Чтение онлайн

Тем не менее, возвращаюсь в лагерь в подавленном настроении. Вспоминаю, что Серый говорил о каком-то предчувствии. Машинально обедаю и решаю подремать, лимит на путешествия по моим расчётам уже исчерпан.

Видимо, я сильно устал и сплю до самого ужина. Мне снятся нехорошие сны. Во сне приходит Серёга и говорит: "Больно мне Вася, знал бы ты, как это больно!"

"Где больно?" — спрашиваю я, и просыпаюсь. Однако сон уходит не полностью: в голове по-прежнему звучит тихий Серёгин голос: "Больно... больно ногу". И это не по рации. Кажется, это уже глюки. Проверяю содержание кислорода в смеси — норма. Углекислый газ тоже в пределах допустимого. Газоанализатор светится зелёным, значит, посторонних примесей нет.

Голос в голове по-прежнему звучит, переходя в неразборчивое бормотание и бред, но и в нём слышится такая боль, что я не нахожу себе места от волнения. И вдруг, всё пропадает.

Наверно, это были всё же галлюцинации, не зря же доктора на осмотрах всегда завуалировано интересуются насчёт наследственности и голосов в голове. Вот они голоса, в чистом виде! Успокаиваю себя, решаю, что появление этих дурацких глюков следствие волнений и переутомления, последних полутора суток.

Почти успокоившись, ужинаю, произвожу необходимые гигиенические процедуры и ложусь спать. Сплю спокойно без репторов и прочих кошмаров. Утром оказывается, что второй баллон ещё не кончился. Осталось примерно пятнадцать процентов смеси. Не сходить ли ещё раз в пещеру? Вряд ли я ещё скоро попаду сюда. Подумав, решаю, что не стоит.

Конечно, там под пылью на каждом шагу могут лежать разные медальоны и прочие артефакты, но это уже дело археологов.

С неожиданным аппетитом завтракаю, кажется даже в колбасках можно найти некоторый пикантный вкус. На запивку, правда, только вода. Осталось пол канистры. Это норма к исходу вторых суток.

Решаю сходить "проветриться". В "юрте" скучно, лежать надоело, того и гляди начну "поправляться", как предрекал нам сержант. Чтобы сэкономить воздушную смесь, отключаю климатизатор и некоторое время "вырабатываю" кислород: пускай через шлюз улетучивается бедная смесь, мне спешить некуда.

На "улице" всё так же светит солнце, оно заметно поднялось над горизонтом. Земля всё так же в зените, а куда она денется? Только её серп стал немного уже.

Решаю послушать эфир и включаю рацию на сканирование. На 66-м канале что-то слабенько пиликает и жужжит и вдруг срабатывает декодер: "Тревога! Принят сигнал бедствия!" — орёт у меня в шлеме аварийный оповещатель. Через несколько секунд мне удаётся отключить звук, но красная метка на дисплее продолжает мигать.

Пытаюсь взять пеленг на аварийный передатчик, но сигнал очень слабый и пеленг получается расплывчатый. Похоже, он идёт со стороны плоскогорья. А вдруг это мой передатчик? Да нет, с такого расстояния сигнал был бы ломовой, а пеленг чёткий.

Наверно приходящий сигнал отражается от скал. Значит, нужно опять залезть наверх и тогда удастся взять правильное направление. Спешу к репторовой лестнице — это самый быстрый путь наверх, хоть и более длинный, миную пещеру и взлетаю на плоскогорье. Тут сигнал очень силён и я чётко беру пеленг. Почему-то я ожидал этого: сигнал идёт с предполагаемого мною направления на Серёгин лагерь.

Переключаю рацию на 16-й канал и слышу срывающийся голос своего товарища:

— Всем, кто слышит, мэйдэй, мэйдэй, мэйдей!

Сигнал идёт оттуда же.

— Серёга! — ору я в ответ. — Я тебя слышу, что случилось? Нога?

— Вася? Это ты? Откуда ты узнал про ногу? Да я ногу сломал, еле доковылял до "юрты", сознание терял чёрте сколько раз. Врубил аварийку вчера вечером, а вообще, точно не помню. Ответа пока нет. А сегодня у меня ещё и последний баллон оказался пустой.

— Как пустой, почему?

— Не знаю, он последний подключился. Я в сознание пришёл, а в нём только пять процентов смеси. Даже скафандр почти не зарядился.

— Серёжа! Слушай меня! Лежи спокойно, не разговаривай и не шевелись, экономь кислород. Слушай этот канал. Сейчас я спущусь с горки, связь пропадёт, не бойся. Я выйду на тебя по пеленгу аварийки, принесу воздух. На подходе вызову. У тебя аварийка радом с "юртой?"

— Да, рядом. На... юрте. Ты... приходи, я жду... зачёт...

Серёгина речь сделалась сбивчивой, он перестал отвечать на вызовы, похоже, снова потерял сознание. Ну, что же Вася, кажется, пришло время показать всё, на что ты способен. Ты у нас чемпион группы по бегу? Вот и покажи, как ты умеешь бегать!

И я побежал. На бегу, голова свободна, можно и даже рекомендуется думать о постороннем, а не об усталости. Но я думал только о том, почему не идёт помощь, и как я узнал вчера про ногу.

Домчав до "юрты", я быстро зарядил до отказа скафандр из второго баллона, а третий отсоединил и вытолкал наружу. Что мне нужно? Воздух? Сделано! Аварийный передатчик? В кармане! Вода? Скафандр заправлен до отказа, остатки воды в канистре в рюкзак! Оправиться, заменить памперс? Нет времени!

Посидеть пол минуты на дорожку. Вдруг, что придумается? Ничего больше не придумалось, я вылез наружу, закинул за спину рюкзак, прицепил кирку. Подхватил баллон. Нет, так не удобно. Ослабил на груди лямки рюкзака, просунул под них баллон.

Так гораздо лучше, баллон теперь не нужно держать, достаточно только придерживать. И потрусил, держа курс в 90 градусов левее солнца.

Сигнал с 66-го канала становился то громче, то тише, иногда даже пропадал совсем. Это нормально, рельеф, интерференция... Но, если я его слышу, то почему не реагирует База? Ясно, что она гораздо дальше, но в таких случаях заказывается ретрансляция через спутник, даже через спутники, поскольку стационары на Луне не прижились. Дежурный на Базе, приняв сигнал, должен тут же поднять "Пенал" и эвакуировать пострадавшего. Почему это не сделано?

Не будем предполагать самое невероятное: нападение врагов или инопланетян. Скорее, просто сбой связи со спутником. Но современная связь постоянна, даже если нет смысловой нагрузки, приёмопередатчики непрерывно обмениваются кодированными пакетами "всё нормально". И при пропадании связи срабатывает сигнализация.

Впрочем, это резервный канал, он работает только во время учений, таких, как наш злополучный зачёт. Есть ли на этом канале сигнализация? Должна быть, как же иначе, ведь от его исправности зависит жизнь людей! Что же не сработало? Полагается иметь 100% резерв любых каналов, почему его не включили?

Ладно, примем как данность: о наших проблемах на Базе не знают. Что мне сделать, чтобы установить связь хоть с кем-нибудь?

Попробовать позвать на аварийной частоте 121,5 мегагерца? Её слушают и во всех поселениях и на космических кораблях стартующих и финиширующих на Луне. И связные спутники её тоже ретранслируют автоматом. Здравая мысль! Я записываю короткое сообщение и включаю рацию на автоматическую передачу на аварийном канале. Но, в перерывах продолжаю слушать и 66-й и 16-й каналы. Так, на 66-м уже чёткий пеленг, Серёга где-то недалеко. Я бежал чуть больше двух часов. Странно, почти совсем не устал. Берём немного правее. А, кажется, вижу "юрту" в лощине, до неё метров сто. Бегу изо всех сил.