Чтение онлайн

Стэнхоуп, "Предтечи Империи", стр. 76

Жюль с Иветтой изучали, анализировали и вновь просматривали сверхсекретные материалы, записанные на сорока семи кассетах; наконец, по столь же сверхсекретным каналам отослали их обратно Верховному. Затем, более или менее открыто, они посетили большинство районов Земли.

В результате этих многочисленных путешествий у них сложилось четкое ощущение: творится что-то неладное. Безопасность Империи дала трещину - и не где-нибудь, а в пределах охраняющей ее Службы!

По мнению Жюля и Иветты д'Аламбер ситуация требовала активных - и немедленных!
– действий. Если Служба "подцепила легкий насморк", то для сотен отдаленных планет это означало угрозу двухсторонней пневмонии. Служба Безопасности была центральной нервной системой всей Империи, и любая колония, любой новый мир, каждая частица пространства, заселенная людьми, дрожали и сотрясались, когда нечто инородное задевало самый крохотный ее нерв.

По мере накопления данных сформировались два возможных способа действий. Они могли продолжать тщательное, методичное расследование - в надежде на то, что рано или поздно натолкнутся на невидимую брешь, через которую утекала информация... или же с головой окунуться в водоворот подозрительных событий и фактов, начать азартную и опасную игру, балансировать на лезвии ножа, выставляя себя в качестве приманки, рискуя всем и рассчитывая только на свои мышцы, волю и разум. У них был выбор.

В действительности же его не имелось - они были из рода д'Аламберов и привыкли играть со смертью.

– Учитывая все полученные данные, я вижу три - за исключением самого Дэрворда - точки, вызывающие наибольшие подозрения, - задумчиво сказал Жюль. Алгония, Невандер, Эстон. Между ними - десятки световых лет... И три поддельные Грамоты, словно приманки, разбросанные в разных уголках Империи! Восемьдесят девять лучших агентов... Вряд ли мы обладаем большей сноровкой, чем многие из них... а ведь им была обеспечена поддержка региональных отделений Службы!

– Продолжай, Жюль. Что же ты предлагаешь?

– Нам придется самим отправиться туда.
– Жюль уткнулся подбородком в скрещенные руки.
– Но вот вопрос - с какой легендой?

– Ну, за землян нам не сойти, - Иветта, пожав плечами, бросила взгляд на мощную фигуру брата.
– И за поселенцев с Дельфа тоже - проверки мы не выдержим. Мы - деплэйниане, и похожи на деплэйниан. Среди обитаемых планет нет ни одной с такой же сильной гравитацией, как в нашем мире. Хотя, быть может, Пьюрити...

Жюль, нахмурив брови, задумался.

– А это идея, сестренка - сказал он наконец.
– Помешанные отщепенцы с Пьюрити, попросившие убежища на Земле, - мы вполне можем сойти за них.

Иветта прикусила губку.

– Не ограничит ли такая маскировка наши возможности? Пьюритане не желают иметь никаких контактов с остальными мирами... для них Вселенная населена страшными грешниками. Они серьезно полагают, что в любую минуту на все планеты - не исключая нашего Де-Плэйна - обрушится гнев Господень, и они сгорят в геенне огненной...
– Вдруг девушка замерла, потом вскинула на брата заблестевшие глаза: - Постой-ка, Жюль, но ведь есть, кажется, и ренегаты-пьюритане, не так ли?

– Вот именно, малышка! Предположим, мы изгнаны с Пьюрити за страшные грехи - мы любили танцевать, играть в карты и пить апельсиновый джус... не говоря уже о золотых, платиновых и алмазных рудниках, принадлежащих нашей семье на Земле и в иных мирах. Рудники - источник нашего богатства, понимаешь?

Иветта расхохоталась.

– Пока что не очень! Я обдумывала несколько иной план, но мы можем принять и твой. Действительно, куча людей была вышвырнута с Пьюрити за куда меньшие грехи, чем пристрастие к апельсиновому джусу, так что все выглядит вполне правдоподобно. Ну, продолжай!

– Сейчас самое главное - подходящая маскировка. Конечно, не так уж многим известно о существовании Пьюрити, но с нашими фигурами не приходится выбирать, особенно с твоей... И мы должны изменить внешность. Скажем, я... Волосы до плеч, завитые и напудренные, брови подбриты и вызолочены, усы... да, усы покрыты воском, загнуты вверх и тоже вызолочены! А на голове какая-нибудь дурацкая шапочка с золотым пером двухфутовой длины, жилет из золотой парчи и облегающие короткие штаны пурпурного цвета. Руки и ноги обнажены. Драгоценностей - самых подлинных!
– на миллион долларов, плюс тяжелая трость на самом деле бластер - в одной руке, станнер с другого бока... Ну скажи, кто в таком идиотском обличье сумеет признать во мне деплэйнианина?

– Да уж...
– с усмешкой протянула Иветта.
– Покажись ты в таком виде дома, тебя пристрелили бы на месте. Но идея неплоха - все будут настолько ошеломлены твоим видом, что никому и в голову не придет, что ты с Де-Плэйна!

– Полагаешь, это пройдет?

– Повторяю, брат, идея неплоха - если и я тоже не окажусь скромной курочкой рядом с таким расфуфыренным петухом... Ладно, я сумею придумать для себя подходящий наряд... что-нибудь этакое, от чело у всех глаза на лоб полезут... платье, которое приличная девушка с Де-Плэйна не надела бы под страхом смерти!

– Что ты там задумала, малышка?

– Ей-богу, это будет забавно! Но вот длинные волосы... нужны месяцы, чтобы их отрастить. Значит, парик?

– Да! Парики, золоченые кудри, шелк, бархат, парча и куча драгоценностей! И все-таки чертовский риск. Люди из ИСБ занимаются этим шестьдесят семь лет, а у нас в распоряжении всего несколько недель... Похоже, скучать нам не придется!

– Верно! А потому - приступим!

* * *

Некоторое время спустя в Административном департаменте герцога Алгонского появилась сногсшибательная пара - подобного не видели раньше не только на планете Алгония, но, вероятно, ни на одном из обитаемых миров. Продуманные ухищрения туалета делали внешность Жюля на редкость эффектной, ну а Иветта была просто неотразима! Она так же оделась в золотое и пурпурное, но, будто наперекор брату, поменяла их местами. На ногах у нее были не открытые туфельки, а высокие, по колено, сапоги, сверкавшие золотом, со шнуровкой цвета королевского пурпура, с бантиками и пряжками, усыпанными драгоценными камнями; бедра плотно обтягивали соблазнительные штанишки из золотого джерси, а облегающая безрукавка пламенела подобно солнцу на закате. Волосы девушки также были выкрашены в пурпурный цвет; с висков спадали ало-фиолетовые пряди. Дополняли наряд широкий, украшенный драгоценностями парчовый пояс на подкладке из золотистого нейлона, вуаль из золотой сеточки и, наконец, великолепная золотая диадема со сверкающими бриллиантами, изумрудами и рубинами - все натуральное, без малейшей подделки. Это украшение было оценено в полтора миллиона долларов и застраховано на ту же сумму.

Не обращая внимания на изумленные взгляды посетителей и персонала департамента, парочка в оперении королевских фазанов спокойно приблизилась к регистрационной стойке.

– Мы - граждане Земли, Карлос и Кармен Веласкес, - произнес Жюль, вежливо, но непреклонно оттесняя от стойки могучим плечом очередного клиента - полную даму с чудовищным бюстом. Одновременно он сунул в ладошку девицы, сидевшей за стойкой, стодолларовую купюру.
– Карлос и Кармен Веласкес, с Земли, - повторил он и на свет появились две идентификационные карточки в роскошных футлярах. Я полагаю, детка, здесь проходят регистрацию пассажиры, прибывшие на вашу прекрасную планету, не так ли?

– О, нет, сэр... благодарю вас, сэр...
– с трудом приходя в себя и обретая голос, пролепетала девица.
– По лестнице вниз, сэр... там регистрационный отдел ИСБ...

– Позаботьтесь об этом, моя дорогая, - произнес Жюль, небрежно роняя на стойку еще три банкнота.
– Когда вы это уладите, перешлите карточки в отель "Сплэндид" - мы остановимся у вас на несколько дней... или на несколько недель. Благодарю вас, моя красавица!

И великолепная пара, блистая золотом и самоцветами, покинула офис столь же беспечно, как и появилась в нем.