Мистика

Они с Глебом, сменяя друг друга, накачали лодку ножным насосом. Глеб отстегнул от рюкзака складные вёсла и, погрузив сестру на борт, неумело погрёб к острову, ждущему почти у озера на середине. Островок был крошечный – на нём только и уместилось, что щелястая избушка да навес с половиной поленницы. …

– Я хорошо понимаю твою нелегкую семейную ситуацию, – продолжала, меж тем, Лидия Викторовна – у бабушки наверняка нет денег на аренду жилья для тебя, но и оставить студента в общежитии после таких нарушений просто нереально. Это был бы слишком нехороший прецедент, допустить который мы никак не можем.…

Эндрю не соглашался, но и не отказывался. Он попытался подняться и едва не упал. Мик сунул вторую руку в лямку собственного рюкзака, подхватил вещи Эндрю и помог ему встать. Машина стояла недалеко, но и до нее Эндрю добрался с трудом. Над верхней губой у него выступили бисеринки пота. Мик уселся рядом…

Шум течения нарастал, а вместе с ним нарастало и напряжение внутри идущего, ему становилось страшно с каждым сделанным шагом. От той напряжённости и скопившегося страха, он не устоял на ногах и завалился на задницу, когда носок его ботинка скользнул вниз по краю, будто съехав с бордюра. Он был напуган,…

Я прохожу мимо материнской спины, ее волосы закручены в не слишком опрятную куделю на затылке, к воротнику халата приклеена желтая бумажка-стикер. Подавшись вперед, разбираю кривоватые прописные буквы, жирно выведенные черным фломастером: «ЭТО НЕ МАМА. БЕГИ!» Бросаю через плечо взгляд на брата…

Осенью, с наступлением холодов, последние туристы убирались с острова, а следом уезжала и большая часть местных. Гостиницы и мотели закрывались, кофейни, магазины с сувенирами, бары пустели. Законсервировав на зиму свои дома, люди уезжали на материк, проедать заработанные за теплый сезон деньги. Оставались…

Неожиданно раздался голос за спиной: – Здравствуй, Евгений. Вот мы и встретились. Обернувшись, я увидел себя, стоящего напротив, только одетого в черный строгий костюм. – Я мертв? – спросил я у него – Нет. Во всяком случае, пока точно нет. – Кто ты? – А как ты думаешь? – Я не знаю,…

– Я бы предпочёл остаться в Балтиморе, даже если это значит видеть исключительно тараканов, голубей и крыс. – О боже, Майкл! – Мама, похоже, рассердилась. – Тебе всего десять лет! Веди себя соответственно! В тот момент, когда Майкл открыл рот, чтобы ответить, в дверях кухни появилась Хизер, у которой,…

– Я вас слушаю. – Можно вас на минутку, а? Мне очень-очень надо! Константин Иванович кивнул Ирине: «Скоро буду». Потом вернулся к ограждению для посетителей. – Что за срочность? Можно быстрее, я тороплюсь. Аля довольно улыбнулась, торопливо включила диктофон. – Я тут пишу роман. Ой, только…

Немало времени ушло на поиски мортусов. Здесь, можно сказать, нам повезло. Эту роль любезно согласились исполнить пилигримы, странствующие монахи-флагелланты из Кастилии, чье паломничество по святым местам зима застала в Городе Корон. Ведший их брат Роберто попросил за труд совершенно скромную плату,…

Взгляд наверх: потолок высокий, вон, чернеет решетка вентиляции – не допрыгнуть. Подтащить что? Подпрыгнуть и… даже от одной мысли замутило, рот наполнился горькой слюной. Плохо еще, очень плохо после пробуждения. Снова поднес коммуникатор к лицу: – Это я, Андрей Либерман, я заблокирован в отсеке…

Иногда Костя напоминал мне бомбу, способную взорваться от безделия. – На, – Он протянул мне раскрытую пачку с чесночными сухариками – моими любимыми. – Пора перекусить, сержант. Я кинул сухарик в рот и принялся высасывать из него весь сок. – Мне отец рассказывал, что в Чечне точно так же сидел,…

Пришлось включить подогрев сидений и печку, и минут через пять я уже начал согреваться, и поездка из отвратительной превратилась в удовлетворительную. До работы ехать около часа. Хотя, ездой это можно назвать с большой натяжкой. Машина нудно проползает пару метров, встаёт, потом ещё немного продвигается,…

Патрик два раза повернул ключ по часовой стрелке, как ему ранее сказал риелтор, и наконец-то большая дверь отворилась. Солнечный свет сразу же пробрался в помещение, осветляя каждый уголок их дома. – Я первая! – Холли взяла Чаппи и быстренько забежала в дом, где сначала ее встретила небольшая прихожая,…

– Не хочу. Лучше измену давай, случайную. – Окей. Пройдёте все испытания, сохраните любовь – получишь доступ к следующему уровню. – А если заблужусь? Опять болезнями возвращать на путь будешь? – Как обычно. Могу смерть ребёнка устроить. Это должно встряхнуть так, что точно проснёшься. – Ну а…

– Ваше Высочество, – с легкой улыбкой отозвалась она. Ее голос хоть и звенел молодостью, но тембр был довольно низким и глубоким. Это привлекло внимание еще большего количества людей. – Я прибыла по своей воле. На просторах родной страны я ни разу не видела столь завораживающего своим величием дворца…

Конечно, можно было бы поехать на машине, но перспектива провести за рулём полторы тысячи километров, не радовала. Да и в свете последних событий: прежде всего моего изменившегося мировоззрения – хотелось побыть именно обычной женщиной, а не леди с привкусом металла. Никуда не спешить, не делать сто…

– А знаешь, проведи эксперимент – убеди себя, что ты художник и сейчас напишешь картину, маслом, как когда – то, в XIX веке, Федотов, он нигде этому не учился. Ты накинул на плечо ремень этюдника и, ощущая его приятную тяжесть, что растекается теплом по спине, идешь на пленэр… Даже не идешь. Ноги сами…

А паук всё рос, всё увеличивался, нависая над ней. Он касался её лица и шеи мохнатыми, мягкими ворсинками. И только, когда он стал таким огромным, что заслонил собой солнце, она стала задыхаться от тяжести в теле и… проснулась. –2- Во дворе у Веры было солнечно и уютно. Всё-таки июнь – чудесный месяц,…

– Кто? – с подозрением переспросил домофон. – Зачем пришли? Мне не надо ничего! – Говорил же, надо было заехать в офис УК за ключом. – Тихо пробормотал Виталий Антонович. – Мы из государственной жилищной инспекции! – терпеливо сказала Софья, продолжая улыбаться. – Приехали с хорошими новостями для…