Мистика

— Даже не думай больше трясти свою семью, — перебил я. — Это наш дом. Построим его сами, своими руками. К тому же, скоро мне кое-что подвалит. — Что за подарок судьбы? — подозрительно прищурилась она. — Помнишь директора химзавода? — ухмыльнулся я. — Он хочет со мной работать. — С тобой? Да он…

— Она — старшая с прошлого года, — вставил Корней. — Так. Телефон в эти вечера она обычно отключает. Мотивирует каждый такой случай по-разному… — Тут есть такая деталь… — Корней поставил на блюдце чашку с кофе. — Она собирается поступать в медицинский. Давно собирается. И говорила мне, что время…

— Да святой экзорцист, мы же оба тут сгниём, если не выберемся в ближайшее время! — Фу, как не стыдно упоминать экзорцистов при владыке демонов. — Да я точно сошёл с ума… — Ну, са-а-амую малость, — он продолжал ехидничать, чем только меня злил. Я тут на грани смерти нахожусь, а он издевается!…

Кухня в литкафе тоже была отличная. Не сказать, что слишком бюджетная, но вполне доступная и банковским клеркам, и сотрудникам мэрии, и кое-кому из студентов финансово-экономического колледжа. В летнее же время основными посетителями кафе становились отдыхающие из Веснянки, ближайшего к Дымному Логу…

— Может, ты и в Бога не веришь? — наверное, я впервые услышал в голосе Жака неодобрение, смешанное с неприязнью. — Ты мой лучший друг, но то, что ты задумал… — Жак, прошу тебя, не надо. И так тошно. Ответа не последовало. Тем не менее, он не бросил меня, а всё так же плёлся позади. Мне оставалось…

Чтобы попасть в кабинет N14, нужно было спускаться на лифте. Было уже около часа ночи, так что люди на пути почти не попадались, а внизу так вообще оказалось пусто. Я нашел нужный кабинет, вошел и сел на кушетку в ожидании экзекуции. Благо, анализ на VV нужно ждать не больше минуты, хотя, по правде говоря,…

Это я никак не прокомментировал. Только сел глубже в кресло и старался выглядеть спокойным. Но я чувствовал озноб, от которого дрожал, и электрическое покалывание по всему телу до кончиков пальцев. — Это странный сон, — продолжал он, на этот раз без понукания. — В сущности, я не вижу тебя в этом сне,…

В зале после этих слов раздался недовольный ропот. Нежелание Боуда становилось слишком очевидным и вызвало не только осуждение в зале, но и его ближайших спутников. Александрова не сдержалась и тихо, но с возмущением, прошептала: — Что с вами, Джеймс? Вы никогда прежде не были столь грубы. — К чёрту…

– Этот путь был вымощен кровью, кровью наших сестер, но она была пролита не напрасно. Нынче вечером году благодати наступит конец. Когда я выдыхаю воздух, скопившийся в легких, я уже не в лесу, не рядом с той смелой девушкой, а здесь, в этой душной комнате, лежу в кровати под пристальными взглядами…

– Ну что, малыш, – обратилась я к автомобилю, – поехали дальше грязь месить… Двадцать километров впереди. К счастью, для моего железного коня местные дороги были более чем проходимы. Наверное, именно о нём в своё время сказали – танки грязи не боятся. Довольно уверенно преодолев двадцать два километра…

Ага, на стипендию студентки педагогического университета и доход с подработок! Она училась на преподавателя и отлично знала, что работать учителем не будет, так как ненавидит детей. Впрочем, девушка ненавидела вообще всех людей. Особенно тех, кто не хотел сразу, по первому требованию, отдавать ей то,…

– Илий! – позвал мужчину высокий голос. На лбу выступило несколько капель пота. Илий провёл рукой по лицу, повернулся на звук. – Надень кепку, Илий! А то рухнешь здесь, и урожай будет тебе не нужен. На этот раз голос прозвучал ниже и грубее. Илий даже удивился, что спутал его с женским. Когда он…

Тётя с братиком уже дошли к машине. Похитительница открыла заднюю дверь и мило улыбнулась, приглашая мальчика внутрь. Что-то ему сказала. Роксана принялась стучать ладошками по стеклу, но осторожно, чтобы не разбить. Ведь за такое мама точно накажет. Сильно накажет. – Нет! – закричала она. – Слава,…

И вот как-то так однажды вышло, что пришлось им крупную сумму денег прятать, а более подходящего места, чем ткацкая фабрика, не нашлось. Сам он точно не знал, где те деньги схоронили, но слышал краем уха, что выбрали какое-то якобы надежное место «за черной дверью». Да только потом разразилась настоящая…

Голос Сары вернул его в настоящее. "Это не рентгеновское зрение, слизь обмана и предательства проступает насквозь. Я могу видеть некоторые погребенные качества". "Не уговаривай меня, милая, мне не нужно рентгеновское зрение, чтобы видеть каждого человека, ненавидящего меня…" "Почему бы и нет?"…

Борислав заперся в комнате и больше из неё не выходил. Нянька носила ему еду, забирала бельё постирать, убиралась и прочее. Кроме неё, никого больше он не хотел видеть, прогоняя вон даже родных. Отец жалел младшего сына, но помочь ему ничем не мог. Как-то царь издал указ, наказывающий отрокам отправляться…

– Куда ты собрался? Ванька вздохнул. А Дима уже вошел в сарай и лишь на секунду задержался около входа. – Знай молокосос, вот приветствие от твоего хозяина, – прошептал начальник. И в тот же миг мальчишка почувствовал, как его живот сотрясся от удара! Он повалился на землю, хватаясь за брюхо. А…

Всё шло хорошо, может даже лучше, чем при Михаиле Николаевиче, но я стал замечать на себе пристальное внимание Регины. Когда я общался с клиентами, она всегда стояла где-то в сторонке и с улыбкой смотрела на меня. Глаза её, увеличенные толстыми линзами очков до невероятных размеров, как-то нездорово…

Я стала никем. Стала бестелесным призраком, которого никто не видит, не слышит и не замечает. – У неё тут всё Ромка какой-то да отец. – Значит, отцу звоните. Лишь бы не алкоголиком оказался. – А что сказать? – Седоволосый замер, глядя на контакт «Папа» в моём телефоне. – А что тут скажешь? –…

Оседлая жизнь на скалистых землях Прибрежья для многих была скучной. Хранители рассказывали о древнем величии народа и многие жаждали восстановить его. Но где искать утраченное? Хранители донесли древнюю легенду о пришествии перволюдей. В воды полуденного океана этого мира их привела «туманная» тропа…