Чтение онлайн

… – Извини, что пришлось вмешиваться в ваши семейные дела, – голос Сталина звучал мягко, по-дружески, – но ведь ты сам через Наташу попросил Николая взять дело под личный контроль?

Глеб кивнул.

– А он, – продолжил Сталин, – поразмыслив, пришёл с этим ко мне. Я думаю, он поступил правильно. Вдвоём мы одновременно могли контролировать и военное ведомство, и службу безопасности без привлечения лишних людей. Вот и Михаила задействовать не стали, посчитав это излишним. С другой стороны, учитывая количество «доброжелателей» в указанных силовых структурах, пускать дело на самотёк было опасно, что вскоре и подтвердилось. Пошёл слушок о том, что некий подполковник якобы «начистил морду» – извини, это не моя формулировка, а всего лишь цитата – самому маршалу, а маршал ты у нас пока на всю армию один. Чуешь, куда метили, паршивцы?

Глеб вновь кивнул.

– И тебя бы дерьмом измазали, и через свата достали Николая. Но только мы с ним этот слушок придушили в самом зародыше, но дело с контроля пока не сняли, мало ли что.

Проводив председателя ГКО, Глеб в который раз подумал о том, что с товарищем Сталиным лучше быть в одной команде.

В своём кабинете начальник Главного оперативного управления готовился к назначенной аудиенции у начальника Генерального штаба, когда на столе зазвонил телефон.

– Жуков у аппарата!

– Здравствуй, Георгий, – послышался в трубке знакомый голос, – давно вернулся?

– Здравствуй, Костя, – ответил Жуков, – вернулся сегодня утром.

– Надо поговорить, – сказал Рокоссовский.

– Сейчас вряд ли получится, – засомневался Жуков, – на 16–00 вызван к Абрамову, а мне ещё надо подготовиться. Может вечером?

– Нет, – в голосе Рокоссовского настойчивость смешалась с тревогой, – поговорить надо обязательно до твоего визита к Абрамову.

Жуков нахмурил брови:

– Хорошо. Полчаса нам хватит?

– Постараюсь уложиться, – заверил Рокоссовский и назвал место встречи.

– Почему в парке? – спросил Жуков, пожимая Рокоссовскому руку, – Что, всё настолько серьёзно?

– Достаточно серьёзно, Георгий.

– Слушаю тебя, – поджал губы Жуков.

…– Таким образом, у Абрамова могло сложиться мнение, что ты специально отдал приказ начать учения, в то время как маршал гулял на свадьбе Петра Ежова, чтобы его подставить.

– Мнение, говоришь… – лицо Жукова было мрачным. – Я так понимаю, Костя, что подобное мнение имеет место быть у многих моих сослуживцев, как прошлых, так и нынешних. Может, и ты считаешь, что я нарочно подставил маршала?

– Я не знаю, Георгий, – честно ответил Рокоссовский, – и скажу прямо: знать не хочу. Я тебя предупредил, как друг.

– Ну, спасибо и на том, друг, – криво усмехнулся Жуков.

– По итогам внезапной проверки 5-я армия получила оценку «хорошо».

В конце доклада Жуков достал из папки и положил на стол перед Абрамовым лист бумаги.

– Представление на особо отличившихся офицеров 5-й арами о присвоении очередных воинских званий.

– Вы хотели сказать «о досрочном присвоении очередных званий»? – уточнил Абрамов, пододвигая к себе лист.

– Так бы оно и было, товарищ генерал армии, – согласился начальник ГОУ ГШ СССР, – если бы не одна фамилия…

– Что за фамилия? – удивился Абрамов.

– Подполковник Галин переходил в прежнем звании два года, – пояснил Жуков.

– Так может, мы его, того… сразу к генералу представим? – пошутил Абрамов.

– Я возражать не буду, – на полном серьёзе откликнулся Жуков. – Толковый офицер. Командир тамошней бригады похлипче будет.

– Ладно, оставим пока, как есть, – сказал Абрамов, подписывая бумагу. – А кто в 5-й армии чего стоит, я думаю, выясним в ближайшие месяцы. Так, Георгий Константинович?

– Так точно!

– У вас всё?

– Никак нет! – Жуков поспешно поднялся и принял строевую стойку. – Товарищ маршал, мне необходимо с вами объясниться!

Жизнь разом перестала быть пресной. Абрамов с интересом посмотрел на вытянувшегося перед столом генерала:

– Слушаю вас.

– Товарищ маршал, я хочу принести извинения за те неудобства, которые доставил вам в Сибири!

«О как! Сразу в лобешник, безо всякой подготовки. Смело. Что ж, я тоже, пожалуй, обойдусь без предварительных ласк!»

– Вы что, знали о моём тогдашнем местонахождении?

– Никак нет, не знал! – Взгляд Жукова буравил стенку где-то поверх головы Абрамова.

– Тогда о каком извинении может идти речь? Насколько мне известно, вы действовали согласно утверждённому плану, нет?

– Так точно! То есть… Сроки начала учений утверждены вашим заместителем, исполняющим обязанности начальника Генерального штаба в ваше отсутствие.

– Тогда повторюсь: о каком извинении идёт речь?

– Я должен был предусмотреть подобный вариант…

Ещё интереснее! Абрамов поднялся и встал напротив Жукова:

– Каким это образом?

– Мне было известно о свадьбе.

Это действительно меняло дело. Абрамов нахмурился:

– Откуда?

Жуков промолчал. Только плотнее сжал губы.

«Не скажет. Да и чёрт с ним!»

– Ладно, спрошу о другом. То есть вы знали о свадьбе, и специально подгадали с объявлением тревоги в самый, так сказать, неподходящий момент?

– Так точно!

«Вот ведь сука!» Глебу с трудом удалось сохранить внешнее спокойствие.

– О причинах такого решения не спрашиваю. Они понятны, хотя лично я их и не одобряю.

Жуков дёрнулся.

– Вы что-то хотите возразить? – холодно поинтересовался Абрамов.

– Никак нет. Хочу повторить сказанное ранее в докладе. В сложнейших условиях, в которые я их поставил, офицеры полка во главе с командиром проявили завидную выучку и твёрдость характера!

– Это я уяснил, повторяться необязательно. А извинения, как я понимаю, касаются моего присутствия в районе расположения полка, поскольку тамошние офицеры вполне могли подумать, что идея поднять их по тревоге с бодуна принадлежит мне?