Исторические любовные романы

– Да, благодарю. Он направился к выходу, уже у двери, обернувшись, вновь окинул Славу горящим взором и заметил: – Повезло вашему мужу. Редко встретишь такую красивую девицу. Да еще со столь сильным нравом. Как вы ловко нашего капитана заставили делать то, что вам угодно, а? Никому это не удается.…

– Во-первых, – встав Ричард, подошёл к бару, – можете так не стараться, – наливая виски, говорил он, – я знаю, что вы не плачете, – он вернулся в кресло. Разоблачённая Оливия отложила платок, она и сама прекрасно понимала, что плачет не естественно, но «попытка не пытка». – А во-вторых, я прекрасно…

Хлёдвир направился по каменистой тропе от причалов к гостевому дому, а Снефрид снова посмотрела на море. Только миновала пора самых коротких ночей, вечера еще были долгими и светлыми. Солнце, будто выточенное из янтаря, медленно садилось в той стороне, откуда они пришли, плавая в разливе света. Сгущались…

– Твоей сестре двадцать четыре, это её третий ребёнок. А ты? – женщина наклонилась в попытках заглянуть дочери в лицо. – Позорище! Щеголяешь в своих детских платьях и вяжешь пинетки чужим детям! Не успела Менди что-то сказать, как позади послышался голос перепуганной прислуги. Она была примерно ровесницей…

– А тут, кроме меня, никого и не было. – Будут. Дай срок. Ты прямо с огнем играешь. Найдут они нас. В этом году совсем близко подошли к русским. Страх совсем потеряли степняки, не хватает им пастбищ. – Не пойдут они в лес, ты знаешь. Дед продолжал ворчать себе под нос. Ему не нравилась, что его…

Долина у подножия гор превратилась в братскую могилу для тысяч искалеченных душ и тел, что уже никогда не окажутся в землях родовых кладбищ и храмов. Еще разгоряченные, но уже бездыханные мощные тела вороных коней, острые обломки смертельных копий и стрел, рваные обрывки палаток, клочья одежды,…

Элизабет выдохнула, расправила плечи, мягко улыбнулась и зашла… Миссис Норитон не обратила на неё никакого внимания, продолжила задумчиво перебирать бумаги на столе. Элизабет остановилась у порога, ожидая разрешения пройти дальше. Время шло, а женщина так и не оторвалась от своего занятия, и у Элизабет…

— Передумаешь, — сказал он уверенно. Несси задохнулась. Так еще никто никогда ее не оскорблял. И, чтобы стереть эту насмешливую ухмылку с его лица, она размахнулась и со всей силы врезала ему по губам. Так, как когда-то в детстве заехала в глаз — чтобы знал, что нельзя обижать маленьких девочек.…

Пендрейк прав. Гейбриел чувствовал, как пылают его щеки. Он едва сдержался, чтобы не бросить сверток и не закрыть лицо ладонями. Если бы щеки просто краснели, тогда бы еще ничего. Кожа бывалых морских волков тоже меняет цвет от соленой воды и ветра, но никому не пришло бы в голову заявить, что они краснеют,…

— Ты должна показать матери, Колетта, что ты не боишься покинуть Париж, не боишься расстаться с Александром. Она поверит тебе и впоследствии вы можете вновь встретиться. Девушка недоверчиво качала головой. Но слова Констанции сделали свое дело. Колетта после того, как мадемуазель Аламбер устроила ей…

Только это и мучило его. Все же, что касалось предполагаемой связи между ним, простым гвардейцем короля, и принцем — кардиналом де Роганом, которого королева не уставала обвинять в краже бриллиантового колье, представлялось ему совершенно недостойным внимания. Он считал, что поступил милосердно, согласившись…

Кусты раздвинулись — из зарослей пыталась выбраться молодая женщина. Тяжело дыша и тихонько бормоча что-то, она безуспешно старалась освободиться от веток, цеплявшихся за ее волосы и платье. Остин скрипнул зубами и чуть не выругался. Желать, чтобы она ушла, бесполезно: слишком часто в последнее время…

– Обещайте, что защитите ее, – произнес он. Его пальцы слабо сжимали руку полковника. – Обещайте мне! Несмотря ни на что! – Обещаю. – Бедвин наклонился к Моррису в надежде, что его взгляд и голос дойдут до затуманенного сознания умирающего и успокоят его. – Клянусь вам! При этих словах последний вздох…

И вот теперь власть в его руках. Но он не может приказать этимлюдям расплакаться, не может приказать смеяться, не может заставитьбыть счастливыми. Он может только деньгами или угрозами заставитьих повиноваться. Но разве это власть? - Я не властен над чувствами других, - шептал Виктор, - онивсе ненавидят…

— Ничего другого они и не заслуживают, — презрительно усмехнулся Андрич. — Мы поймали их на месте преступления… Плевать я хотел, что они говорят. А ты, хоть и военный разведчик, но не представитель закона.., и не судья! — Сейчас, здесь, я для вас и закон и судья! И я приказываю вам освободить индейцев!…

Фиби развернула сверток, откусила большой кусок имбирного пряника, а остальное протянула Оливии. Та отрицательно покачала головой. — Диана отругала меня на чем свет стоит, — продолжила Фиби, — разворчалась и сказала, чтобы я больше никогда не появлялась ей на глаза. Что ж, она собирается жить в Йоркшире,…

У Оскара язык отнялся от страха, но Флойд был под хмельком и ответил за брата: — Есть тут у нас салун Уайли на въезде в город, вы его уже проехали. А на другом конце — «Приют бродяги», это вон там, прямо по Главной улице. Ну, по части салунов это, пожалуй, все. Незнакомец прищурил здоровый глаз: с…

– Не угодно ли посмотреть, миледи? – Женщина проворно сунула руку в свой мешок и вытащила охапку шарфов. – Не возьмете ли какую-нибудь вещицу на память о такой чудной ночи? Один из шарфов, цвета зелени омытого дождем леса, привлек внимание Корделии. Он напоминал о весне, о капельках…

– Я еще не пробовал, – парировал Моррис. – И не успеешь, женитьба – это полный конец всем прелестям жизни. Ты ведь не можешь сначала пожить с ней вместе месячишко-другой, а потом уже принимать решение. Да и девушка вряд ли на это согласится. – Даже если бы и согласилась, то ее потом все равно замуж…

Ее слова удивили Роджера, но тут он вспомнил, что Ричард Деверо, герцог Бэзилдон, настоял на том, чтобы его дочери получили мужское образование. — А в математике ты разбираешься так же хорошо, как и в греческом? — усмехнувшись, спросил Роджер. — Не хуже Архимеда, — с вызовом ответила Блайд. — Когда-то…