Любовные романы

Феофан испугался за Катерину, испугался он гнева боярыни. Парень стоял в полной растерянности под дубом, с которого медленно падали первые желтые листья. Страх парня перед боярыней был сильнее его любви к девушке. Феофан с того дня от Катерины отдалился и взгляд при встрече отводил. Катерине стало…

Он думал, что я преувеличиваю, но им достаточно было прочитать статьи в газетах, и они поняли, насколько это опасно. — Если позвонят и скажут, мы вернём, — рассуждал Джон. — О чем, черт возьми, вы двое думали? Общение с этими людьми — это смертный приговор. — Нам нужны деньги, — ответили они оба…

У меня был очень дружный класс, просто я не влилась в коллектив. Частенько этот сплоченный класс дружил против меня. Но за три года я отрастила такую броню, что мало кому удавалось забраться под нее. И уж точно нападки глупых восемнадцатилеток не могли сильно меня задеть. Мое приближение заметили и…

— Между прочим это и твоя вина, знаешь ли! Ты отвлекла меня и предложила использовать мою кровь для усиления действия зелий. Конечно, пару раз это сработало, но нет, ты настаиваешь на том, что при определённом усердии это действительно сможет продвинуть моё ремесло на новый уровень. Теперь я просто взрываю…

У него был последний вздох. Он не дышит. Мой брат не дышит, и я, черт возьми, не знаю, что делать! — Мэм? — Женщина по телефону напоминает мне, что она там. — Он дышит? — Нет! — Я кричу: — Дре! — Я бью его по лицу: — Андреа, очнись, мать твою! Не смей так поступать со мной. — Я рыдаю, тряся его,…

– Серега, может дотянем? – Ракета может шарахнуть в любой момент! Прыгай, говорю!! Приземлишься, отключи маяк, чтоб «духи» не отсекли. – Понял! – Готов? Саша вжался в кресло, выдвинул ноги максимально вперед, чтобы ножные захваты сами подтащили их к креслу, а не ударили по поджатым ногам, откинул…

- Ах ты! Полиция! – горланит бабуля. Дочь в ярко-оранжевой шубке-чебурашке и вязаной, лично мною, апельсиновой шапочке, в розовых уггах вертится вокруг меня как маленький папуас вокруг костра. Ее светлые кудряшки потешно подпрыгивают как пружинки. - Мама, бежим, - кричит Арина, хлопая голубыми глазищами.…

— Мама! Девочки из школы Святой Терезы дергали меня за косички! – закричала Куинн, пока бежала так быстро, как только позволяли ее маленькие ножки. Я шел за ней по пятам, все еще сжимая в руке улики с места преступления. Отец всегда говорил, что О'Конноры убирают за собой. Не оставляй следов…

Выйдя из душного автобуса, закинула рюкзак на спину и, отошла в сторону, чтобы не мешать другим пассажирам. Я пыталась всматриваться в лица мужчин в попытке понять, мой ли это отец, но никого похожего не нашлось. Минут через десять все пассажиры, приехавшие со мной в том жеавтобусе, разошлись, и я осталась…

Шум, треск, грохот! Чувствую резкий рывок вверх. Снова вскрикиваю и распахиваю глаза от неожиданности. Мирон смотрит на меня круглыми глазами, прижимая к себе. С громким “шмяк” падает на пол ведро с краской, следом – стремянка. – Блин! – подскакивает сводный, глядя под ноги. Подскальзывается и…

Начинаю с главы семейства, двигаясь против часовой стрелки, перехожу к его супруге… Интересно, нужно уточнять, кто из двоих его сыновей старше, раз уж тут обслуживают по старшинству? Конечно, это вопрос риторический. Первым я подойду к ироничному шатену, а красавчик с телефоном подождет. — К сведению,…

– Что за бардак?! – Голос у нее был резкий, напряженный. Такими голосами природа наделяет скандалисток. – Мы не знаем, Ванесса Андрониковна… Ванесса подбежала к окну, приподняла жалюзи. В лицо ей ударил сырой ледяной ветер – окно было разбито. Этот ветер принес в магазин запах гари. Ванесса стояла…

Слова в то время у них не расходились с делом. – У вас будет двойня! – спокойно сказала докторица в женской консультации. Сказала, как будто ничего ровным счетом не произошло, а Альбине тогда показалось, что мир вдруг переменился, что она сама после этих слов стала иной, да и все вокруг тоже стали…

Недовольно поморщившись, Изабелла обошла стол, не давая девочке подойти слишком близко. Казалось, Зуки, подраставшая прямо на глазах, состоит из одних локтей и коленей. Если она толкнет что-нибудь… Даже думать не хотелось, что будет. Сложив на груди руки, она сказала: – Сегодня тебе нельзя здесь оставаться.…

- Встаньте раньше их. Наконец, попробуйте с волосами сами. Начните себя показывать. Понравьтесь себе. А потом вы себя и полюбите. Вы у себя одна. И вы себе не груз, который тащат на вялых ногах. Впереди большая жизнь, много дорог, а вы ковыляете, как на последний причал. Зачеркните в себе это польское…

— На сегодня все, — строго изрек Алекс, отпуская ее. — Иди в душ, а я приготовлю кофе. Через десять минут, завернувшись в голубой махровый халат, Лиза появилась в кухне своего уютного десятикомнатного дома, в котором она выросла. Алекс восседал с чашкой кофе в одной руке и мобильным…

Когда незнакомец перемахнул через низкую каменную ограду, отделявшую рощу от дороги, у Кэт наконец сработал инстинкт самосохранения. Она резко повернулась, подхватила с земли ружье и добычу и припустила со всех ног к усадьбе. Успеть добежать до дома — вот единственное спасение! Плечо Кэт оттягивало ружье,…

– Ничего. – Пэтч тяжело вздохнул. Собрав оставшиеся силы, генерал попытался приподняться на локтях. – Ты должен мне помочь. Это очень важно. – Скажи что, и я сделаю. – Маленькая Тереза, сестра Констанции и моя племянница... Она единственная моя наследница. Но сейчас ей всего десять, и она слишком…

Квинни полюбила Пакстон с такой страстью и теплотой, что превзойти ее не смогла бы даже родная мать. Беатрис Эндрюз, во всяком случае, не превзошла: она ощущала себя неуютно рядом с малышкой и по причине, ей самой непонятной, отдаляла ее от себя. То ей казалось, что у девочки грязные ручки, то малышка…

– А почему не позже? – поспешно вставил Питер, беря нож и вонзая вилку в остатки яичницы с ветчиной. – Я не ты, Рейкрофт. Только ты можешь, приметив в толпе бального зала женщину, тут же решить, что она любовь всей твоей жизни, потом целый год преданно за ней ухаживать, не замечая никого вокруг, и с…