Звезды в его глазах
Шрифт:
— Я никогда тебя не брошу. — гладя по мягким кудряшкам, практически одними губами, смотря в медовые глаза, произнес я. И уже более громко, с веселыми нотками добавил — не брошу, даже если стану птицей. Буду прилетать и настойчиво стучать в твое окно, не давая спать.
— Да ну тебя. Я серьезно. — надула губы Джул.
Мне сразу захотелось ее поцеловать. Одним быстрым движением я перевернулся и навис над девушкой. Та лишь вскрикнула от неожиданности, а потом обхватила меня за шею и притянула к себе.
Нежные и податливые губы. Я целовал их и покусывал, пил жаркое дыхание и не мог напиться. Еще немного, и можно контроль потерять. Нехотя оторвавшись и упав на бок с тяжелым вздохом, повернул малышку к себе лицом и гладя по щеке, сказал:
— Маленькая моя, я всегда буду рядом. Это был всего лишь сон. Может быть, я и не совсем обычный человек, но в птицу превращаться не умею. Честное слово!
Легкая улыбка тронула припухшие от поцелуев губы девушки.
— А тебе кошмары снятся? — ее горячее дыхание щекотало шею.
— Раньше снились каждую ночь, пока не познакомился с тобой. Ты — мое лекарство от ночных монстров.
«А главный монстр в них был я» — но вслух произносить не стал.
— Эрик, я серьезно.
— И я серьезно. На протяжении всех моих лет, так сказать посмертия, мне снился один и тот же кошмар. Но как только ты весьма шумно ворвалась в мою жизнь, ночные кошмары прекратились. И сейчас я понимаю, почему.
— Почему? — тихо выдохнула Джулия.
— Потому, что ты стала моим дневным кошмаром. Стихия, непреодолимой силы! — рассмеялся я.
И мне тут же прилетело кулачком в плечо.
— Ты моя самая любимая стихия! Моя Мелочь.
Поцеловав малышку в макушку, захотел прижать к себе сильнее, но та заерзала, завозилась и перевернулась, прижавшись спиной к моей груди. Ей бы остановиться, но она все пыталась улечься, не переставая крутиться. Ее попа пару раз утыкалась в мой пах. Дыхание сбилось, сердце больно ударило о ребра, тяжело сглотнув, хрипло выдохнул.
— Замри.
— Почему. — Испугано прошептала Мелочь.
Немного переведя дух, заговорил.
— Понимаешь, ты так ерзаешь, что мне весьма тяжко рядом лежать. Я не очень — то и железный. Еще немного и, как бы сказать, мое желание возьмет верх над разумом.
— А? — не сразу поняла девушка и глянула на меня через плечо.
— Ой — вдруг дошло до нее и, не смотря на полумрак комнаты, я заметил, как она покраснела.
— Извини, мне просто стало холодно, хотела укутаться.
— Холодно? — В комнате жара. Или это мне так жарко? Пронеслось в голове.
— Иди согрею. — я притянул любимую к себе и почувствовал, как она пышет жаром.
Приподнявшись на локте, потрогал лоб девушки губами.
— Малыш, да ты горишь! У тебя жар!
Резко подорвавшись, я пошел за градусником.
Температура была высокой, Джулия лежала и тряслась, стуча зубами и смотря на меня слезящимися глазами.
— Мы едем в больницу! Малыш, потерпи, пожалуйста — тревога защипала в груди.
— Эрик! Остановись. Я не умираю. Просто простыла. У тебя есть жаропонижающие?
— Не знаю, надо посмотреть. — ринувшись к ящику с таблетками, остановился — нет, едем в больницу.
— Никуда я не поеду!
Сев на краешек дивана и гладя по голове любимую, начал уговаривать ее.
— Маленькая моя, пожалуйста, поехали. Я переживаю. Не бойся, я буду с тобой.
— Ну что ты со мной, как с маленькой. Не боюсь я. Просто не хочу ехать. Ничего страшного, это последствия сегодняшнего гуляния под дождем. Все пройдет. Лучше поищи таблетки.
— Пообещай, если станет хуже, поедем в больницу.
— Эрик..
— Мелочь, хватит спорить!
— Хорошо, занудный Гризли.
Покачав головой, пошел смотреть, что у меня есть от температуры.
Проделав все нужные манипуляции, подхватил Джулию на руки и понес наверх.
— Ты куда меня тащишь? — не открывая глаз, тихо пролепетала малышка.
— Куда, куда. На свалку, конечно! Ты поломалась и чинить слишком дорого. Вот решил утилизировать.
— Дурилка, — улыбнувшись уголками губ, девушка крепче обхватила меня за шею — не дождешься!
— Тебе пора спать, несу в твою кровать.
— Ну, — захныкала малышка, — не оставляй меня там одну. Посиди со мной, пожалуйста.
— Не оставлю.
Уложив больную на кровать и укрыв одеялом, я улегся рядом и, обняв ее, начал напевать колыбельную, что слышал в своем детстве.
— Как красиво! Это твой родной язык? — сонно выговорила Джул.
— Да, это колыбельная. Мне ее пела мама, когда я болел. Она отгоняет злых духов и помогает скорей выздороветь. Спи, любимая.
Буря все шумела за окном, а в комнате было темно и тихо. Лишь раздавалось равномерное сопение девушки, что находилась в моих объятиях. Потрогав ее лоб, заметил, что он стал значительно прохладнее. Улыбнувшись этому, крепче прижал к себе девушку и не заметил, как провалился в сон.
Сновидения не посетили меня этой ночью, просто на душе царило спокойствие и умиротворение. Мне было безумно хорошо вот так рядом лежать со своей любимой, обнимать и вдыхать ее космический аромат.
Глава 16
Джулия
Первым делом, что я увидела, когда открыла утром глаза, — это спящий Эрик. Расслабленные черты лица, в уголках губ застыла легкая улыбка, волосы в беспорядке разметались по подушке, одна рука находится под головой, а вторую закинул на меня. Сейчас он походил на мальчишку, а не на серьезного молодого человека, которого привыкли видеть все вокруг. Безмятежность и покой, которых так не хватает в жизни, царили вокруг.
Аккуратно развернувшись, я хотела вылезти из кровати, но меня обхватили крепкие руки и прижали к широкой груди.
— Куда? — хриплым ото сна голосом мне в волосы проговорил парень.
— Туда.
— Мелочь, это не ответ. Ты болеешь, вернись в кровать быстрее.
— Мне надо.
— Чего тебе надо? Иди ложись, буду тебя лечить.
— Эрик! Мне в туалет надо, а ты прицепился. И вообще, мне уже лучше.
— А, ну это да. — Приподнявшись на локтях и пристально взглянув, парень спросил: — Что значит лучше? Врать нехорошо.