Попаданцы

Я усмехнулся и решил подбодрить Лейланну: — Ну, ты нашла о чём беспокоиться в дикой природе. Не переживай, никто из нас не будет пялиться на тебя. К тому же я сомневаюсь, что это тебя испортит. Потом отоспишься, наверстаешь упущенное, и всё будет как прежде. Как и ожидалось, её ответ не заставил…

— Да какие там у тебя могут быть открытия? — фыркнула женщина, не отрываясь от информационного цилиндра. — Ты же со своими таблицами уже не один десяток лет возишься. Что могло случиться такого важного? — Я что-то нащупал! Есть опасные тенденции… — Ха! Опасные тенденции у него! — Блейн даже отложила…

— Везунчик! Эх, кто бы мне 12 часов отпуска дал… — Тяжело вздохнул Вениаминов. — Всё. Иди. Дел много. *** Яр прикидывал, стоит ли вкладывать все деньги в новую компанию. Можно было, конечно, вкладывать по частям. Тогда оставались средства на непредвиденные расходы. Но при разовом максимальном вложении…

— Куда уж яснее! — вскинул руками Лопухин в примирительном жесте. И в темпе ретировался, поняв, что сострадания у царя не дождется, а вот тумаков… Царевич весь разговор сидел молча. Пил кофе. В этот раз сваренный по-турецки. Крепкий, черный, горький. — Нет ты видел? Видел? — спросил Петр…

Нет. Выбираться. Ползти. Сражаться! С каждым моментом слабости, с каждым препятствием в виде «охеренных» советов врача, в голове вспыхивали обратные мысли. Идея-фикс на двух словах: «Карабкайся. Ползи!». Они вспыхивали в голове как удары военного барабана. Бам. Бам! БАМ! Этот грохот глушил мои слабые…

Пока девушки изучали мир посредством просмотра любовных сериалов, я зарылся в новости. Да, действительно шла война с Наглами и с присоседившимися к ним Франками и Персами. Подробностей не было. Да и вообще, все, что происходило, больше напоминало фарс, и я не понимал, как отец это все не пресек. У нас…

— Вот слушаю я тебя, Лис, и поражаюсь: ты сам-то веришь, что четырнадцатилетний пацан, приехавший из глухомани, мог сделать все, о чем ты рассказал? Такой объем дел не всем спецслужбам под силу, и ты это знаешь не хуже меня. Я еще могу поверить в его торгашеский талант, но вот в возникшую на ровном месте…

«Конечно, хочу! — с восторгом отозвался Гемос. — Вдруг и с этими договориться выйдет! Стану великим дипломатом или ксенологом, напишу трактат по перевоспитанию паразитических форм жизни и буду лекции читать юным восторженным студенткам!» Мне даже интересно стало, от кого он такого нахватался? «Оль,…

— Возможно, но сейчас это просто куча хлама, и мне совсем не хочется копаться в ней, — проворчала она, бросив взгляд на вход в пещеру. — Честно говоря, ради этого не стоило сюда приезжать. Мы могли бы остаться в Бастионе и заработать примерно столько же монет, но экономя кучу сил и времени. Я шикнул…

— Ну чего ты так на меня смотришь? Я же для тебя старался! — Ты хоть понимаешь, что наделал? — покачал головой и провёл ладонью по лицу. — Допинг и усилители дара запрещены на Играх. И это не считая того, что ты устроил тут! — Да не возбухай, дружище! — оскалился демон. — Моё варево никакие проверки…

Вообще, странно получалось: сословия разные, а надежды у всех были на диво общие: все хотели лучшей жизни, и при этом опасались, что «завтра будет хуже, чем вчера». Так вот и встретили подданные Российской империи свой новый, одна тысяча восемьсот девяносто девятый от Рождества Христова год — полные…

По привычке в попытке приподняться я упёрся на руки, но тут вдруг понял, что чувствую свои ноги! Ну-ка… Ура! Ноги зашевелились, и я сумел подтянуть колени и встать на них. Тем временем девушка доползла до речушки. — Стоять! — заорал я. Зачем? Так нужна же информация, а она почему-то явно меня…

Котова решительно тряхнула головой. Я отметил: сонной Лена не выглядела, хотя ещё недавно мне казалось, что она задремала. — Что и когда нужно сделать? — спросила Котова. — Я готова. Обязательно помогу. Рассказывай. — Сейчас расскажу, — пообещал я. — Только не здесь. Идём на кухню. Я сварю кофе.…

— Жестокая штука — печати, — кивнул Айнур и велел своим не трогать внезапно появившихся чужаков. — А кто наложил их? Насколько они сильны? — Сильнее некуда! Наш колдун — один из лучших в этих краях! — заявил я и улыбнулся смутившейся от похвалы Шасти. — Так она и печати накладывает? — Айнур с уважением…

Выждав удачный момент, я быстро шагнул в тень, ловко прошмыгнул вглубь между строений, ухватился за деревянную балку, рывком подтянулся. Забрался. Перелез на нижнюю часть дувала, быстро забрался наверх и словно кошка, перепрыгнул на парапет. Кое-как удержался там, притаился. Быстро прислушался и осмотрелся,…

– Опять молодец! – искренне порадовался дядя Саша. – Я что хотел сказать, вернее предложить. Я здесь проездом, сам из Новосибирска, хотел бы с тобой пообщаться насчёт твоих планов на будущее. Завтра, скажем часа в три, можем в кафе посидеть, я угощаю. Смотрю на него, вроде на педофила не похож, больше…

Я задумчиво почесал дымными пальцами-щупальцами подбородок… то место, где у меня он должен был бы находится. — Безумовы… Безумовы… Хм… не припоминаю такой род. Кажется, кто-то с похожей фамилией служил в качестве младшего жреца в главном храме бога искусств… Но это не точно. Девушка неуверенно кивнула:…

Славка тоже оглянулся и его лицо побагровело. К ним вновь бежали люди. И судя по их виду — они явно не союзники. Он поднялся, призывая копья. — Маша, держи его в сознании любыми способами! Сейчас я здесь разберусь, и мы побежим в больницу. Восемь человек. Славка глубоко вдохнул и слегка присел.…

После этих слов он широко распахнул глаза и попытался откусить себе язык. Хотя, что значит «попытался»? У него это вышло. Кусок плоти упал на мраморные плиты, а парень приготовился отправиться к праотцам. Но, как говорится, не в мою смену. Я схватил придурка за челюсть и с силой раскрыл её. Даже хруст…

— Ну, хоть Илью-то ударить можно? — устало спросил Валерий Ильич у дочери. — Нет! — вскочила Ленка, и глаза её нехорошо заблестели. Такой она бывает редко, но всем я бы рекомендовал прикинуться ветошью в этот момент и не отсвечивать. — Я смотрю, что только отца твоего можно трогать, — недовольно…