Аниме

— А есть орчихи? — Наверное, и у них большая грудь, — предположила любимая зараза и ткнула меня в бок. — Всё о сиськах думаешь. Я аж рот открыл от возмущения. Ведь вообще не думал о сиськах! Но теперь думаю… — Да ай! — О чужой груди думаешь! — предъявили мне. — Ай!!! — Из-за тебя думаю. А ну…

— На ветке Кернана зазеленел лист, господин. Слова упали в тишину, как камни в стоячую воду. Старик замер. Его палец перестал гладить древко. Глаза сузились, и на мгновение в них промелькнуло что-то, чего Руана не видела на лице старого герцога никогда прежде. Растерянность. Неверие. — Ты уверена?…

– Всеволод, это не просто прорыв, – голос деда дрожал от напряжения. – Тенелист сорвал печать. Понимаешь? Он её испортил, даже не ослабил – она… Кажется, сейчас она полностью уничтожена. В этот момент в твой лес прёт такая дрянь, какую я сто лет не видывал. Проклятье… Если старик не ошибается, значит…

Двери Большого зала грохнули о стены, и зал заткнулся. Разговоры оборвались, смех затих, а музыканты на балконе дотянули такт по инерции и опустили смычки. Свечи в канделябрах дёрнулись и притухли, бокал в руке Феликса мелко завибрировал, вино пошло рябью. Триста человек замолчали одновременно, и в…

Мы расступились, позволяя челноку пролететь по тоннелю. И на месте, где стоял челнок, обнаружилась платформа лифта. А мне тем временем пришло сообщение: «Получено согласие на ранговый поединок от Елисея Владимировича Леонова-Лисовского, 444 уровень» Выходит, понял, что наш проход к сердцу…

Да, хотелось. Но не моглось. Поэтому я еще раз осмотрел территорию «Объекта сто пятнадцать», оценил результаты трудов рядовых сотрудников Экспедиции, последние дня три-четыре тративших большую часть рабочего времени на наведение чистоты и порядка, немного понаблюдал за бойницами ближайшей сторожевой…

— Костюм, — нервно засмеялась Софья. — Да я тебе таких десять куплю! Главное, живой, и держался достойно. Вон как тебе рады. Даже княгиня Волконская, которая была настроена к тебе критично, в ладоши хлопает. — Раз уж княгиня Волконская, то да, — иронично произнёс я, добираясь до графина с минеральной…

— Кому ещё ты разболтал? — продолжала Даша. — Ещё раз. Я. Никому. Не. Разболтал. Я летел на планету инкогнито. Ты же не думаешь, что я позволю кому-то как-то оскорбить твою честь? Сказал — и тут же нырнул в маску. На таком морозе и с таким разряжённым давлением более-менее длинные реплики произносятся…

Валера уничтожал их молча и без энтузиазма. Каждый взмах оставлял в воздухе дымящийся след. Один удар, два, три. Вправо, влево, по дуге. От монстров оставалось мокрое место, земля вокруг превращалась в черную выжженную полосу, шириной метров в десять, напоминающая след от танка. Когда из чащи высыпала…

— Второй? — Кадель ап Гриффид. Троюродный кузен по матери вашей второй жены. Сидит в Карн Бре, держит охотничью усадьбу. Когда-то вы лишили его права на десятину с южных пастбищ и он не забыл. Мой человек ничего у него не спрашивал, но Кадель сам пришёл с расспросами к одной из наших старух, а та куда…

— Давай сразимся один на один. Ты и я. Настоящий поединок чести, без помощников, без подстраховки, без двух взрослых мужиков за спиной, которые сделают работу за тебя. Покажи всем этим людям, — я кивнул на трибуны, — что тебе хватит собственных сил, чтобы расправиться с «каким-то торгашом». Или ты боишься?…

Такова официальная линия, которую гнула Анна, уговаривая отца. Нужно больше данных — это раз. «Я должна увидеть всё своими глазами и составить непредвзятое мнение» — это два. Очень долго уговаривала… И, в конце концов, отец, который безумно любит свою единственную дочь, сдался и отпустил её. И…

Короче говоря, Соловей носился от одного конца баронства к другому, как цепной пёс, которого привязали к слишком длинной верёвке: бегает много, лает громко, а толку чуть, потому что верёвка каждый раз оказывается на полметра короче, чем нужно. Силы у него хватало на троих, мозгов тоже, но вот система,…

— Зачем? Я пришёл просто дать показания… — он побледнел ещё сильнее, я бы даже сказал, он охренел. — Чтобы сравнить вашу подпись с подписью вашего отца на новом завещании. Это стандартная процедура. — Я достал из папки чистый лист бумаги и положил его перед ним. — Если вам нечего скрывать, вы не откажетесь,…

— З-з-здрасти… — еле слышно ответил Карл. — Д-д-да нет, вроде… Не б-б-болею… Он стоял, вцепившись в перила. Я видел, как дрожат его колени. — Ты на кухню собирался? — спросил я. — Ну, проходи. — Х-хорошо, — Карл быстро закивал и скрылся. Я вздохнул. — Подождите здесь, — сказал я Марату. — Я…

Я узнал его сразу же. Это была Оля. Моя жена. Бывшая жена, если быть точным. После пятнадцати лет брака и трех лет развода это слово, «бывшая» придавало ей особого шарма. — Не могу вам давать каких-то гарантий, но вероятность восстановления крайне низка. Меньше одного процента из ста, что… на уровне…

За стенкой что-то уронили, потом голос распорядителя, гулкий от рупора, заполнил зал. Вьюна объявляли первым. Его тут знали, ему хлопали еще до выхода, и сквозь камень аплодисменты шли затяжной волной, не стихая. Максим вошел без стука, как заходил всегда. Невысокий, худой, с острым взглядом. Глянул…