Проза прочее

Это было через день после той самой встречи Горбачева с Рейганом. В Кремле генеральный секретарь долго беседовал с писателями. В том числе он говорил о том, что, даже будучи преданным ленинцем, понимает – государственная система не может продолжать существовать в нынешнем виде и стране требуются перемены.…

« У нас в школе разведчиков объявили тематический вечер – «Пушкин и осень». Эти тематические вечера проходят в целях избавления от мух. Публика, на которую садятся дохнущие мухи, наполняется лютой ненавистью к классикам мировой литературы, а организаторы этих вечеров рискуют поплатиться своим здоровьем…

– Мне очень плохо,– почему-то охрипшим голосом прошептала девушка. – Что значит плохо? Ты где? Что случилось? – Я на скамейке… –На какой еще скамейке? – Не знаю…Здесь рядом здание цирка… – сознание провалилось в какую-то яму, увлекая за собой тело. Трубка выскользнула из рук и, упав на брусчатку,…

Что интересно, кроме прочих современников, в повести появляется и образ Писателя, который жизнь положил на разработку исторической темы и на которого первое лицо республики наводит критику: зачем копаться в старье, пыль ворошить? Что такое Казанское ханство? Дикое государство! И это первое лицо пытается…

Ага, рассказывай, что мимо шла, ты ж живёшь на другом конце города, от тебя ехать сорок пять минут. Сима работает в соседнем музее архивной крысой. Воображение – богатейшее! Это ж надо восемь причин придумать на дню, чтобы к нам зайти, Валю повидать. – Сейчас позову Валю. … Нет, туда нельзя, шеф…

Те из мальчишек, кто половчее, да и сам Гого тоже, любили осёдлывать на воде отдельные, случайно вырвавшиеся на свободу из общих плотов толстые брёвна, и устраивали тогда грандиозные пиратские сражения, подгоняя свои галеоны обломками досок, как вёслами. Взрослея, они всё чаще и чаще в своих забавах…

– Аллах с ним, с законом, а ты иди и поплачь самовольно. Христос простит, – говорит русская. О сыновьях разговор или о мужьях? Этого я никогда не узнаю. Ах, сколько разных глупых законов выдумали люди. Как много нелепого в правилах нашей игры. «Мне кажется, что я каждую минуту могу умереть от счастья!» –…

– Товарищ майор, так что делать? Взяли же! – привычно растягивая слова, сказал Дубин. – Кого взяли? Филатов всё никак не мог взять в толк, кого же там взяли. – Как кого? Ну, этого… Эдуарда Гусина. Тёпленьким сняли в его же машине. Когда следователь наконец понял, о ком речь, он издал радостный…

(стих № 24 из первого тома моей «Миграции души», фотография к стиху здесь переснята со стены Инны Коцюбинской на Фейсбуке) Еще один мохнатый шмель клевер – бог, хранит наш дол, не для мух он, а для пчел, он елей и для шмелей, клевер, что растет у бровки, — он для божией коровки…

«Кстати, о лечении – неплохая мысль!» – Фадэра поднялась со своего места, в шутку называемого «намоленным». Действительно, запах краски напоминал чем-то запах благовоний в храме. Она оставила Сорин в комнате, та была более устойчива к запаху искусства. Как у всякой соседки по комнате, у неё выработался…

Я к чему. На тот момент я вообще не особо представлял, что такое наркотики. И это был первый реальный живой человек, кто, со знанием дела, об этом мне поведал. 1991 год. Как все приличные студенты, только закончилась сессия и наступили летние каникулы, мы с одногруппниками приняли решение хорошо…

Пять лет назад, когда она впервые была невестой, ее жених – кабинетный московский мальчик, поэт и студент химфака так и не появился в назначенный свадебный день по вполне уважительной причине. Зато нашел в себе силы позвонить: вирус, страшный насморк, температура, мама не советует… Натянув золотистую…

На моих глазах слезы. Кто-то выключил бурю, вернул моё солнце. Вот оно – счастье. Всегда было рядом. – Я люблю тебя, – шепчет, улыбается робко. – Ты мой мир на ладошке, – обнимаю покрепче. Я хочу раствориться в объятиях. Дождь шумит за окошком, барабанит по крыше. Он споет нам о солнце, что блестит…

Аня любила хлеб, испеченный в печи, на поду. А магазинный хлеб она не уважала. А мамин хлеб такой вкусный, мягкий, корочка так и просится в рот. Девочка быстро взяла кусок калача и густо намазала сметаной. Сметана тут же размякла на горячем хлебе, во все стороны потекли золотистые ручейки масла. Аня…

Для новобранцев всё было ново и интересно, поэтому они разбрелись по разным бортам катера и, придерживаясь за фальшборт, с неподдельным интересом всматривались в картину бурлящей жизни залива. В рулевой рубке катера находился за штурвалом служащий срочной службы при погонах старшины второй статьи. Он…

Витя поступил в институт в столице большого края, прокаленного солнцем и пропитанного негой плодородия, недалекого моря и обширных полей, и легко его закончил. Больше, чем занятиям, он уделял внимание общественной работе и попыткам сблизиться с девушками (это у него плохо получалось, сказывался первый…

Тогда я действительно восхищался Тобой. Наши вечерние и ночные разговоры становились всё более частыми и откровенными. Ты был единственным татарином в нашем многонациональном коллективе. Вначале мы тебя называли Чингизом, потом – Батыем. У меня сохранились самые светлые воспоминания о тебе. В тюрьме…

Если мы соглашаемся принять абсурдистский подход, нам следует приготовиться убивать, отдавая предпочтение логике перед угрызениями совести, которые мы назовем иллюзорными. Разумеется, потребуются некоторые оговорки, но, если верить опыту, существенно меньшие, чем нам представляется. К тому же, как мы…

Затем их компания переместилась под купол шапито, где Гарри Гортензия, Бородатая женщина, лежала на доске с гвоздями и позволяла детишкам прогуляться по ее животу. Заметив боковым зрением Уинстона, трусившего к ней, как юный гиппопотам, Гортензия мгновенно вскочила с гвоздей, ради смеха похлопала его…

– Так праздник, День медработника! – А мы разве медработники? Мы же теперь сфера обслуживания. Где-то в конце июля, кажется, должны отмечать. – Вам бы только иронизировать, все, хватит, пошли. – А в лавке кто останется? – Если чего – позовут. Там ненадолго. Сначала собрание, потом концерт, потом…