Прочие Детективы

Кларэнс Додикер занимался отвратительно грубым и жестким оральным сексом с очередной «сисястой», но худенькой сексапильной белобрысой «потаскушкой» прямо на разделанной коровьей туше в холодном цеху, где он работал мясником. Она задыхалась. Молодая красивая женщина стонала, извиваясь как змея и исходя…

– Нет. – А хочешь побывать? – загадочно улыбнувшись, поинтересовался Лонеро. – Возможно. А что? – Не хочешь, ну… поехать со мной? Мне одному немного страшно ездить в незнакомые места, да и господин Затейников не против того, чтобы я привёл с собой ещё одного музыканта… Вроде, у них как раз скрипки…

– У тебя будет иммунитет, – заверял Ланге, что означало: ФСБ закроет глаза на твои шалости, но отныне ты принадлежишь Конторе. – На твоем месте я бы задумался о сотрудничестве. И смотрел долго-долго серыми злыми глазищами: ждал ответа, и вполне определенного. Сотрудничестве, как же. Крысой, вот кем…

Однажды Додон послал Светку как самую шуструю из нас на более важное задание: она должна была пробраться в штаб КПРФ и переснять любой документ, лежавший на первом попавшемся столе. Светка оделась как НикитА (это ее, по-моему, и сгубило) и действительно умудрилась добраться до сердца партии, но ее внешний…

Пока мой собеседник нехотя представлялся, я более внимательно пригляделась к присутствующим. В гостиной было пятеро игроков, включая Виктора. Всех я знала лично. Но удивиться все же пришлось – сама идея того, что Иван Трофимов решил скоротать вечерок за одним карточным столом с Виктором, никак не уживалась…

Иван подошёл к дому номер два, остановился, размышляя о своей нелёгкой доле, о чёрством сердце командира и о людях, которые не спят по ночам и обязательно подмечают всё странное да необычное. Где сейчас искать таких людей, оперуполномоченный не знал, поэтому он стал высматривать скамеечку под сенью тенистых…

Я уже подошла к прокуратуре, когда в кармане завибрировал телефон. – Ты где? – из трубки раздался голос редактора. – Помнишь дело об убийстве подростка? Есть шанс попасть к прокурору, который оправдательный приговор написал. – Ты что, шутишь?! Ты на вегетарианских кормах должна сейчас быть. –…

Самолёт начал заходить на посадку. Погода за бортом была не просто лётная, а очень даже хорошая, несмотря на позднее вечернее время. А вообще вечера не уступят утреннему времени, а то и превосходят его. Утро – это надежды, а вечер – “былое и думы”. А чем хороши майские вечера? Не только грозой и громом,…

– Чего? – не поняла соседка. – А, это из Булгакова, – поспешила пояснить я. – В общем, нам с тобой придётся разделить участь наших детей и пожить какое-то время в состоянии интернет-голода. – Придётся, да уж, – проворчала Наташа. – Тренеры плохого не посоветуют. Просто, знаешь, я как-то по-другому…

В ответ на мой взгляд он вдруг улыбается своей самой широкой улыбкой (и одной из самых соблазнительных, как он, видимо, думает), я же показываю ему язык, и, наконец, трогаюсь с места. Приезжаю к подруге на работу, когда стрелки наручных часиков показывают девять часов тридцать девять минут. Меня пропускают…

По пути обратно в гостиную Владислав все же прихватил тарелку с недоеденным кем-то из гостей куском торта, к которому, вроде как, и не притронулись даже. Плюхнувшись в кресло, он съел его, пока загружался ноутбук. Отставив опустевшую тарелку на пол, писатель стал скорее печатать первый абзац своего нового…

Они дружили, «эти три девицы из бухгалтерии», как их называли остальные сотрудники-мужчины, хотя Маша к бухгалтерии и не относилась, вместе хихикали, вместе переживали семейные неурядицы, и, случись что, старательно прикрывали друг друга, хотя в этом и не было особой необходимости. Мужчины-начальники…

В офисе «Гудзонских чартеров», расположенном в аэропорту Мамаронек, округ Уэстчестер, Эда Карни ждал торт по случаю заключения нового контракта. Каждый из дюжины служащих получил по куску, Карни откусил от своего и заговорил о предстоявшем полете с Роном Тэлботом. Массивный живот Рона явно намекал на…

– Нет, Рико не парится на эту тему, у него всё хорошо, всё как он хотел: прекрасная красивая жена, двое детей… – А вы? У вас есть семья? У Марко задрожали руки: – Хм, семья… В отношении меня это неприемлемое слово. Но вы правы, да. Я не смог помочь ему, а он не смог помочь ей. Меня терзает то,…

Ничего не осталось, кроме соли. Кроме слов Исиды-сана о том, что Дайю убили. Они были в этом уверены. Потому что в организме были найдены следы отравления при вскрытии. От одной мысли тошно, что алмаз смог вскрыть обычный человек. И чем? Скальпелем. Разрезая на лоскуты. – Не сомневался, что искать…

– Интересная история, а почему никто об этом не знает? – Это интересная загадка. Меня это очень интересует, разберись с этим поскорее, я прошу. – Я разберусь. Старик вышел из музея, и слышу выстрел. Выбегаю, на дороге труп, застреленный в сердце, это был тот самый старик. Я убегаю с места преступления,…

Вспомнив своё мистическое убежище, Миша впервые сам захотел поставить ёлку и украсить её, чтобы вечером лечь на пол и рассматривать хвоинки, веточки, провода гирлянд и переливающиеся огоньки гирлянд на стеклянных игрушках. После воспоминаний о детском «убежище» на губах Миши осталась мечтательная…

На стене – фотографии с красной дорожки каннского фестиваля с кинозвёздами. Раньше Сергей был плохим актером в Театре имени Пушкина, а теперь стал хорошим бизнесменом и мог купить место на красных дорожках кинофестивалей. Но в качестве декорации. # Москва середины девяностых бурлила, как кастрюля…

Николай Борисович потрепал участкового по плечу и двинулся к калитке своего огорода, до которой было уж рукой подать. Дома неудачливый рыболов отведал окрошки, выпил пару кружек кваса собственного приготовления, окучил десять борозд картошки, заменил подгнившую слегу в огороде, скосил крапиву на задворке,…

Больше никого не осталось. Ни родителей. Ни брата. Ни моей дорогой Милы… Глава 1. Информация Кира Рано или поздно наступает такой этап жизни, который называют некой “отправной точкой”, после которой всё делится на До и После. Для меня таким моментом стал телефонный звонок моей…