Легкая проза

– Предпочитаете перелечь на Макса? – усмехнулся юноша. Я поняла, какую глупость сейчас сказала, и тихонько пробормотала извинения. Да, Ривьера, ты – сама неловкость. Такой мир еще не видел. Макс стоял рядом с нами, пытаясь дозвониться до школьной медсестры. – Вы правы, мисс Рид, я уже давно не…

Безжалостно сминая тонкими пальцами подол платья цвета пепельной розы, за которое час назад выложила остатки средств с кредитной карты, я неслась вслед за Кипеловым, который уверенно шагал сквозь толпу веселящихся гостей к выходу. – Павел Антонович! – понимая, что дверь сейчас захлопнется, и я не получу…

Я слушаю однокурсниц вполуха, стараюсь сдержать в груди гнев, внушаю себе: «Ты давно простила подруг. Простила». Но в сердце эти слова, увы, не находят отклика. Мой взгляд прикован к лестнице. – Ты кого-то ждешь? – спрашивает Аня. – Нет, что ты! – смотрю на нее. – У меня, кроме вас, в этом городе…

Я ощущаю, как кровь отливает от лица. Из горла рвется протест, но связки вновь сковало льдом. – Опустить на колени и поприветствуй нового владельца, как следует. Видимо, от шока мои глаза расширяются. А захватчик компании опускает ладонь на мою грудь и сжимает ее что есть силы, показывая, что шутить…

Я отрицательно покачала головой. – Просто не понимаю, зачем я вам. Я теперь никто. Да и раньше не была центром вселенной. Я говорила совершенно искренне. Перед ним – влиятельным мужиком, упакованным с ног до головы – сидела пациентка клиники для душевнобольных. В спортивных штанах, вытянутых на коленях,…

«Сумерки глотают снегопад…» Сумерки глотают снегопад, Поздний вечер канувшего года… Я сегодня посмотрел назад, Где суровы лики небосвода, Где строкой прерывистой года, Где блестят застенчивые пряди, Где в корнях волнуется вода, На меня растерянного глядя. Город серый полы запахнул, Парк,…

Не помню кто, но мне сказали, – Ого круто, а ты умеешь! – Да, я всегда умел, это у меня в крови. Северные и белорусские корни! – ответил я с улыбкой. Позже мы фоткались все вместе. И настроение поднялось, оказывается стольким людям я не безразличен. *** Проснувшись утром, у меня отпали мысли…

Пересадка. Я опять бегу по длинному коридору перехода. Вокруг уже народ, и вагон на радиальной линии совсем даже не пустой. Я спешу, и надо решить, какой дорогой будет короче. Можно выйти на платформу к загородным поездам, пробежать по ней, потом под мостом и вдоль путей до самой проходной ипподрома.…

– Я думаю об учёбе, – огрызнулась я и встала из-за стола, взяла коробку конфет и пошла к двери, где меня уже ждала сумка и новенькие кеды. Ну, хоть какая-то радость в этом тёмном царстве! Я натянула кеды, завязала беленькие шнурки и отправилась в школу. Как всегда, наш класс почти собрался и облепил…

– С удовольствием, – кивнул Крымов и выполнил просьбу хозяина загородного домишка с улицы Дачной тишайшего поселка Яблоневый. Они чокнулись и выпили. Закусили мочеными яблоками и пирожками. – Сыскари не дураки, тоже задались этим вопросом. Вскоре дознались, что главным наследником всех этих покойных…

– Майор, у вас оружие с собой есть? – Настолько опасен? Он вам что, денег много должен? – Должен. Еще как должен, – сказал вполголоса Одинцов, поправляя манжет белой рубашки и передернув плечами так, как будто собирался драться. – А еще он хитрая, изворотливая сволочь, которую мы с вами должны во…

Он метался в поисках полотенца. Сэм был в наушниках и не заметил недовольного фырканья Лилии. Обтягивающая мокрая майка, которая только подчёркивала рельеф его загорелого идеального тела. Шорты немного приспущены висели на бедрах, едва закрывая плавки. Его грудь тяжело вздымалась от недавнего бега, привлекая…

– Да все путем! – в тон ему отвечал Коля. – Живу нормально, работа интересная, жена прекрасная, двое детишек – дочь и сын. Вот уже четвертое авторское свидетельство на изобретение получил, год назад защитил кандидатскую, и быстро утвердили. Так что все в порядке. Вот сейчас работаю над монографией. Все…

А о приятном, Ирка? О чем-то приятном подумай… Бак большой, белый, приветливо мигает огоньком – мол, пользуйся, вода чистая и нагрета до шестидесяти градусов. И чего я сегодня тридцать минут заигрывала с коммунальщиками, воду ждала горячую? Вот повернула краник на трубе, и все сто литров мои –…

После ужина мы сидели обнявшись в гостиной и смотрели какую-то комедию. И я решилась… - Илюш, нам надо поговорить. - О чем? - О нас, конечно. Я хочу семью, настоящую семью. Он чмокнул меня в висок. - Зай, а разве у нас не семья? Если ты хочешь штамп в паспорте, так я готов, хоть завтра. -…

– Подумайте, какие наглецы! – низким басом презрительно провозглашала Виолетта Степановна, возвращаясь с балкона, куда она, демонстрируя полное презрение к «подселенцам», по-прежнему ходила курить неизвестно откуда доставаемый ею дефицитнейший «Беломор». – Стоит специально консервная банка! Так нет же!…

– Суть уловил, – зло фыркаю я. – Не зарабатаем три очка сейчас – своими руками добью на станции всех выживших, – и заканчиваю, смеясь: – Так что вам, правда, лучше пожелать мне сдохнуть. – Чтоб ты сдохла, кэп! – орёт Бом, и остальные, веселясь, громко поддерживают его в разнобой: – Желаем тебе сдохнуть,…

Пух стиснул зубы и с ненавистью уставился на своего мучителя. – Я не по-о-онял, – с наигранным удивлением протянул отсмеявшийся Бурый. – Ты че, оглох, мудила? – Не буду, – Пух впервые за последние несколько минут заговорил. Тихо, испуганно, сквозь зубы – но недвусмысленно. – Нет, будешь, – спокойно…

Но всему же есть предел, братцы! Адреналин совсем исчез из жизни Гриши. Перед ним сидела тупая дура в блестящем платье с серьгами до плеч. Было от чего затосковать. Он спросил: – Зачем ты пристегиваешься? Так у тебя не получится. Она встрепенулась. – В смысле? Гриша, смеясь, взялся расстегивать…

Даже близко. В священники сейчас почти не шли. Восемь лет назад во всей епархии были рукоположены лишь двое: Брайан Флинн и Джеймс О’Коннор. При этом Джеймс О’Коннор оставил служение, поскольку его возмутило то, что пожилого священника, злоупотреблявшего своим положением, защищали и покрывали, чтобы…