Прочие Детективы

Женская голова появилась снова и вместе с волной понеслась к берегу. Я кинулась вдогонку. Но не успела сделать и пары взмахов руками — волосы скрылись под водой. Надежды на спасение жертвы почти не оставалось. Тем не менее я продолжала кружить по мутной воде, внимательно, насколько позволяли волны, наблюдая…

— Может быть, я могу вам чем-нибудь помочь? — Навряд ли, — усмехнулся он. — Да мне, собственно, ничего и не нужно. Просто суматошный день, все навалилось разом… Ерунда, разрулится само собой. — Ну как хотите, — пожала я плечами. — Удачи вам. Бак моей «девятки» наполнился бензином, потенциальный…

По счастью, вовремя объявилась бывшая однокурсница со своим приглашением погостить у нее. Собственно, особенно близки мы никогда и не были. А на третьем курсе Катька вообще перевелась на экономический, выбрав карьеру банковского работника, и по окончании перебралась в столицу. Доходили слухи, что устроилась…

Итак, согласившись отпраздновать с Гариком его день рождения, я повесила трубку телефона и заодно свой нос. Прескверное настроение, залезшее холодной скользкой жабой в мою душу несколько дней назад, мигом напомнило о себе. Так бывало всегда, когда я, Танечка Иванова, сидела на мели. Почему у денег есть…

Ровно через час двадцать минут я выходила из квартиры при полном параде и великолепии, а никто так и не позвонил. Ну и черт с ними, еще пожалеют. По-этому нарочно оставила свой сотовик дома. — Теперь хоть обзвонитесь, — мстительно пробормотала я, вызвала лифт и съехала на первый этаж. Куда направиться…

— Ну ладно, ты мне про себя расскажи, — сменила я тему. — Да что я? Лежу, скучаю. Книжек столько перечитала, сколько за всю жизнь не видела. За окном такая погода! Осень золотая, а я тут вот… — А ты стихи пиши, — предложила я. — У тебя получится. Про осень. Про томление и грусть. — Все бы тебе…

— Здравствуйте, — сказал он резко, почему-то избегая моего взгляда. — Проходите, располагайтесь… Вам, вероятно, известно о несчастье, которое меня постигло? Вопрос хозяина кабинета застал меня врасплох, потому как я не имела даже приблизительного понятия, о чем идет речь. Изворачиваться и оправдываться…

— Владимир Михайлович, чего делать-то? — Ничего. Сейчас менты подъедут, потихонечку выйдем. А то народ горячий, не разобравшись, кто мы, разорвут. Хорошо, догадались машину бросить. Стой себе, не привлекай внимания. — А ментам чего говорить? Посадят ведь! — Ты, Леха, горячку не пори. Ты трезвый?…

Я мельком посмотрел на часы. Уже начало девятого. – У тебя привычка возвращаться домой в шесть часов с минутами. А сейчас Соланж, должно быть, вся издергалась от беспокойства. А может быть, и нет. Любит ли она тебя? Вы часто ссорились из-за этого и еще по очень многим пустякам. Я пошел наугад по…

Потом мы шли действительно к метро, было темно и очень скользко, поэтому я висела на Володе. Метро приближалось неминуемо. И тут я сказала, что мне очень надо в агентство. Очень-очень. И мы побрели к агентству. Ну, если Соболин не догадывался — зачем, то я сильно преувеличивала умственные способности…

* * *  Мои отношения с Глебом Спозаранником складывались весьма непросто. Когда в 1998 году Андрей Обнорский привел меня в отдел расследований, первая фраза, которой меня встретил Спозаранник, была потрясающей: «Запомните, Георгий Михайлович, я — зверь!» Я с трудом сдержался, чтобы не расхохотаться…

В начале девятого пришел главный расследователь агентства Спозаранник, который всегда зачем-то приходит на работу рано. И тут же скривил лицо от запаха. Я сказал ему: — Однажды у моего знакомого, кстати, журналиста, тоже прорвало какую-то трубу. Наверное, фановую, потому что от нее немножко пахло. Он…

— Новенькое — это у репортеров. А мы, ты же знаешь, пишем большие полотна. — Да кто ж не знает. По полгода над каждым работаете. — А ты как думал? Вон в прокуратуре по три го да дела висят. Расследования не терпят суеты. Кстати, насчет новенького. Хочешь, кое-что покажу? — Глеб извлек из стола и протянул…

Несмотря на значительную разницу в возрасте, нас связывают дружеские отношения. Агеева всегда в курсе всех дел, которые происходят в агентстве, и как начальник архивно-аналитического отдела знает множество имен и кликух представителей криминального мира. Я люблю эту красивую женщину, избалованную мужским…

Я получаю очень много писем о ревности и вижу, что с замужеством степень ревности повышается еще больше. Партнера начинают считать своей собственностью. Чем быстрее вы забудете слово МОЙ, тем легче вам будет жить. Необходимо понять, что никто никому принадлежать не может. Нужно всего лишь осознать, что…

– У вас рейс в десять? – спросила я. – Да вы не беспокойтесь. Отсюда до аэропорта восемь минут. У нас с вами почти час. Кофе хотите? – Нет, спасибо. Я утром уже выпила две чашки, так что мой лимит исчерпан. Фиона повернула направо, я последовала за ней. – А полы скоро настелют? – спросила я, глядя…

— Присаживайтесь. — Спасибо, что согласились со мной встретиться. — Это моя работа. Виктор Геннадьевич жестом подозвал официанта и заказал кофе; на его вопросительный взгляд относительно заказа для меня я отрицательно покачала головой и тут же потянулась за пачкой сигарет. — Честно говоря, я…

В Питере их уже ждали. Излюбленный ресторан Сосо недалеко от Дворцовой ничуть не изменился за те пять лет, что он провел на зоне. Эх, Сосо – куражный кудлач! Стол ломился и он не знал с чего начать. – Кущай, кущай, – подбадривал его Сосо. – Тэбэ паправляца нада! Сосо поднял в воздухе бокал с красным…

Билл раскрыл том. На титульном листе было начертано: «Сейлемская приходская библиотека, Сейлем, Массачусетс». Потрясенный, Билл начал бережно переворачивать пожелтевшие страницы, с трепетом всматриваясь в блеклый серый шрифт таинственной книги. Вдруг из нее выпал потертый, засаленный конверт со странными…

— Вас кто-нибудь видел в городе? — спросил Вальевски. — Из знакомых, кажется, никто, — пожала плечами Кодрингтон. — Я заехала в пару магазинов, потом решила возвращаться домой. — Пока все, миссис Кодрингтон, — сказала Нолан. — Возможно, нам придется задать вам дополнительные вопросы. Труп Дюкло к…