Чтение онлайн

По счастью, крышка люка была всего лишь прикрыта – если бы ту чем-то придавили сверху, у него не оставалось бы выхода. Го Юань осторожно сдвинул ее, удостоверился, что засады нет, и выпрыгнул наружу. Сейчас стало понятно, почему шахта длиной не больше десяти метров ощущалась как колодец длиной в сотню.

Все огни в городе погасли, и в кромешной тьме осталась лишь полная луна в зените. Ее скудное сияние было в сотни раз слабее привычных городских фонарей, из-под земли его не было видно, потому-то и показалось, что до поверхности еще далеко.

«„Моисей“ обеспечивает больше половины электроэнергии в пяти юго-западных провинциях».

На все четыре стороны в крупнейшем на западе страны городе царил кромешный мрак. Со спутников наверняка выглядело так, что весь юго-запад Китая площадью в миллионы квадратных километров внезапно погрузился во тьму, словно его поглотило чрево гигантского неведомого зверя.

При виде всего этого Го Юань сразу подумал, что без электропитания система Тяньван, разумеется, будет парализована и теперь выяснить, куда скрылись эти двое с украденным, станет невозможно. Во-первых, они не устроили засаду, во-вторых, даже не стали блокировать крышку люка, что могли бы сделать просто походя. Похоже, они действительно скрывались в спешке и теперь им удалось уйти от преследования. Он надеялся, что сможет благополучно идти следом по пятнам крови, но в такой непроглядной ночи современный город, лишившись электроэнергии, утратил и все функции, а высокоэффективная техника полностью отрубилась. Работать сейчас было хуже, чем древним сыщикам.

Го Юань рухнул на землю, не шевелясь, и в этот момент боль в пояснице стала невыносимой. Но не прошло и полминуты, как тишина и мрак, которых он никогда прежде не испытывал, окутали его. Только сейчас он понял, что никогда не знал столь полного ощущения спокойствия и темноты. Город по-прежнему простирался вокруг, но был удивительно вычищен, оставались лишь ночь и мерцающий Млечный Путь. Казалось, Го Юань мог почувствовать, как расширяется пространство, и этот изогнутый радиант, окруженный бескрайним, сияющим звездами небом, и сам агент лежали на самой границе между городом и космосом.

И тогда он раскинул руки и, не обращая внимания на сильную боль в пояснице, потянулся. Изгиб спины, казалось, соответствовал дуге горизонта, сливаясь со звездным небом и землей.

Го Юаню никогда не нравился этот мир, он давно уже был не в ладу с ним, но потратил все силы на то, чтобы спрятать того себя, которому было наплевать на чью-то жизнь, смерть и чувства, он изо всех сил старался делать вид, что учитывает эту дрянь, этот вздор… Но сейчас целый город исчез с лица земли, притих, растворился, как пена, оставив лишь море лунного спокойствия.

И теперь Го Юань наконец понял.

Мир был обречен.

Дорога в уезд Пинтан [26] оказалась на удивление приятной.

На самолете они добрались до Гуйяна [27] , дальше был специальный автобус из обсерватории, который всего за полчаса по скоростной автомагистрали Гуйхуэй довез их до уезда Хуэйшуй [28] . В Хуэйшуй они пересели на автобус до уезда Лодянь [29] , и весь путь от Лодяня до округа Пинтан по скоростной автомагистрали занял в общей сложности всего полдня. Всю дорогу по шоссе Ван Хайчэн то и дело невольно сомневался в своих географических познаниях, которые почерпнул еще в старшей школе, а с тех пор прошло уже десять лет.

Юньнань-Гуйчжоуское нагорье относится к карстовым формам рельефа, и ездить по нему труднее, чем подняться в небо. Но подобный расклад вещей за десять с лишним лет изменили те, кого в Китае называют «инфраструктурными маньяками». Множество холмов и гор вкупе с пустотами и провалами, склонными к обрушению и проседанию, привели к тому, что Юньнань и Гуйчжоу на страницах учебниках значились как районы, где нельзя строить автомагистрали и высокоскоростные железные дороги. В этом отношении они побили даже Сычуань, где «дорога в Шу трудна». Но кто бы мог подумать, что Китай раздавит эти стереотипы, вкладывая триллионы в каждый объект, и действительно начнет прокладывать дорогу в каждых горах и возводить мосты через любую реку на пути, будет каждые полгода обновлять рекорды в истории человеческой инженерии по строительству тоннелей и мостов, будет упорно создавать инфраструктуру.

Ван Хайчэн сперва представлял, что на горной тропе будет ухабисто и трястись придется как в повозке, запряженной ослом. Дорога станет огибать нависающие утесы, и половина автомобиля постоянно будет зависать над бездной. Он даже принял специальные лекарства от укачивания, чтобы в дороге не кружилась голова. Кто же знал, что они доберутся так благополучно.

Но все верно, в противном случае, не будь здесь настолько удобной логистики, как бы в таком непроходимом месте могли построить огромный радиотелескоп? Только сейчас у него сложилось верное представление: прогресс фундаментальной науки – это не результат внезапного озарения одного или двух гениев. Он должен зависеть от физической среды всего общества. Карстовая впадина в Давотане мирнехонько располагалась здесь, в далеком Цяньнань-Буи-Мяоском округе, уже десятки тысяч лет. Не будь инфраструктуры, какой бы естественной ни была окружающая среда, сделать из нее такого большого парня, как FAST [30] , было бы невозможно.

– Строительство такой дороги очень влияет на окружающую среду, да? – Студентка Ван Хайчэна, Бай Хунъюй, сидела рядом у окна, подперев голову рукой и глядя наружу. Ее глаза горели от возбуждения, а вишневый ротик не закрывался от удивления.

Автобус ехал по высокому подвесному мосту. Для обеспечения безопасности движения в пределах 180 километров в час на магистрали пришлось контролировать кривизну дороги – не допускать продолжительных изгибов или подъемов под большими углами. Чтобы найти баланс между горами и равниной, а также избежать проседания мягкого основания карстового рельефа, высокоскоростные дороги в Гуйчжоу проходят по подвесным мостам, соединяющим горы на высоте ста метров над землей.

Бай Хунъюй училась у Ван Хайчэна в докторантуре, имела две степени магистра в области экологии и астрономии, и ее наставник часто шутил: «Вот что называется одной ногой в небе, а другой на земле – наш пострел везде поспел».

Ван Хайчэн был еще не стар, да и, сказать по чести, несерьезен и незрел. Бай Хунъюй же вообще не держала дистанцию между учителем и учеником. И в ответ на его частые подколки девчонка начинала галдеть:

– Это называется передовой кросс-филд, босс, ничего вы не понимаете! Наступит день, и я поеду на Марс выращивать картошку. Да! Марсианскую картошку! Босс, придется обращаться со мной получше, тогда я вам с Марса курьером попробовать пришлю!

Сильно ли это влияет на окружающую среду? Конечно, Ван Хайчэн не слишком в этом разбирался, но, если подумать, определенно влияет, и немало. У него не было особенного мнения на этот счет, так как оставалось много других забот. Уже сама эта поездка к FAST'у была достаточно утомительна, но еще и аккурат за два дня до отъезда он снова столкнулся с неприятностями из-за квартиры. Не мог же он разорваться, где уж тут за всем уследить?

Полное название FAST'а, в соответствии с дурным вкусом на имена, бытовавшим в мире астрономии, было «Five-hundred-meter Aperture Spherical Telescope», что переводилось как «Сферический телескоп с пятисотметровой апертурой». Ван Хайчэн считал его довольно неудачным, но если подумать о названиях других гигантских радиотелескопов – VLA – Very Large Array (Очень Большая Антенная Решетка), VLBA – Very Long Baseline Array (Антенная решетка со сверхдлинными базами), – название FAST можно было считать прямо-таки каноничным. Стоимость этой штуки достигала 1,2 миллиарда долларов, и это был самый большой одиночный радиотелескоп в мире. Он выглядел как втиснутая в горный перевал солнечная плита диаметром в полкилометра.

Пятьсот метров, возможно, и не кажутся преувеличенной длиной, но не как единое устройство, зеркальная поверхность которого составляет 250 000 квадратных метров. Только встав рядом с телескопом наяву, Ван Хайчэн в полной мере ощутил свою собственную незначительность. Эта штука была слишком велика. Даже те инфраструктурные маньяки, которые смогли построить высокоскоростную дорогу на Юньнань-Гуйчжоуском нагорье, не могли бы из ничего сделать под нее пьедестал. Только естественно сформировавшаяся горная седловина могла поддержать это огромное сферическое зеркальное тело.