Эро литература

В действительности Мэл не отличался от них. Её сердце, однако, умоляло об обратном. Оно практически выпрыгивало из груди каждый раз, когда Терри видела парня, не говоря уже о том, как вела себя её вагина… Они официально встретились в закусочной «Горшочек мёда» шесть недель назад. Закусочная стояла…

Глава 56.1 Вильгельм Глава 57. Виолетта Глава 58. Виолетта Глава 59. Вильгельм Глава 59.1 Вильгельм Глава 60. Виолетта Глава 60.1 Вильгельм Глава 61. Виолетта Глава 61.1 Виолетта Глава 62. Виолетта Глава 63. Вильгельм Глава 63.1 Вильгельм Глава 64. Виолетта Глава 64.1 Виолетта…

Или так было в моей голове. Наверное, когда я думаю об этом, многое из того, что произошло за прошлый год, происходило только в моей голове. Например, у меня было много друзей в Пайн-Вэлли. По правде говоря, это было не так, но это потому, что все знали, что Чед был моим братом. Он сказал им не дружить…

Дрожь пробежала по мне, и я стиснула челюсти от пронизывающего холода. Таблетки ожидают меня рядом с кроватью. Но от обезболивающих я засыпала, а к довершению ко всему через пару часов я буду дезориентирована и сбита с толку. Тогда они возьмут у меня кровь, забирая то, что хотели. Если они пытались сделать…

— Ты потеряла сознание после того, как вчера перед заходом солнца принесла свою клятву. Ты была без сознания больше суток. — Его тон был резким, и я нахмурилась, пытаясь понять, почему он был расстроен из-за меня. — Ты злишься на меня, Старейшина? — Я в замешательстве покачала головой, когда странное…

А так — и мама Ули выросла уже в городе, и сама Уля. И на маме правило это почему-то не сработало. А вот на Ульяне — здравствуйте, пожалуйста. Север помнит, мать его! Нет, Уле досталось и кое-что, что ей в себе безоговорочно нравилось. Например, Уля была натуральной блондинкой. Не белесой, а блондинкой,…

— Я убью этого ублюдка, если он хотя бы попробует затеять это дерьмо с браком по расчету, — говорю я. — Я бы помог, — соглашается Санто. — Ты когда-нибудь задумывался, насколько лучше будет, когда ты станешь боссом, Джио? — Спрашивает Гейб. Все это гребаное время, думаю я про себя. Организация…

— Я в Блэк-Ридже, Феникс. Я возвращаюсь домой. — Аттикус… — предупреждает он, мгновение колеблясь, прежде чем решиться рискнуть своей жизнью. — Она двинулась дальше. Ты ей больше не нужен, и тебе нужно с— — Если ты скажешь, что мне нужно смириться с этим еще раз, я отрежу тебе язык и скормлю его…

Как это случилось? — Я почти закончил, — говорю я, прочищая горло. — Всё должно быть готово через час, а я ещё не совсем готов. — Я не могу оторвать от неё взгляда. Прямо сейчас мне насрать на машину. Она подходит к капоту и прислоняется к нему, глядя на меня своими большими карими глазами. —…

— Не буду, — отрезал я, убирая стеклянный шприц за спину. Эксперимент не допускал никакого пластика, только старое доброе стекло. — Ты осёл, тугодум! — воскликнул с досадой Макс. — Ты хочешь прославиться или нет?! Вот же чудо-сыворотка, просто уколи меня! — А вот дохлые крысы, — я пытался вразумить…

По вечерам кого-то ждёт тёплый ужин и фильм в кругу семьи, а кто-то возвращается в свою квартиру и в одиночестве долго смотрит в окно, сожалея об упущенных возможностях. Но есть и другой город. Точнее, город тот же, но по ночам просыпается его тёмная сторона. Развратная, грязная, не знающая пощады…

— Я отведу тебя в его класс. Я взял его в прошлом году на втором курсе. — Спасибо, — ее голос такой мягкий и спокойный, и я ничего не могу поделать с тем, куда мгновенно уносятся мои мысли. Бьюсь об заклад, я мог бы заставить ее кричать одними только пальцами. Пока мы идем к классу экономики, и я…

Чем ближе я подходил к ней, тем сильнее становилось ощущение, будто все вокруг двигалось, как замедленной съемке. Она… черт возьми. Эта девушка была другой. Не красилась и специально не одевалась для соблазнения. Ее наряд выглядел простым. Девушка в черной майке, заправленной в обтягивающие маленькие…

Они нашли меня. Это место — такая дыра, и я живу здесь нелегально, без документов, без имени, и все же они нашли меня. За моей спиной раздаются сердитые крики, но я уже мчусь по грязному переулку, минуя открытые пакеты с гниющим мусором. Черт! Как же не вовремя. Сейчас я этого не чувствую, потому…

"Что ты здесь делаешь?" Ее голос был холоден как лед. Почему она так разговаривала с Ромеро? Я никогда раньше не слышала, чтобы она говорила таким горьким тоном, особенно тогда, когда отец был с ней груб, и особенно с гостями в нашем доме. Глаза мамы скользнули по жене и детям, в них мелькнуло что-то…

Вечерами, когда дети спят, я часто ловлю себя на мысли, что жду его шагов, его голоса. Иногда мне кажется, что я слышу его смех, но это только эхо прошлого, отголоски тех счастливых дней, которые мы провели вместе. Их было так ничтожно мало, что я могу пересчитать на пальцах одной руки. Недавно я начала…

Его взгляд прямой. Беззастенчивый. Немилосердный. Я с содроганием отворачиваюсь и пытаюсь сосредоточиться на макаронах. Реджи болтает о хозяйственном магазине, которым он владеет вместе со своими двумя старшими братьями. Я киваю и улыбаюсь, надеясь, что он не заметит, что я не обращаю ни малейшего…

— Тогда располагайтесь! Если вам что-нибудь понадобится, просто снимите трубку телефона на столике. Дама сделала знак двум амбалам, державшим меня за руки, чтобы те наконец отпустили жертву, и направилась к двери, так и не вынув руки из карманов. — Что вам от меня надо? — крикнула я ей вослед, растирая…

Настал момент. Я поднимаю руку и одним движением пронзаю её сердце. Её умоляющая рука цепляется за мой локоть и вонзает ногти в кожу. На мгновение она напрягается, а в следующий момент становится мягкой и вялой. Её глаза закрываются; энергия покидает её. И в тот же момент, когда умирает Лира, умираю…

Когда наша троица вошла в двери высокого офисного здания, мужчины в холле головы свернули. Я нервно отдёрнула край платья: всё же не стоило приходить в этoм с утра. Лучше переодеться после работы, но девчонки не хотели терять ни минуты пятничного вечера. К тому же дресс?ода как такового в нашей турфирме…