Любовные романы

К нам как раз подошла Дэнила, поставив на стойку поднос с пустыми стаканами, она заказала пару бокалов вина и один мохито: — Надеюсь, народ еще подойдет. — Проговорила она, вычеркивая записи в блокноте и возвращая его в карман передника. Я ободряюще ей улыбнулся, и в который раз осмотрел помещение:…

Ведь это больше, чем любовь между мной и тобой. Теперь мне будет тяжело, теперь я буду плакать на улице, в магазине, в темноте, днём. Без людей, с людьми – не так важно. Я потеряла своего любимого человека. Потеряла. Всё остальное неважно. Ушёл. И меня не стало. Нет, конечно же, я тут жива и здорова.…

Проклиная каблуки и тех, кто их придумал, уже через пять минут я неслась по просыпающемуся городу. Вокруг точно так же мчались куда-то люди, повинуясь бешеному ритму жизни. Иногда я сама себе казалась белкой в колесе в обществе таких же белок. Времени на то, чтобы остановиться, передохнуть и сбавить…

— Удачи! — улыбнулась она, закрывая дверь в ванную. — Спокойной ночи, Кейла-Белль, — сказал я так тихо, что она не услышала. Настежь открыв окно, я вышел на крышу и присел. Подождал минуту, чтобы убедиться, что Кейла не появится ни с кем из родителей, и только потом закрыл его. Спускаясь с крыши…

- Через две недели, - сверкнул чёрными глазами некромант, еле сдерживая презрительный смешок. – Не забудь пергамент и бриллиант. - Мне тоже придётся там присутствовать? – не скрывая страха, вопросил парень. - Конечно, потребуется твоя кровь, - с особым удовольствием Велириант подчеркнул последнее…

- Ясно. У уверенности моей была колоссальная причина – всего час назад я снова говорила с матерью. И она раз двадцать повторила, что я обязана вылететь ближайшим рейсом. Ее настойчивость не была странной – я привыкла. Но удивилась, что раз семейный доход так неожиданно сократился, то откуда же наплевательское…

Меч привычно тяжелил руку, да, именно с этим мечом в руках он совершит все свои подвиги, прославится в веках, и потомки будут передавать его как реликвию на полотне синего бархата, от старшего сына к старшему, и продолжателю славного рода. Жаль, что сам рыцарь этого не увидит. Но его портрет будет висеть…

Неудивительно, что среди этой молодой дружной своры сын Болеслава, княжич Всеволод, чувствовал себя затравленным волчонком. Ростом и статью он уступал только старшему из Мирославичей, но неприязнь, настороженность и высокомерие, сквозившие во взглядах светоградских княжичей, угнетали и без того дичившегося…

В каждом человеке живет собственный зверь. Только у большинства он так и остается внутренним, а вот у некоторых приобретает вполне физическое воплощение. Я стояла и удивленно смотрела на то, как Виви одухотворенно складывает все мои платья, будто мы не гостить в замке императора собрались, а жить…