Звезды и стрелы
Шрифт:
Здоровяк нас уже не слушал. Сунув кошелек в карман, он вновь принялся за раскопки, бормоча себе что-то под нос.
— Мне наша затея нравится все меньше и меньше, — толстяк покачал головой. — Ну что, пойдем, прокутим твои двести долларов?
Я стряхнул потную ладонь ирландца со своего плеча и усмехнулся.
— В таком количестве виски можно будет утопить тебя вместе с лошадью!
— Так мы же не все пропьем, там есть еще и девочки! — Шеймус мечтательно закатил глаза. — Есть даже две ирландки! У них кожа белая как молоко, а волосы красные, как пожар!
— Пойдем, покажешь мне, где торгуют лошадьми, — сказал я. — Если деньги останутся, так и быть навестим твоих красоток!
Шеймус подозрительно прищурился.
— Ты думаешь, что девчонки стоят дешево?
— А ты думаешь, что я не умею торговаться? — парировал я.
Огромный черный скакун смерил нас с Шеймусом презрительным взглядом и громко заржал.
— Это великолепный конь, — торговец гордо выпятил грудь. — Он принадлежал самому генералу Ли!
Торговец лошадьми походил на отставного сержанта. Выправка у него была что надо, а на крупах лошадей стояли армейские клейма.
— Генералу Ли? — присвистнул Шеймус. — Как же он у вас оказался?
— Это длинная история, — вздохнул торговец. — Можно сказать, что он достался мне по наследству.
Я протянул к коню руку и пошевелил пальцами. Животное насторожило уши и отступило назад.
— Генерал Ли купил этого великолепного скакуна в шестьдесят первом у генерала Джеба Стюарта за двести долларов! Они вместе прошли всю войну, и вот, теперь он стоит перед вами, живой свидетель великих событий, боевой товарищ великих людей!
— И сколько же вы хотите, за эту легенду? — усмехнулся Шеймус.
— Двести долларов! — ответил торговец, не моргнув глазом.
— За Путешественника генерала Ли было бы не жаль отдать такие деньги, — кивнул я. — Ему, правда, уже должно бы быть лет десять, а вашему красавцу лет пять от силы.
Торговец удивленно вскинул брови.
— Или это не Путешественник? — я подошел к жулику поближе. — Наверно это Люси Лонг? Именно ее генерал Стюарт подарил генералу Ли в шестьдесят втором?
У торговца постепенно начали выпучиваться глаза из орбит.
— Если это Люси Лонг, то почему я вижу у нее под хвостом пару здоровенных яиц? — спросил я, делая еще шаг вперед, так что торговцу пришлось попятиться.
— Может это я что-то напутал, — пробормотал он, отступая назад.
— Двести долларов! — засмеялся Шеймус.
— Сто пятьдесят! — быстро поправил его торговец. — Я сказал сто пятьдесят!
— Путешественник был серой масти, — добавил я. — Я своими глазами видел, как он сломал генералу Ли обе руки при второй битве за Булл Ран.
Торговец разинул рот и тяжело задышал.
— Сто долларов, господа! — пробормотал он. — Это почти даром!
— Такой подарок нам и даром не нужен! — отрезал Шеймус и уважительно посмотрел на меня.
— Покажи-ка ты нам лучше вон тех аппалуза! — я показал пальцем на изящных пятнистых лошадок стоящих в дальнем углу загона.
Торговец тут же оживился, и на его лице вновь расцвела улыбка.
— О, прекрасный выбор! — залопотал он. — Это несравненные скакуны, из последней партии, что мы приобрели непосредственно у индейцев нес-персе, перед Большой Индейской войной!
Мальчик конюх поспешно подвел к нам лошадок. Оба скакуна были в отличной форме. Мускулы плавно перекатываются под лоснящейся шкурой, а полосатые копыта касаются земли с такой легкостью и изяществом, что животное кажется невесомым.
Я протянул скакуну, что покрупнее, яблоко. Он осторожно взял его с ладони своими пятнистыми губами и тихонько заржал.
— Это очень дорогие кони, — торопливо забормотал торговец. — Глядите, у них стоит оригинальное клеймо нес-персе!
Я больше не обращал на назойливую болтовню никакого внимания.
— Сколько лет этому красавцу? — спросил Шеймус, указывая на жеребца, которого я кормил яблоком.
— Этому? — торговец задумчиво вскинул брови. — Ему всего-то пять лет! Сами посмотрите, я вас обманывать не стану!
Я погладил скакуна по морде, и осторожно приподнял ему переднюю губу.
— Видите, какие передние зубы аккуратные и ровные, — торговец подошел ко мне вплотную и мы вместе уставились на зубы животного. — Ну, максимум шесть лет! Он вам верой и правдой послужит, у него еще вся жизнь впереди!
Конь перестал жевать, и я смог рассмотреть его зубы получше.
— А почему у него верхние и нижние зубы не сходятся? — спросил я.
Торговец пожал плечами.
— Должно быть, особенность породы, просто прикус не ровный, — сказал он. — Я же не нес-персе, чтобы дать вам ответ на такой каверзный вопрос!
Шеймус перегнулся через ограждение и тоже заглянул животному в пасть.
— А я вам скажу, почему, — я ткнул ирландца пальцем в живот. — Гляди, когда коню хотят сбросить пяток другой лет, ему подпиливают передние зубы, но до задних зубов не могут добраться, вот поэтому-то у них рот полностью и не закрывается!
— Да ты, брат, тот еще жулик! — хмыкнул Шеймус, демонстративно хватаясь за револьвер.
Торговец попятился, оружия у него не было.
Тем временем я осмотрел второго скакуна, и остался вполне доволен.
— Вот этому действительно пять — шесть лет! Сколько вы за него хотите?
Платочек, который торговец держал в руке, совсем промок от пота.
— Я же говорил, это очень дорогие кони, — пробубнил он. — Только для настоящих знатоков…
— Сколько? — повторил Шеймус.
— Шестьсот долларов, — торговец потупился. — Ни центом меньше.
— Надо же, даже дороже чем Путешественник генерала Ли! — у ирландца округлились глаза. — Уважаемый, мы покупаем не слона и не дом с участком, а всего лишь лошадь!
— Такова цена, — торговец не сдавался. — Шестьсот!
— Я дам вам сто, — предложил я.
— Шестьсот! — торговец надменно выпятил подбородок. — Это мое последнее слово! Не подходит, идите к черту!
— Сто и пулю в брюхо! — предложил Шеймус.