Чтение онлайн

И в самые ответственные моменты жизни просыпалось в нём инициированное этим непонятным артефактом "чувство", помогая порой избежать трагической ошибки.

Ага, уже вторую коробку открыли. Отковыривают слои мёрзлых брикетов, овощей, что ли? Или окорочков? СЕЙЧАС...

— Капитан! Тут какой-то свёрток!

— Да что вы говорите? Свёрток? Может быть, это кошачий корм для Маркиза сюда по ошибке положили? Отдохните, сержант, пускай его дежурный развернёт и понюхает. Он лучше всех знает, как пахнут антипротоны. Положимся на его вердикт. Ну, что же вы, лейтенант?

Лейтенант, уже не красный, а белый, как простыня, неловко покачиваясь, подошёл с характерным хрустом липучек и принял из рук сержанта свёрток. Руки его дрожали. Заиндевелый свёрток выскальзывал. Остальные машинально отпрянули.

— Достаточно! Передайте это мне. Не хватает ещё, что вы мне тут сомлеете! — Капитан взял свёрток и небрежно ободрал бумагу.

Обычный чемоданчик, только металлический. Раньше такие, неведомо почему, называли "дипломат", а сейчас... что-то в голову нейдёт, "балетка", что ли?

— Компьютер, связь с Шутовым!

— Даю, капитан! — мужской голос. Арнольд? Нет, Маруся маскируется.

— Шутов на связи! Слушаю Василий Петрович!

— Михал Аркадьевич! Пришли мне снова сапёров в шлюзовой отсек. Бомбу обнаружил.

— Ты уверен, что это бомба?

— Уверен! Что ещё может быть в железном чемоданчике, спрятанное в коробке с мороженной капустой. Я её в руках держу, в конце концов!

— Осторожней, Вася, не урони!

— У нас тут невесомость, не упадёт, — капитан выпустил чемоданчик, и тот медленно поплыл по воздуху в сторону смешавшегося строя. Раздались невнятные восклицания.

— Сапёров в шлюзовой отсек "Меча-39". Срочно! — это прозвучало тихо, Шутов отдал приказания по другой линии, — Что там у тебя за крики?

— Экипаж радуется находке!

— Как держатся?

— Герои!

— Да, понял... Василий, сапёры уже в пути. Ты только не взорвись там. Я сам выезжаю!

— До связи!

— До встречи!

Капитан снова подхватил недалёко улетевший чемоданчик, взглянул на толпу, ещё недавно бывшую строем и рявкнул:

— Становись!

Быстро, как это только возможно в невесомости, подчинённые образовали строй.

— Равняйсь! Смирно! Слушать сюда! Мне наплевать на ваши боевые заслуги, если даже они у вас есть. Если вы думаете, что достаточно выпалить пару раз из антипротонника по беззащитному астероиду или старому корыту-мишени, чтобы сразу стать охреневающим героем, к которому не на каждой козе подъедешь, то я надеюсь вас разуверить. Кто считает, что не нуждается в новом опыте, и кому не по нраву, что им командует вчерашний пиджак, может тихонечко написать рапорт и слинять. Я подпишу все без вопросов, потому, что хочу быть уверен, что мою спину прикрывают надёжные люди. Вопросы есть?

— Никак нет! — прогрохотал строй.

— Рразойдись!

Но никто не разошёлся. Зато в отсек влетели те же сапёры, похоже, так и не успевшие снять скафандры:

— Где?

— Вот! — капитан протянул им предполагаемую бомбу.

Один, помоложе, взял её, осторожно, двумя руками, другой поводил над чемоданчиком сканером, поглядывая на его экран. И сразу же схватился за коммуникатор:

— Господин генерал! Похоже, антипротонное взрывное устройство! Нет, не муляж.

— Я тут! — В отсек, пряча в карман коммуникатор, влетел генерал Шутов:

— Какие будут предложения? — генерал махнул рукой "отставить!" майору Стрижакову, открывшему рот, чтобы проорать что-нибудь вроде "экипаж, смирно!"

Кондратенко, кстати, и не подумал подать какую-нибудь команду.

— Лучше всего сделать так, — ответил генералу пожилой сапёр, — я леплю сюда кусок пластида с детонатором и таймером, сажусь в открытый скутер и набираю скорость где-нибудь километр в секунду относительно станции. Отпускаю коробочку в свободный полёт, а сам возвращаюсь. Через 10-15 минут она улетит достаточно далеко. Пластид взрывается, нарушает схему. В назначенную минуту все зажмуриваются, вспышка, и нет проблем! Только предупредить все суда, чтобы освободили этот сектор.

— Так и сделаем — ответил Шутов и достал переговорник — срочно приготовить открытый скутер!

— Секунду, господин генерал, что-то не так! — Пожилой сапёр, водивший над бомбой уже другим сканером, призадумался, затем осторожно открыл крышку, (дружный вздох) полез внутрь и щёлкнул тумблёром.

Огромным усилием воли капитан заставил себя не мигнуть. Вот ещё! На глазах у экипажа?

— Господин генерал! — повеселевший сапёр обернулся к начальству — бомба обезврежена!

— Так это не антипротонная...

— Никак нет! Это новый тип — глюооный деструктор. Конструкция схожая, поэтому я чуть было не ошибся. Но тут нет побочного излучения, как у антипротонной и её, вдобавок, можно просто выключить. Желаете полюбопытствовать? — и сапёр сделал приглашающий жест генералу Шутову и полковнику Кондратенко.

Полковник заглянул сапёру через плечо:

— Действительно, похоже! И что, она мощнее?

— Не мощнее, а действует по-другому: не взрывается, но всё в её радиусе действия спекается в один комок без особых эффектов.

Кондратенко понимающе кивнул:

— Как в неисправном глюонном реакторе!

— Именно!

Генерал же любопытства не проявил:

— Пётр Игнатьевич, пиши подробный рапорт. Полковник Кондратенко!

— Я!

— Это, — генерал указал на вскрытые коробки, — как я понимаю, сегодняшняя продовольственная поставка?

— Так точно!

— Хорошо! Жду у себя в кабинете через сорок минут! Распорядитесь проверить на всякий случай "Меч", вдруг ещё где-нибудь...

— Есть!

— Экипаж! — гаркнул Стрижаков вслед покидающему шлюз начальству.

— Вольно! — донеслось из коридора.

Сматывающий шнуры сканеров пожилой сапёр повернулся к капитану:

— Сколько мы не виделись, Василий Петрович?

— С прошлой бомбы, Пётр Игнатьевич.

— Точно, лет одиннадцать уже... твоего "Охотника" тогда под ручки приволокли на Базу, поджаренного.

— Недожаренного!

— Да, да! Тебя, я смотрю, уже полковником кличут!

— Родина приказала!

— Естественно! Ну, служи, мастер, чистого тебе пространства!