Проза

Пандора выглядела шикарно в красном платье с открытыми плечами, из которого то и дело выскальзывала грудь. По ее виду никто бы не догадался, что она теперь — д-р Пандора Брейтуэйт и бегло говорит на русском, сербско-хорватском и прочих малоупотребительных языках. Пандора больше похожа на какую-нибудь…

Обстановка, однако, вряд ли сулила мне приключение. Не жди ничего такого, читатель, прошу тебя! Я там сидел, только и всего. Но, поверь мне, сидеть в таком месте и в такой час, это уже очень много! Долина тонула во мгле, но с той стороны, где она открывалась на Монблан, лился ослепительный свет. Он играл…

Я помог ей спешиться; одной рукою я придерживал стремя, в то время как другая, на которую она опиралась, позволила ей легко соскочить на землю. Мы уселись на гранитный валун; мул, которого я все еще держал в поводу, принялся щипать придорожную траву. Бывают минуты, когда любоваться пейзажем обязательно,…

– Право, Глэдис, это не вполне прилично, – проговорила герцогиня, нехотя расстегивая отнюдь не новую лайковую перчатку. – Все, что интересно, не вполне прилично, – парировала леди Уиндермир. – On a fait le monde ain i [2] . Но я должна вас познакомить. Герцогиня, это мистер Поджерс, мой прелестный…

Самое скверное для нас время – зима, – мало работы. Если кто и заболеет – недуг, как правило, трудноизлечимый. Но отказаться нельзя – даже в холод, в глухую ночь надо идти к больному. А все эти проклятые деньги! Из-за них и мучаешься. Опять я отвлекся. На чем же я остановился? Ах да, я спросил: «Какое-нибудь…

Ведь как легко, увы, пойти в бой, даже на верную гибель, как это легко в сравнении с тем, что тогда взял на себя Иосиф. Разве не сгораешь со стыда, не разрывается сердце, если приходится выказывать восхищение перед дерзким победителем только потому, что подобное самоуничижение – единственная услуга,…

И вскоре торги развернулись вовсю. – Ты гляди сюда! – распалялась гражданка из Рязани. – Сюда взгляни! – Она вертела подзорную трубу перед носом пожилого грека. – Тут все большое-большое. – Свободной рукой гражданка тянулась к далекому небу, помечая величину изображения. – А с этой стороны все маленькое-маленькое. –…

— За что же ты мне пометочку сделаешь? — Сделаю пометочку, ты придешь ямы копать под опоры, а тебе скажут: «Э-э, голубчик, а у тебя тут… Нет, скажут, нам таких не надо». И все. И отполучал ты по двести рублей на своих ямах. Так что нос-то особо не задирай. Он, видите ли, лаяться будет тут… Дерьмо, —…

Вот почему так важно включенные в данную книгу романы о Лермонтове и Омаре Хайяме соотнести с другими историческими сочинениями писателя. Так что пусть уж читатель не сетует на автора предисловия, который отдает предпочтение не привычному «разбору» произведений (полагаясь более всего на внимательность…

…Мама везет меня на тачке по рыжей степи. До этого мы, как и чеховский Егорушка, проехали кладбище и шахты, которые у нас назывались мелкими, потому что спускались в них прямо на попе в специальном «нажопнике», а выкарабкивались на коленках, сдирая пальцы до крови. Кончились шахты, и пошла более живая,…

Инстинктивно она поджала ноги, хотя ничего страшного с ногами у нее не было. Один намек. Но, «услышав» этот разговор, сама себе сказала: «Я в такую историю попасть не могу. Я, конечно, с удовольствием это сыграю, эту оборочку-печаль на сарафане-жизни, но сама я… Вот так подставиться под вертолетное обозрение…

Нет, что ни говори, ненормальная это штука, о каком уме и полном здравии речь, когда человек сам себя убивает… Ну, еще ладно бы, был он дитя неразумное… С малютки какой спрос? Да и не о чем спрашивать, на то есть мы – взрослые люди, чтобы любить их и пестовать и от каждой болезни верное лекарство купить.…

– …Как, как?… Бабочки?… Это те самые, которые летают?… Гм… А о чем вы собираетесь писать? – Не важно о чем. Но не беспокойтесь, на этот раз у меня получится настоящий шедевр! – уверенно ответила я и положила трубку. До сих пор критики довольно скептически относились к моим произведениям: «слишком схематично»,…

Она вытянулась в ванне, ожидая, пока вода успокоится. Через минуту вода стала как стекло, и из стекла торчал, как островок с лагункой, ее живот. У «Ангела» в трамвай ворвалась группка рабочих с завода Ринггоффера и среди них – стройная, с мальчишеской фигурой, золотисто-рыжая девица в синей спецовке.…

– Я знаю. – Тогда так – «Лэст дэйз эт зэ диско»? – И это. – Точно? – Точно. – Так обломайся. Ты не можешь. Это мой проект – мой собственный. – Bay, круто. Ну и что? – Я никому его не ставил. Никогда. Понятно? – Ладно, с этим подловил. Гордись, – растерянно хмыкнул Женя и тут же вернулся в свое…

Скрюченные пальчики среди листьев бука. Судьба должна опасть спелым яблоком. Ему не особенно хотелось увидеть тролля. Не стремился он в отчаянии и бога увидеть - если б даже мог. Тролля он видел теперь уже дважды. Его неповторимость - вот что важно. А дальше этого мыслить он уже не мог. Существовало…

Мальчишек как ветром сдуло. Дед Аггей перестал плести и сказал Тимоше: - Ну-ко, Тимофей, поглянь: кудай-то они? Не наделали бы пожару. Тимоша положил нож и кинулся искать мальчишек. Он пробежал переулком и за Кудиновым куренём увидел сгрудившихся пацанов. Они что-то рассматривали. Тимоша протиснулся…

Говорят, что павлины горды, но это могут говорить лишь те, кто не видал меня в этот достопамятный день. Но радость от сознания сделанного добра была, пожалуй, еще выше гордости и страдала лишь одним недостатком: не была разделена. Впрочем, этот недостаток легко было исправить: у меня был поверенный.…

— Это Чарли был очень мил, — возразил Бек. — А мне он и слова вставить не давал. В памяти всплыло продолговатое лицо интервьюера в розово-лососиновых тонах; Роуз надвинулся угрожающе близко, как на эйведоновском портрете, и спрашивал: «Признайтесь честно, Генри, вам не совестно, что вам дали эту премию,…

Дослушав до конца, бюргер встал из-за стола и ушел. А Андрей вернулся к вину. Через пару минут в таверну ворвался какой-то мужик. Именно мужик — толстый, лохматый, со встрепанной черной бородой. — Ты — музыкант? — прогудел мужик, ткнув в Андрея грязным, никотиново-желтым пальцем. — Ага. — Сыграй…