.

— Ооооо, — Надежда сглотнула от мысли о сладком.

— Сам я почти не ем, в связи со съёмками мне нужно быть в определённой форме, иначе бы моим племянникам не доставалось ни кусочка.

— Понимаю. Я толстею, даже когда смотрю на сладкое…

Рой засмеялся и бросил взгляд на декольте Надежды. Говорящий взгляд. Довольный.

— Думаю, тебе не нужно сильно усердствовать с диетой, десерты на твоём теле находят самые аппетитные места, — подмигнул.

Надежда с интересом смотрела по сторонам, но мало что видела. Тёмное небо, очертания гор и на их фоне — следы присутствия человека: дороги тонкой лентой вдоль скал и домики.

— Неееееет, — Надя смотрела на людей и оборудование вокруг неё и нерешительно отступала куда-то назад, при этом всё ещё держась одной рукой за Роя.

— Ты боишься высоты?

— Не боюсь, ты как-то спрашивал, но это, — она махнула рукой в сторону аппарата, не внушающего никакого доверия, — безумие.

— Жизнь безумна, Надья. Опасна и в то же время прекрасна. И она быстротечна. Как рассвет, который сейчас будет. У тебя есть только один шанс увидеть сегодня рассвет с высоты птичьего полёта.

— Я боюсь. Ты сумасшедший! — она завизжала, обведя глазами присутствующих, которые, казалось, не обращали внимания на практически истерящую женщину. Каждый сосредоточенно занимался своим делом.