Научная фантастика

Не напрягая памяти, я отчеканиваю слово за словом: – Не щадя крови и жизни своей, за пытки, за издевательства и насилия над людьми клянусь мстить врагу жестоко, беспощадно и неустанно. Кровь за кровь! Смерть за смерть! – Да… все так… – А ты говоришь – паломничество, – возвращаю я Галку в семидесятые…

- Протри глаза, физик! - гневно сказал я. - Какой же это дождь? - Что же это, по-вашему? - обиделся нелюбопытный Ганя. - Может быть, салют? Или звездопад? Нехитрое остроумие, абсолютно не подходящее к моменту, вконец разозлило меня. Я отстранил Ганю, прошел в комнату с бардами и указал на окно: …

– Корабль показался, капитан, – донеслось до него. – Он сядет меньше чем через час. – Отлично, – сказал Деви Ен. – Пусть мне приготовят машину. Я поеду, как только начнется посадка. Однако ему вовсе не казалось, что все идет отлично. Главный инспектор прибыл в сопровождении свиты из пяти маувов.…

Рунархи уверены, что бежать с Лангедока невозможно. Посмотрим. Но чтобы переубедить их, мне потребуются все силы. Заклинаю тебя, изгой: если встретишь врага Тевайза – немедленно сообщи мне. Возникнут подозрения – не держи их в себе. Чистое очистится. Пусть лучше погибнет невинный, чем злодей останется…

— Я наивный? Но я-то вспомнил, чего бы им тоже не помнить? — Таких психов, как ты, днем с огнем не сыщешь. — Спасибо за комплимент. — Разве не так? Во что ты превратил свой кабинет! Все эти паровозики фирмы «Лайонел», машинки, плюшевые игрушки, старые афиши! — Ну и что? — А эти бесконечные…

Около полудня Фортнум ехал в машине к ближайшему супермаркету, когда заметил Роджера Уиллиса, своего приятеля по клубу, учителя биологии в городском лицее. Тот нетерпеливо махал ему рукой с тротуара. Фортнум подъехал к тротуару и открыл дверцу. – Привет, Роджер. Подбросить? Уиллис торопливо прыгнул…

И тем не менее... В ночь перед равноденствием я оживаю! Надрывно играет труба, мы выбегаем из казармы, строимся. Короткие команды, перекличка - и колонна, укрывшись щитами, выходит из лагеря. - Р-раз! - кричат. - Р-раз! И я подхватываю: - Р-раз! И чувствую: во мне клокочет ненависть!…

Профессор наклонился, пошарил под столом, извлек оттуда пивную бутылку, покрытую толстым слоем пыли, и поставил ее на металлическую платформу. – А что это за времеатрон? – подозрительно спросил Л. М. – Минутку терпения, господа. Сейчас я продемонстрирую его в действии. Итак, я помещаю в сферу действия…

– Буду, – пообещал Зигмунд. Палата, куда они пришли, была просторна и почти пуста. Напоминала старый склад, из которого вывезли вещи. Стены бетонные, холодные, прямоугольные, чуть забеленные известкой и мажутся при облокочении. Шесть дверей и четыре окна. Одна кровать и на ней полный пациент лет шестидесяти.…

– Направить к нему наших парней. Спутники командующего посмотрели на патрона. Один из них, в мундире генерала, что-то прошептал ему на ухо. – Как давно вы следите за… гм-гм… этим Окурком? – спросил второй сопровождающий, в гражданском костюме. – Двое суток. – Американцы знают об этом? – Думаю,…

Правда, за этот поход он денег со своих спутников не взял. Во– первых, они были друзьями, во-вторых, ему очень нравилась Вероника. Через час прошли две трети склона, отдохнули на сидушках, снова полезли вверх, нетерпеливо предвкушая выход на вершину горы. Нестор ухватился за ребро последнего уступа,…

– Долго будешь копаться? Ахмет отложил вычищенный скафандр, взял другой. – Для Чернова готово, – сказал он. – А вам блестеть ни к чему, по-моему. Пусть ваш Чернов блестит и радуется. И дезодоранта не дам, не надейтесь. – Это почему? – спросил Симо. – Рангом не вышли, – объяснил Ахмет. – Вот когда…

– Только на собачью. – А если окажется, что и на кошачью тоже? – Может, еще не окажется, – успокоил я. – Пусть хотя бы до весны поживет. В крайнем случае, весной выпустим. – Выгоним вон, ты хочешь сказать? – немедленно уточнила жена. Изо всех сил сдерживаясь, я попросил ее точно определить, чего…

– Ты их не любишь, – произнес Джейсон, продираясь по пропахшему потом коридору, – потому что ты не любишь себя. В глубине души ты думаешь, что у них плохой вкус. – Идиоты, – проворчала Хизер и тихо выругалась, когда ее огромная шляпа с висячими полями навсегда исчезла в китовом брюхе наседающей толпы.…

— В этом году дела идут туго, — сказал он Лиз. — А тебе-то что? — ответила она. — Ты не владелец магазина, просто тут служишь, как и все мы. Значит, и заботы меньше. Какая-то покупательница принялась выкладывать продукты у аппарата, Лиз выбивала чеки, продолжая через плечо говорить с Виком. — В…

«Еще решат, будто это я устроил этакое безобразие», – размышлял Петр Ильич, – и привлекут за содержание притона. Или какую другую статью пришьют. С них станется». Было и другое соображение. Петр Ильич не без оснований опасался, что расскажи он кому-нибудь о том, что у него в квартире появилась сияющая…

– Подсудимый, встаньте! – Верховный судья выглядел безразличным исполнителем закона, но речь его доказывала обратное. – Учитывая ваше бедственное положение, а также государственную необходимость, мы назначаем вас испытателем нового космического корабля. Вы будете перевезены на военную базу в Море кризисов,…

Юлька сделала маленький, осторожный шажок вперед. Посмотрела на меня. На дохлого выродка. Сделала еще один шажок. Я протянул ей руку. Юлька вцепилась в мои пальцы мертвой хваткой. Рука у нее была сухая и холодная. Ну, все, сейчас Юлька перешагнет через выродка… И тут выродок ожил. Верхняя часть…

В течение десяти и пятнадцати лет вам хорошо известно, что вы молодая привлекательная девушка, молодая привлекательная женщина; иначе и быть не может: черты лица правильные, фигура хорошая, кожа гладкая, одежда модная, но! - всего этого нет, потому что вы никому не нравитесь, подруги вас жалеют, мужчины…

Он вылетел из зазеркального иномирья, сметая с тумбы трюмо пакет с пельменями, и растянулся на полу прихожей, едва не въехав головой в подставку для обуви. Из-за двери, с лестничной площадки, донесся топот и гогот – это, прыгая по ступеням, промчалась орда подростков. Он медленно поднялся с пола,…