Прочее

— Благодарю, ваше сиятельство, — вспомнив события этой ночи, вздохнул я. — Тоже в этом не сомневаюсь. Знаете, у меня возникла необходимость провести ритуал восстановления рода Разумовских. Насколько я знаю, это можно сделать только при помощи Чаши. Или есть другие варианты, Анатолий Викторович? — Насколько…

– Ты бы сначала выслушал. София – мастер своего дела. Когда-то она тоже пережила похожую трагедию. – Неужели? За минуту убила сто двадцать семь человек? Чёрт возьми, пусть вернётся, я передумал. Пожалуй, пожму ей руку, – сарказм был неуместен, но сил на более адекватный ответ я не нашёл. Лея грустно…

— Они понимают, что на кону судьба страны и тебя лично. А вместе с тобой — всего их влияния при дворе, — сухо проанализировал я. — Цельские больше всех остальных заинтересованы в твоей победе, София. Во время разговора сделай упор на этом. — А что Ваше Высочество будет делать, если Цельские всё же…

Возрастом все они годились либо в пажи, либо в оруженосцы. Безбородые юноши, что вряд ли хоть раз брали в руки оружие. И всё же их, как и меня, приговорили к казни. Последнее, что я помнил — это поединок. Жестокий, кровавый, решающий. Разум отказывался верить в реальность происходящего, а голова шла…

Я сделала несколько жадных глотков и поблагодарила ректора за помощь. Вот уж не думала, что самолично Аластар Мэдроуз будет подавать мне воду. - Ты что-то помнишь? - спросил профессор, когда я вдоволь напилась. Меня слегка кольнуло это панибратское “ты”. Помнится, раньше Аластар Мэдроуз обращался…

Легендарное копье Прометея. Основатель Города нечасто изображался в боевой экипировке, как будто не любил ее, но о «Вердикте» слышали все Инки Первого Легиона. Даже не верилось, что я держу в руке подлинник, который мой предшественник оставил здесь, чтобы не быть узнанным на Черной Луне. Длинный стержень…

— Что-то получить… — в голосе музыканта прозвучала легкая ирония. — У них в руках оказался, как бы глупо это ни звучало, но ключ от всей Империи… Найди его, мой верный слуга. Это наша приоритетная задача. Без Ключа нам придется использовать запасной план, чего бы мне не очень хотелось делать. — Да,…

— Да, было дело… — Ладно, перефразирую. Мы тебя хоть раз обижали или серьёзно тебя с ребятами подставляли? — Нет. — Не переставая с подозрением смотреть на помощника графа, Толя поскрёб пальцами заросший щетиной подбородок. — Ну, вот и в этот раз не подставим. — В руке Свята появились две малых…

В этот момент детонируют артефакты во ртах связанных лордов. Череда одновременных взрывов накрывает лордов. И сразу же срабатывают отложенные заряды, расставленные вокруг бункера. Гулкий удар проходит по стенам, каменные блоки сыплются сверху, полы дрожат, стены рассыпаются. Зал охватывает взрыв, и Лорд…

Первой меня заметила хорошо одетая женщина, и завопила: "Вот он, убейте его!". "Ну не хера себе встреча с дорогими односельчанами!" — подумал я. И даже не сразу осознал, что прекрасно понимаю местный язык, хотя никаких воспоминаний донора мне не досталось. Тем временем в мою сторону направились три воина…

Хотя приглядевшись, я понял, что поток вряд ли был свинцовым. Заряжены они были антимагическими зарядами. Прямое попадание очереди даже качнуло Доброхотова назад. Это что за звери такие? Честно говоря, ни о чём подобном я не слышал. Такая смесь технологий и магии действительно внушала уважение! По…

«Мужчину» — это было произнесено так, будто они с Власовым были парой, прожившей лет десять. Я глянула на ее модные лоферы на толстой подошве и широко улыбнулась. — Пошла к дьяволу, Малиновская. Лижи, что хочешь. Хоть обувь, хоть землю. Хоть руки своему Власову. Это было смело и глупо. — Проклятая…

С тонкими ножками, непонятно каким чудом держащие тяжелый, надутый живот. Тот едва-едва спасался в штанах и сорочке широким, шелковым поясом, замотанным в несколько слоев. В руках с кожей, нежнее, чем у детей, господин держал длинную трость с набалдашником в виде вороньей головы. Опирался на неё всем…

– Мне кажется, вы ходите по краю… – осторожно начала я, имея в виду разом обе крыши: и черепичную, и ту, которая порой у людей едет. – Хожу, – охотно согласился псих. – Потому как движение – это жизнь. А стоит застыть – как можно сорваться. Поэтому специально не стоит замирать на месте. Еще и в таком…