Афоризмы

Однажды женщина обняла журналиста и сказала ему: — У тебя есть усы, и ты брюнет… Я люблю брюнетов с усами! Ты мне нравишься — я тебя съем! Вырвался журналист из объятий, побежал… Бежит, а на встречу ему Брешко-Брешковский идет. — Какой приятный журналист бежит, — облизнулся Брешко. — Ты мчишься…

На лбу надулись черные жилы. Теплый пот струился по лицу, скатываясь за воротник. Ну, же! Скорее. — Сейчас, сейчас. Глаза вылезли из орбит. Голова качнулась на шее, вздрогнула… послышался явственный треск, лязг и потом шорох, будто бы где то осыпалась земля или рукой перебирали камушки. Что то затрещало,…

— Да-с, — язвил покрытый тиной и грязью Меньшиков. — Они уж такие: сначала сделают, а потом думают. — Тоже нынче, — хрипел Марков, — не очень расшвыряешься Марковыми! Тоже это понять бы нужно. Журналисты, столпившись около них, угрюмо слушая эти разговоры. Потом, когда Пуришкевичи и Марковы немного…

Однажды на обеде в память Чехова несколько критиков говорили речи. Один сказал: — Чехов был поэтом сумерек, изобразителем безвольной интеллигенции… — Браво! — зааплодировали присутствующие. Другой критик заявил, что и он тоже хочет сказать речь… Подумав немного, он сказал: — Изобразитель российских…

1964 год * * * Сидеть на скамье удобнее и безопаснее, чем на складном стульчике, не так ли? Сейчас мы сидим на складном стульчике, и я твердо намерен усидеть на нем. Ведь если 214 квадратных миль – это все, чем мы располагаем, то в наших силах сделать этот стульчик надежным и прочным. Вы видели Сингапур…

— Да что ж о Чехове… Можно и о Чехове. Встречаю я его как то на улице. Спрашивает: «куда идешь?» В «Ниву»! Прихожу я в «Ниву», секретарь встречает меня восторженно: «ну, знаете, батенька, ваша повестушка»… Я злобно посмотрел на собеседника и прошипел: — Идиот. Он пожал плечами: — Не скажите!…

И если бы этому человеку, который даже упавшую к нему в стакан с вином муху старается осторожно вынуть из вина и, вытрезвив, выпустить на свободу — если бы этому человеку попался в руки живой октябрист — я содрогаюсь, представляя себе — что сделать бы с ним «кротий Фомушка», как прозвали его у нас в…

Всуе законы писать, если их не исполняют. Всякий начальный человек и солдат должен и обязан товарища своего от неприятеля выручать, пушку и знамя свое елико возможно оборонять, коли ему люба жизнь и честь его. Всякий потентат, который едино войско сухопутное имеет, одну руку имеет, а который…

Редактор сел картофель, взял из комода чистый платочек и ушел из дому. — Что вам угодно? — спросили его в передней губернаторского дома. — Его превосходительство, г. губернатора можно видеть? Вызывали меня. Пошли. Справились. Оказалось — видеть можно. — А, это вы! — сказал губернатор. — Я вызвал…

— А вдруг бы все-таки догадались, что это о Толмачеве? Влетело бы тогда нам по первое число. А так — нука — пусть догадаются! Ха-ха! На мои глаза навернулись слезы. — Бедные мы с вами… — прошептал я и заплакал, нежно обняв хитрого молодого человека. И он обнял меня. И так долго мы с ним плакали.…

а не пропасть. * – Как ты, так и я, – сказал Прекрасный Поступок. – Ты не совершил меня, и я не сделаю тебя лучше! * Служа помехой течению, запруда дарит реке полный бассейн воды. * Передачей собственных дел другим, зачем брать отсрочку у своей эволюции? * Жаворонок, побывавший в когтях…

— Нет, постой, постой, — улыбнулся учитель. — Ты о Косинусе что нибудь расскажи! С какого по какой год он царствовал? — С 425 года по 974-й! Учитель засмеялся. — Дурак, ты, Петерсон. Во-первых, я Косинуса нарочно выдумал, чтоб тебя поймать — такого короля и не было, — во-вторых, ты хотел обманным…

— Ага! Значит, так нельзя считать? Ну, ладно. Я подумаю… сделаю, что могу. И придумал Октябрист гениальный выход. — Шестнадцати десятин каждому довольно? — За глаза, ваша честь! — Великолепно! Отныне вы должны считать десятиною не 2400, а 300 квадратных сажен. Таким образом, у каждого будет по…

* * * – Я, в силу отпущенного мне дарования, пропищала как комар. * * * – Я жила со многими театрами, но так и не получила удовольствия. * * * Раневская вспоминала: – Ахматова мне говорила: «Вы великая актриса». И тут же добавляла: «Ну да, я великая артистка, и поэтому я ничего не играю, меня…

— Прошу встать! По указу и так далее — мещанин Вывихов за скандал в публичном месте и за оскорбление словами метрдотеля ресторана «Петербург», приговаривается к трехдневному аресту. А вы… послушайте… Вы больше этого блюда не указывайте в вашем меню. — Да почему, г. судья? — Потому что крестьяне такого…

Он нашел себе место под солнцем, но вскоре сильно обгорел. Так хорошо, что прямо как серпом по сердцу. Что ни делается к лучшему – все к лучшему. Ей досталось почти все из того, чего не осталось. Дуракам закон не писан – они сами его пишут. Гении даже зевают гениально. А какая…

Увлечённое этими невесёлыми мыслями, его пр-во не заметило, как толкнуло какого-то прохожего и наступило ему на ногу. — Ой, послушайте, нельзя ли поосторожней! — Извини, голубчик, я не заметил твоей ноги. — Прошу вас, — раздражённо крикнул незнакомец, — называть меня на «вы»! — Ш-што-с? Предъявление…

— Фома! — вскричал Плюмажев, как мячик вскакивая с кресла. — Ты не имеешь на это права!! — Сеня! Я имею право, основываясь на твоих же словах: раз человек преступник — надо его пороть. — Но ведь это же, вероятно, чертовски больно! Фома! Поедем лучше куда-нибудь в ресторанчик, а? Выпьем бутылочку…