Любовные романы

– Не поверишь! Ни то, ни другое! – усмехнулся силуэт. – Но знаешь? На твоём месте я тоже остолбенел бы от увиденного. Я представляю, сколько у тебя сейчас вопросов, ведь не каждый день к тебе ночью на седьмой этаж проникают в окно, так ещё и без тела вдобавок. Веселого тут мало, сразу в голову закрадываются…

И вынес драгоценную ношу из темного полуподвального помещения, в котором даже дышать было нечем. Не чувствуя тяжести в руках, не видя ничего вокруг, он взлетел по лестницам и ворвался в свои покои, в которых разжигали камины и спешно наводили порядок. – Потерпи, потерпи, – бездумно прошептал он и внес…

– Друзья сказали, что вы можете меня загипнотизировать. И тогда моя память восстановится. – Иногда я использую в ходе лечения гипноз, но в вашем случае он вряд ли поможет. – Почему? – При гипнозе человек должен расслабиться и слушаться врача, – сказала она. – Вам следует довериться мне и выполнять…

Я хочу ребенка, и даже не одного, но выбор папы должен быть очень тщательным и скрупулёзным, чтобы потом не было мучительно больно, не только мне, но и ребенку. Я не признавала и не желала признавать понятие «воскресный папа». Что папа может дать своему ребенку за один день? В лучшем случае дорогие игрушки…

Я тоже глянула на рабочего. Еще немного рвения — и его придется отскребать вместе со штукатуркой. Легран развернулся так резко, что меня едва не опрокинуло порывом сквозняка. Вздохнула, и передав Клее «букет» из листов ватмана, я поковыляла следом за мэтром. Грохот его шагов распугивал детей и учителей,…

Сейчас я и не вспомню, что заставило меня остаться на окраине Таоса, в штате Нью-Мехико, но здесь я нахожусь вдали от всего, именно так, как и планировала — или не планировала. По крайней мере, ту часть, где я сижу одна в темноте, притупляя свой гнев и печаль в третьем бокале вина. Все началось с объявления…

Немного обо мне. Я люблю изящество. Мне нравятся утонченные наряды, подчеркивающие фигуру и соответствующие месту, девушки с сексуальным желанием, которые выглядят столь же прекрасно, как и я. Красивые места и красивые люди. Иногда конечно раздражает скопление без конца трущегося народа в этом незабываемом…

Она стояла в дальнем конце зала, держась ближе к выходу, словно в любую секунду была готова сбежать. Жан-Пьер так разволновался, что пропустил первый вопрос интервью. Усилием воли он взял себя в руки и, не глядя на женщину, продавшую душу ради своей работы судебным адвокатом, сфокусировался на микрофоне.…

– Слышу тебя хорошо, – отозвался Трэвис. – Нам повезло: раз собрались в город, значит, раньше чем через час не вернутся, – заметил Мэзерс. – Не нравится мне эта дорожка. Плохо просматривается. Так нас запросто застукают. Вот что – стой в самом низу, а если кто-то подойдет, скажешь, что проводим взрывные…

– Вот видишь? Все не так плохо, верно? – ободряюще сказала Софи, и была вознаграждена низким рыком, когда какой-то голубь подошел слишком близко. Мармадюк поднялся на лапы, и голубь, расправив крылья, взмыл вверх. Этого оказалось достаточно, чтобы Мармадюк, которого Софи ни разу не видела перемещавшимся…

* * * Когда ее вызвали в кабинет ректора, Милнис даже не сомневалась в том, что этот мерзкий тип решил просто потрепать ей нервы на пустом месте. В конце концов, хвостов у нее не было, преподаватели оценивали ее работу в семестре очень высоко, а конфликтов со студентами и подавно быть не могло! Так…

Меня, однако, больше притягивает противоположная немногочисленная группа, объединенная нежеланием воспринимать окружающих или самим попасться в ловушку зрения других обитателей дома. Это ее представителям необходимо заполучить все пространство вокруг и заполнить своим неприступным одиночеством. Группы…