Звезды принадлежат нам! [= Звезды наши!]
Шрифт:
Санти с довольным вздохом впился зубами в мякоть.
— Знаешь, я все думаю: куда они все подевались? Тут, конечно, была большая война. Но ведь должны остаться уцелевшие. Всех убить невозможно!
— А если они использовали газы или какие-нибудь микробы… заразную радиацию? — спросил Дард. Никаких следов выживших ни в развалинах города, ни на фермах.
— А мне кажется, — заметил рослый стрелок, тщательно облизывая пальцы, — что они все собрались и ушли, как мы из Ущелья.
Когда они покинули ферму, характер местности изменился. Появились участки песчаного гравия, они становились все больше. Деревья сменились колючими кустами, показались такие же блестящие черные скальные выступы, как тот, возле которого росло растение-убийца. Когда путники остановились передохнуть на вершине холма, Санти принялся осматривать местность.
— Похоже на пустыню. Хорошо, что мы прихватили яблоки. Здесь может не оказаться воды.
Стало жарко, жарче, чем на сине-зеленых полях, потому что песчаная почва меньше поглощала солнечное тепло. Кожа Дарда, натертая лямками рюкзака, болела, когда ее касались капли пота, стекающие меж лопаток. Он облизал губы и почувствовал соленый вкус. Замечание Санти о воде вызвало жажду.
Внизу находилось ущелье. Дард помигал и тыльной стороной ладони потер глаза. Нет, это не обман зрения, не мерцание жары, на дне ущелья ярко отражается солнце. Он обратил на это внимание Санти, и тот направил бинокль.
— Рельс! Но почему только один?
— Можем спуститься, — заметил Дард. — Посмотрим, что это такое.
Они с трудом спустились и убедились, что единственный рельс выходит из отверстия туннеля в стене ущелья и идет к другому туннелю в противоположной стене. Неспособные обнаружить что-нибудь еще, они поднялись по противоположной стене ущелья и двинулись дальше на юг.
Уже после полудня они заметили поднимающийся в небо столб дыма — условный сигнал тех, что на санях. Пошли быстрее и вскоре вышли на плоскую вершину, к лагерю.
— Сколько же будет продолжаться такой путь? — спросил Санти, когда все принялись поедать золотые яблоки.
— Для вас еще один полный день пути и, может быть, половина следующего. При такой скорости быстрее не придем, — ответил Кимбер. — Йорг снова занимается двигателем. Но без инструментов много не сделаешь. Рослый человек улыбнулся.
— Ну, наши пластаботинки хорошо держатся. Можем побродить еще немного. А бояться здесь нечего.
— Не будь так беззаботен, — предупредил пилот. — Держите глаза открытыми, вы двое. Тут может быть много ловушек. С тех пор как нас подстрелили, я не доверяю даже чистому небу.
Второй день пути последовал за первым. Идти по пустыне, стало труднее, поэтому пройти удалось меньше.
Голова у Дарда закружилась, ноздри расширились, когда он по ряду карнизов начал спускаться в ущелье с песчаным дном. Снизу поднимался густой отвратительный запах. И этот запах он помнит! Разлагающиеся останки двурога! Внизу лежит мертвое органическое существо! Санти подошел к Дарду.
— Чего ты остановился?
— Чувствуешь запах?
Бородатое лицо Санти сморщилось.
— Здорово воняет! Что-то мертвое!
Дард внимательно разглядывал поверхность внизу. Если попытаются обойти это место, на такой неровной местности, потратят многие часы. В конце концов после убийства, если тут произошло убийство, должно было пройти несколько дней. Он решил предоставить решение Санти.
— Спустимся?
— Потратим много времени, если будем обходить. Я думаю, надо спускаться. Но спускались они осторожно, а когда Дард столкнул небольшой камешек и он с шумом полетел вниз, оба на несколько секунд застыли, прислушиваясь. Звуков снизу не было слышно, ничего, кроме этого ужасного, выворачивающего желудок запаха.
Санти взял в руки ружье, а рука Дарда потянулась к поясу. Сегодня утром Калли дал ему лучевое ружье, считая, что пешим путникам оно окажется полезнее. Теперь, положив руку на ложе, Дард был очень рад, что с ним оружие. Что-то есть в этом зловещем месте, сама его тишина предвещает опасность.
В конце узкого ущелья густая заросль кустов; растения свидетельствуют о наличии влаги, хотя листва у них сероватая, нездоровая.
Двое как можно незаметнее пробрались через кусты и увидели ручей. Минеральные соли покрывали края заполненного водой углубления, а по берегам ручейка, текущего в долину, лежал зеленоватый порошок.
Химические испарения заполняли воздух, но не могли скрыть другого тяжелого запаха.
Следовало бы тут же подняться по противоположному склону и продолжить путь, но подходящих карнизов для подъема не было, поэтому они пошли дальше вдоль ручья в поисках более легкого пути.
Вода разливалась неглубокой заводью с широкими краями ядовито-зеленого цвета.
А по ту сторону заводи, полупогрузившись в песок, виднелись кошмарные существа!
Тусклая желтовато-зеленая кожа покрыта чешуйками — признак пресмыкающихся. Но эти существа, греющиеся на солнце, не так отвратительны, как змеи, от которых инстинктивно, под действием врожденного страха, отшатывается человек. Эти — подлинное воплощение зла. Наевшись, они впали в оцепенение над останками своего пира, и именно от этих останков исходил тяжелый запах, говоря о том, что это давно используемое логово.
Дард определил, что животные от семи до десяти футов длиной. Задние ноги, заканчивающиеся широкими лапами с перепонками, простые костяные столбы с прицепленными мощными мышцами. Короткие окровавленные передние лапы ужасно напоминают человеческие руки, они свисают над выступающим брюхом, и каждый палец заканчивается когтем в десять дюймов длиной. Но хуже всего головы, слишком маленькие для такого тела, голые, сидящие на длинной стройной шее, словно кобра с головой ящера.
Когда люди остановились, свисающая кожа на брюхе одного кошмарного чудища откинулась, из мешка выбралась маленькая копия, побрела к воде и, вытянув морду, принялась пить. Но после первого глотка какой-то инстинкт предупредил ее о наблюдателях. С резким шипением она бросилась назад к матери. Голова матери взметнулась, начала раскачиваться, как у змеи, готовящейся к броску.
Дард отпрыгнул, потащив за собой Санти. Вскоре их отступление остановила стена ущелья, однако они не смели повернуться спиной к чудовищу, чтобы карабкаться вверх.
Существо за заводью встало, теперь оно было намного выше людей. Ударом лапы отбросило детеныша на безопасное расстояние и быстро повернулось, разбрасывая окровавленный песок. Плоская змеиная голова опустилась на уровень плеч, и из зубастых челюстей послышалось шипение, которое все набирало силу и вскоре напоминало свист парового гудка.
Боевой крик поднял других спящих чудовищ. Но они поднимались вяло, слишком отяжелевшие после пира.
Санти выстрелил. Нервно-парализующий заряд станнера пришелся между желтыми немигающими глазами. Череп разлетелся, брызнула зеленая жидкость. Но существо побрело через заводь, выставив когтистые лапы. Оно должно было бы умереть. Однако с разбитым пустым черепом, ослепшее, продолжало идти!
— В голове нет мозга! — крикнул Дард. — Прыгай!
Они прыгнули в разные стороны. Приближающийся ужас ударил лапой по скале и вцепился в нее. Остальные трое казались нерешительными. Они свистели, поднимая и опуская змеиные головы. Одно попробовало присоединиться к схватке на другом берегу заводи, но потом отступило.