Детективы

Когда Варя выскользнула из квартиры Руткова, она уверилась в обоих своих интуитивных предположениях: во-первых, в преступлении замешана вдова; а во-вторых, компьютер сыграл в нем особую, если не ключевую, роль. Планируя сегодняшний день, Варя думала, что, если у нее останется время после изучения обстоятельств…

— Свободен! — сержант шлепнул Фролова дубинкой по ноге, всучил паспорт и быстро прыгнул в машину. Обдав Семена грязной водой, УАЗ рванул от тротуара. — А как же штраф? — машинально спросил Семен. Пораженный догадкой, он сунул руку в задний карман, содержимым которого так дотошно интересовался служивый…

– Конечно, плохо, – вздохнула Татьяна. – Издателю нужен объем, из которого он может сделать книгу. Либо двенадцать-четырнадцать печатных листов для издания карманного формата, либо двадцать пять-тридцать для толстой книжки обычного формата. А двадцать – не пришей кобыле хвост. Карманный формат такого…

— Да. Чистая правда. Подлинная, — проникновенно подтвердил Гордеев. — Я не могу браться за работу, если не уверен, что качественно ее выполню. А времени моего сейчас не хватит, чтобы уделять должное внимание всем клиентам. — Красиво говоришь, — покачал головой Розанов. — Недаром ты в адвокаты пошел… —…

– А ведь этот Разин уже имеет опыт скитаний по местной тайге, – задумчиво, словно разговаривая сам с собой, пробормотал Арцыбашев. – Ты же читал, – еще раз повторил Рудновский и чуть заметно отсалютовал своей стопкой. – Еще по одной. Пусть земля будет Толику пухом. …

В углу комнаты стояли ростомер и весы, рядом с ними – медсестра в самом белом халате из всех, что были на присутствующих, и в шапочке с кружавчиками колора спелой ежевики, бегущими по краю. Похоже, он тут никого не интересует. Резинкин вернулся было обратно в раздевалку. – Куда пошел?! –…

– Ставлю семь. – Прекрасно, – самодовольно усмехнулся юнец и достал из серебряного, явно старинной работы (возможно, самого Фаберже) портсигара тонкую сигарету с золотым ободком у фильтра, не спеша закурил и наконец сделал свою ставку: – Отвечаю десятью штуками. Терминатор снова нацепил маску непроницаемости.…

— Этого мало, — резко произнес глава правительства. — На оружейном рынке, как и на любом другом, главным является конкуренция. Поэтому хотелось бы услышать вразумительный ответ, почему мы с более качественным товаром остаемся на втором месте? — За последние четыре года мы расширили…

Помощник поклонился: — Да, конечно, саиб! Аль Яни продолжил: — Возможно, я совершил ошибку, начав игру с янки, а не придавив их в Штатах, но я не мог даже предположить, что американцы запросят помощи у русских и Москва не откажет им. Москва не отказала, в Афганистан прибыла диверсионно-штурмовая…

Дом, как и машина, излучал собой комфорт и благосостояние. Большое здание в неотюдоровском вкусе – красный кирпич и черные балки, высокие каминные трубы и узкие решетчатые окна, а вокруг всего этого великолепия – целый акр сада, окруженный строем высоких угрюмых сосен. Из труб поднимался дым. Дворецкий,…

– Да не знаю я! – провыла медсестрица. Она утирала щеки и украдкой посматривала в коридор, не идет ли кто на помощь. Никто не шел, все знали, что главному нужно «выпустить пар». Главный очень трепетно относился к своим больным. Он пришел в коммерческую медицину из Института Склифосовского и сильно…

— Что ты понял, Андрей Борисыч? Повтори! — Завтра вечером совещание, после того, как вы из Питера вернетесь, а от него многое зависит… — Послал бог сотрудников! — сказала главная весело. — Не от совещания зависит, горе мое, а от нашей встречи с Садовниковым! И пусть только кто-нибудь попробует совещание…

Войдя, он пожал руку бармену, которого знал уже много лет. Заказав двойную порцию виски со льдом, он пересек зал, направляясь к телефонной будке. Потом, набрав нужный номер и придерживая трубку плечом и головой, он достал пачку сигарет, вынул одну и закурил. Наконец, в трубке раздался мужской голос.…

– Да. Паттерсон чуть наклонился вперед, и в поле его зрения попали колени женщины, прижатые друг к другу, и ее руки, покоящиеся на черной кожаной сумочке. Взгляд его задержался на руках с длинными пальцами, тонкими запястьями. Сексуальные руки, подумал он и представил, как они ласкают его. От этой…

Банс вдруг заговорил низким проникновенным голосом. — Ему семьдесят два года, и, если не считать небольшого воспаления суставов правого плеча, можно сказать, что у него отменное для его возраста здоровье. Несколько раз он заявлял, что надеется прожить еще лет двадцать, и, судя по статистике, которая…

— Ну, это мы еще посмотрим... — Убьет. Ну или сдаст в милицию. — Он что, милиционер? — Он хуже. Он из каких-то органов. — Может, ее дома нет. Может, пойдем? — донесся из-за двери еще один голос. — Никуда я не пойду. Лучше ключ найду. У меня где-то ключ был. В замочной скважине зацарапал металл.…

Одним словом, напугали. Отлежался Волков на песке, объявил приговор, а сейчас ходит, горем убитый, и каждый раз, встречая на улице родственников женщины той, задавленной, на другую сторону перебегает. Плюют, сволочи, прямо в лицо! Три раза уже плюнули! Не соображают в юриспруденции ни бельма, яростью…

— Чертовски рад встретить тебя здесь, старик, — сказал он. — Mon ieur le Colonel parle bien anglai [3] , — пояснила мадам Шавез. — Quelque mot [4] , — сказал полковник. — Как поживаете? — спросил Латимер, глядя прямо в светло-серые глаза полковника. — Ну, пока… лучше всех. После ужина, когда…

Во время поездок на периферию Кара всегда старался поближе познакомиться с молодежью. Он внимательно выслушивал собеседника, лишь в случае крайней необходимости перебивая его уточняющими вопросами. Фельмери он до сих пор ни о чем не спрашивал. Только в самом начале поездки попросил доложить ему о…

— Прекрасный ребенок, — воскликнул я. Георгиос и его жена всмотрелись в рисунок и согласились со мной. — Он похож на тебя, — заметила Зоя Мелас. — Глазами и, пожалуй, изгибом губ. — Он пухлый, как его мать. — Он в Нью-Йорке? — Он в Македонии. — Ага, — кивнула Зоя. — И ты хочешь с ним повидаться?…