Чтение онлайн

— А манганы могут стать монстрами? Вернуться к исходнику?

— В принципе, да. Но мне это не нужно, — отрезала Рейя.

— Почему? — искренне удивилась я, — ведь это гораздо больше возможностей!

— Я с детства воспитывалась, как мангана. У меня такое мировоззрение и мироощущение.

— Ну, а я вообще землянка. Для меня многие вещи были дикостью поначалу. Но теперь я вряд ли уже смогла бы добровольно от этого отказаться.

— Ты ещё не знаешь всех прелестей морали монстров. Но ещё узнаешь…Хотя в некоторых вещах, пожалуй, манганы их переплюнули всё-таки, — усмехнулась Рейя.

— Интересно! — я уселась в кресло и приготовилась слушать.

— В двух словах: монстры отличаются на редкость свободной моралью и нравами.

Манганы же — полным отсутствием таковых. Именно поэтому мы и покинули… — но тут она осеклась.

В эту секунду в зал, буквально ураганом, ворвался Даст, злобно сверкая глазами.

— Кончай болтать!! — рявкнул он.

Рейя вжалась в кресло и молча смотрела на него. Он тоже замолчал и лишь сверлил её острым взглядом. Выражение же её лица попеременно менялось: то испуганное, то По затянувшейся паузе я поняла, что они общаются телепатически. А разве они забыли, что монстры это тоже могут? Я, из принципа (ну откуда у монстров моральная этика?), решила «подслушать». Ведь, я так справедливо полагала, речь шла и обо мне тоже. А за спиной, как известно, не шепчутся.

Едва я успела «услышать» оправдывающийся телепатический голос Рейи:

— Я не сказала ничего лишнего. Я только объясняла разницу между монстрами и манганами…

Как Даст рявкнул вслух уже в мою сторону:

— Что? Совсем никаких хороших манер? Нормально подслушивать!

Ой, ну кто бы говорил о хороших манерах! Ещё раз заорёт на Рейю — не посмотрю, что это не моё дело: разозлил он меня. Вмешивается в наше общение в самый интересный момент! Ну, чего ему надо от сестры? Странные у них какие-то отношения…И как она его терпит?

Но тут Рейя вскочила и закричала:

— Это невыносимо, сил моих больше нет! Сколько ещё это будет продолжаться?!

Издеваешься надо мной, как хочешь, а мне что — молчать?

Она зарыдала, а я сидела, оторопев, молча.

— Заканчивай свой спектакль, — приказал Даст, язвительно, но несколько поостыв.

Однако, я видела, что девушка рыдает искренне. Моё сердце сжалось, но я пока не решалась вмешиваться.

— Я закончу! — как-то угрожающе пообещала Рейя, — ты пожалеешь… Но будет поздно!

Я слишком устала от тебя. Прощай!!

Она вскочила на ноги и в её руке, откуда ни возьмись, блеснул «Пент — 140» — мощная пушечка, стреляющая разрывными. В следующий миг Рейя направила ствол себе в голову. Крик застрял у меня в горле и вырвался наружу вместе со звуком выстрела…

— Рейя-а-а! — я вскочила, вся дрожа, но ноги подогнулись и я снова рухнула в кресло.

Печальное и жуткое зрелище: море крови и в нём — Рейя, с размозженной головой.

Зелёные волосы постепенно окрашивались красным…

— Господи!.. — вздохнул Даст, — с ней всегда одни только проблемы…

— Ты что?! — я не могла поверить в происходящее, — ты соображаешь, что говоришь?

Понимаешь, что произошло?!

— Ничего особенного, — махнул рукой Даст, — мне не привыкать. Просто ей нечего было мне ответить.

— Идиот! — у меня наконец-то получилось вскочить, — она ведь застрелилась!

— Перебесится, — Даст отвернулся и вышел. Я, не веря глазам своим, проводила его взглядом.

— Ну и пошёл ты! — услышала я вдруг позади себя голос Рейи и, подскочив от неожиданности, оглянулась.

Она стояла на ногах живая и невредимая. О произошедшей трагедии напоминала лишь лужа застывающей крови на полу. Рейя глубоко вдохнула и резко выдохнула, видимо набираясь сил. Всё-таки это представление не прошло даром.

Видимо, мой вид был уж очень жалок, так как она успокаивающе повела плечами:

— Прости, я тебя, наверное, немного напугала?

И всё же дар речи упорно не хотел ко мне возвращаться, потому Рейя стала торопливо пояснять:

— Манганы не могут умереть так, как большинство представителей других рас. Мы можем инсценировать свою смерть, но тут же снова ожить. Это настолько привычно для манган, что приравнивается у нас к простой истерике. Понимаешь, наше тело легко трансформируется, меняет форму… В общем, скажу короче — умереть, в понимании не манган, мы можем лишь путём распыления нас на атомы. Всё остальное — просто развлечения. Я ведь тебе говорила, что манганы — экстремалы?

Я вытерла выступивший холодный пот и разозлилась. Она так легко относится к смерти! Будто это просто детская игра. Вероятно, для неё это так и есть, но Алзар снова встал у меня перед глазами… Сначала я считала его мёртвым, потом узнала, что он жив. Сколько пришлось пережить! А для неё — это просто игра в смерть…

— Хочешь, ещё раз покажу? — вошла в азарт Рейя и схватилась за «Пент».

— Нет! — вскрикнула я.

— Тогда, может, мне перерезать себе…

— Не надо!!!

— Ладно, как хочешь, — она пожала плечами, — просто этот мерзавец достал меня.

Она, как ни в чём не бывало, уселась в кресло и проследила мой взгляд:

— А, это… — кровь уже застыла, лужа была весьма живописной, — уберу потом. После вечеринки. Мы уже подлетаем!

Она кивнула мне на иллюминатор.

Мы приближались к огромному, важно висящему в космосе, астероиду по имени Лаплар.

Это была моя первая межгалактическая вечеринка. Раньше по возрастным меркам я не бывала к ним допущена. Хотя и очень мучало любопытство: какое же оно — взрослое веселье?

Мы мягко сели на поверхность астероида, прямо на посадочном пятачке, где уже виднелось множество самого разного транспорта, неподалёку от интересного круглого невысокого серого здания. Оттуда прямо доносились крики, шум и совершенно безумная музыка, от которой у меня просто волосы зашевелились. Похоже музыка здесь звучала на самых различных частотах. В том числе — ультра- и инфразвуке, вероятно, для восприятия её существами самых разнообразных рас. Рейя заметно оживилась.

— Пойдём! — она схватила меня за руку и, буквально потащила наружу.

Окружающий пейзаж на астероиде был прикольным, совершенно непередаваемым, с мистическим оттенком. Естественное освещение — довольно слабое сияние, исходящее вроде бы сверху, но из неизвестного, невидимого глазу источника. По крайней мере, я такового нигде не обнаружила и пришла к выводу, что это — результат искусственного спутника, запущенного на орбите астероида, чтобы отражать свет какого-то далёкого, недосягаемого светила. Окружающая природа, если её можно назвать природой, очень «живописна» — Сацерон (пусть космос ему будет пухом!) вообще «нервно курит в углу»! Всё такое нереально неподвижное, застывшее, мёртвое, как стоп-кадр в прокрутке старой-престарой киноплёнки… И только один небольшой оазис, откуда веяло жизнью — собственно, лапларский бар с дивным названием «Химера».