Прочие Детективы

Последние слова я произнесла таким голосом, каким, наверное, ведьмы в Средние века завершали свои заклинания. Я даже замерла на несколько секунд в ожидании. Почему-то мне показалось, что сейчас должен раздаться звонок в дверь. Но чуда не случилось. Звонка в дверь не последовало, зато я услышала у себя…

— Здравствуйте, Виктор Вениаминович. Не беспокойтесь, время пролетело незаметно. Денисов ослепительно улыбнулся: — Ну вот и славно. Пойдемте ко мне в кабинет. Ксюшенька, — обратился он к «морской свинке», — будь так добра, принеси нам кофе и воды со льдом. Помните, Танечка? — Он вновь перевел взгляд…

– Как? – изумилась Светка несколько даже обиженно. – Ты не знаешь? Ну ты даешь, мать! Совсем от жизни отстала. Колесников – это же зять Литвинова, а Литвинов... – Послушай, ты потише немного, ладно? – с улыбкой остановила я свою приятельницу, которая слишком яростно стала действовать тампоном. – Ты…

– Нет, – сказал Дейрдре, – постой, Димка прав. Кто-то пришел и ограбил твою квартиру. Твой отец, если бы был в нормальном состоянии, постарался бы как-то этому помешать. А для того, чтобы он стал невменяемым, ему надо было крепко выпить. Наверное, подмешали чего-то в водку, типа снотворного… могло быть…

Ополоснувшись, он побрел к берегу. Жена в купальнике, с развевающимися волосами, ловила сына — мальчишка, подымая тучи брызг, носился по мелководью. — Дом мы назовем «Людвиги», — сказал Римша, усевшись на подножку машины. — Глупый! Я вовсе не собираюсь заделаться дикаркой! — Через двадцать лет…

Я должен дойти до крайней точки отчаяния, до самых глубин страха, до края ночи, дабы стать недосягаемым для самого себя. Поскольку опасность уже исходит не от людей, а от меня самого, Люди могут забрать у меня всего лишь жизнь… Я же могу сделать лучше: принять смерть, уготованную ими. Если это удастся,…

Неужели чеченская война вошла в Питер?.. Я задавал себе этот вопрос, не зная, что уже через несколько минут получу на него ответ. Отрицательный, но легче от этого мне не станет. Неужели, думал я, чеченцы? Неужели ко всем тем бедам, которые выпали России, добавится еще одна?.. Постыдная и унизительная…

— Если она останется в квартире, мне придется уйти, — поставила ультиматум жена, и Витя снял ей отдельную — однокомнатную, но уютную жилплощадь. Ну а надо ли девушке в девятнадцать лет постригаться в монахини? Ничего удивительного не было в том, что Олег пригласил Катю поужинать, потом позвал на день…

— Похоже, Петр Сергеевич, все прошло удач но, — обратился к своему собеседнику шатен лет тридцати пяти, наблюдавший сквозь стекло из кресла шереметьевского кафетерия за погрузкой ящиков на борт самолета Москва — Петербург. — Не судите поспешно, — ответил его собеседник, плотный господин лет пятидесяти…

— Не совсем по книгам. Хотя, конечно, воспоминания мои отрывочные — калейдоскопом. Да что взять с четырёхлетнего? — С четырёхлетнего, может, ничего и не возьмёшь, но у них-то самих частенько отбирали многое. Не только детство, случалось — жизнь. Да, впрочем, что это я? Совсем не дорожные разговоры.…

— Побольше бы таких «карьеристов», — ответил тогда Кручинин. Он любил Гордеева и до самой своей ссоры с ним относился к молодому инженеру как старший заботливый брат. Известие Анны Саввишны потому так и поразило Грачика, что он никак не мог себе представить, чтобы такой человек, как Гордеев, дал повод…

– Да при чем здесь это? – обиженно заявил начальник хора. – Просто мне хотелось, чтобы вы послушали моих коллег. Это даст вам более полную информацию о Гольдберге и Карпинском. – А зачем мне знать о Гольдберге и Карпинском? – спросила я. – И что люди с такими фамилиями делают в Мордовском национальном…

У сорокалетнего Бориса Григорьевича был сын Алеша семнадцати годков от роду, которому добрый Дедушка Мороз должен был вручить новенький мобильник по цене навороченного ноутбука. Но, как говорится, яблоко от яблони недалеко падает! Во избежание всяких неприятностей с начальством в квартиру к Борису Григорьевичу…

— Вы уверены? Но выглядит весьма любопытно. Я говорю о гастролях этого ученого йога, профессора Брахма-чария. Разве вы не читали? О нем шумят вторую неделю все наши газеты. — Мы же только вчера прилетели. А что за йог? — Выступает с лекциями о переселении душ, потом устраивает опыты. Наглядную, так…

- Вот именно. Нацарапанный наспех, при вечернем освещении, но стоящий миллионов других, потому что не принадлежит ни к одному из известных собраний, частных либо государственных. Можно сказать, новая вещь, которой никто еще не видел. Наспех зарисованное бедро, гуляющее по Парижу. Купите его, это будет…

— Не тарахти, — Пашка встал. — Расплачусь позже. — Подожди, — старик взял его за рукав. — Утром заходили двое. Расспрашивали. — Знаю я их, — Пашка сытно рыгнул и потянулся. — Районная уголовка. Я им ни к чему. Они рабоче-крестьянскую собственность берегут. Их такие, как Серый, интересуют. Только…

Однажды Блэйн поинтересовался у Джерри, как это ему удалось завязать — может, он к программе «двенадцать шагов к трезвости» подключился? — Нет, «двенадцать шагов» у меня не пошли, — отвечал Джерри. — Не мог я выносить этих их встреч, когда каждый кается в собственном бессилии и молит Господа освободить…

Подо мной миля за милей мчалась дорога. А сверху тяжелым грузом давило молчание. И запах. Я даже подумала: «Какая нелепость, такого просто не может быть. Нет, это всего лишь кошмар. Один из тех ночных кошмаров, когда невозможно пошевелиться. Надо лишь подождать, скоро эти люди исчезнут, и я проснусь…

– Конечно, проходите. В зале указала гостям на мягкие кресла, а сама устроилась на диване. Бережнов вытер платком вспотевший лоб, хотя на улице, несмотря на конец мая, было, мягко говоря, нежарко. – Может быть, кофе? – с умилительной непосредственностью воззрился на меня Артур. Проклиная про…

— Запиши выпивку на мой счет. — Потом снова повернулся к Рурку: — Спасибо, Тим! Пока я буду там, постараюсь договориться познакомить тебя с Мэй. У выхода он снял с крючка поношенную фетровую шляпу и плотно натянул на свою лохматую голову. Воздух на улице был теплым и сладким. Уже вечерело, и люди,…