Проза

— День рождения, — сказал спокойно Муни. — День рождения! Сколько же тебе лет? Муни неуверенно ответил (он и сам не знал, так ли это): — Пятьдесят. Он всегда отсчитывал свой возраст со времени великого голода, когда он ростом как раз сровнялся с оградой вокруг деревенского колодца. Ну, а если…

— Джон, ну так как же? — Почему не обратишься к кому-то другому? — Потому что ты очень занимательный писатель и вместе с тем проницательный ученый, когда уходишь в работу с головой — Перестань льстить. — И не говори, что у тебя нет времени. Всякий раз, приходя сюда, я застаю тебя глядящим в окно…

Офицеры нашего корабля, сердечные, общительные молодые люди, не давал пассажирам скучать и участвовали во всех наших развлечениях. Рейсы в Тихом и Индийском океанах для команды — всегда увеселительные прогулки. Судовым экономом был молодой шотландец, отличавшийся редким самообладанием. Он был тяжело…

Я казалась себе матрёшкой. Во мне колотилась обжигающая тревога, я колотила в безнадёжно парализованные двери лифта. Лифт раскачивался от моего напора. А дом невозмутимо замер под сумеречными облаками и ничем не обнажал беспокойства, таящегося в самом сердце его кирпичного организма. Электричество…

Этот липкий день не мог побыть даже бесцветным. Даже чёрно-белым он не мог быть — только таким, чёрно-красным. Не день, а треснувшая чернильница, протёкшая на дорогу — бессмысленную, бесконечную, безнадёжную… — Больше всего боюсь, чтобы был не похожий ни на что день!.. Позвольте мне предоставить им…

– Неплохо? – переспросила Мариэтта. – Мама, это же просто ужасно. – Ты права. – Теодор уронил голову на руки. – Это ужасно. Я бездарен. Леопольд, самый младший из нас, шестилетний, встал и завертел бедрами. – А мне понравилось, Теодор! – воскликнул он и запел…

Поезд тронулся, и мне стало легче. Можно оглядеться, можно начинать знакомиться с соседями, можно просто сидеть и смотреть в окно. Это одинаково интересно. Все началось накануне. В театре шел обычный спектакль. Время от времени из-за неплотно прикрытых дверей докатывались волны хохота и всплеск аплодисментов.…

— Да что вы говорите?! — восклицает Мать. — Одного террориста тут же уложили. Второй убежал — может, задели… Двух или трех прохожих зацепило… Вот такие дела. — Я вроде слышала какие-то выстрелы. — Это у них, у мафии, называется «разборка»… молоко без очереди взяла, все на улицу повысыпали… Вот…

Дон Рафаэль . Не уходите, прекрасная сеньора, не уходите… Вашего мужа нет дома? Донья Долорес . Но… Дон Рафаэль . Вообразите себе, что вы одним вашим присутствием даруете другому человеку, то есть мне, такое блаженство, какое… словом — высочайшее блаженство… Не будьте же жестоки, останьтесь,…

Но то ли народу не понравились его речи, ибо говорил он плохо, запинаясь и часто не находя верного слова, то ли в дрожи, сотрясавшей его кулаки, они почуяли тайносплетения незримости и того завета, который хотел с ними поставить Господь, и догадывались, что Моисей толкает их на дела трудные и опасные, —…

Как бы то ни было, «Всеобщая история скуки» и его безумный и, скорее, «тощий» «Каталог» (естественно, не законченный: Пьер Гулд даже не составил списка усопших, чьи имена были записаны в церковных книгах, хранившихся в ризницах его родного Тюбингена) существуют. И я в некотором смысле считаю себя продолжателем…

— Значит, нас топить не будут? — Будут, не беспокойтесь. Но есть один нюанс. Евреям разрешено построить ковчег, как при первом потопе, поместить туда несколько пар… — Чистых и нечистых? — Только чистых! С хорошей генетикой и способных к размножению. С тем, чтоб, когда вода спадет, вышли из ковчега…

– А ты не думаешь, что это копы? – спросил Дэнни. – Нет, – ответил я. – Почему? – Да зачем это копам? У них нет причин для такого повального избиения. Это уже шестой избитый за неделю. – Копы – мастаки на такие вещи, – сказал Фарво, моргая. – Только когда у них есть на то причина. – Копам…

Малыш протянул правую руку, покачал головой и сказал: - Когда я вбежал в комнату, мама была еще жива. Я прыгнул на одного. Но тут мамочка перестала шевелиться. Я его отпустил. Потом смотрю - палец порезал. Было очень больно, но теперь стало легче. Окровавленная тряпка упала с его протянутой руки..…

Вика была рада заявленному нейтралитету. Ей нравилось всего добиваться самой, нравилось, что они с Андреем не зависят от воли его всесильного отца. Но в то же время сознание, кто такой ее свекор, приятно грело душу. Так человек с удовольствием вспоминает о кругленьком счете в банке, даже если не пользуется…

— А где жила потом? — Долго рассказывать, сударь. — Замужем, говоришь, не была? — Нет, не была. — Почему? При такой красоте, которую ты имела? — Не могла я этого сделать. — Отчего не могла? Что ты хочешь сказать? — Что ж тут объяснять. Небось, помните, как я вас любила. Он покраснел до…

Теперь уж ровно ничего нельзя было разобрать, — и дурак, и умно. II Первое следствие дурацкого дела В то же самое утро, часу в 12-м, молодая дама сидела в одной из трех комнат маленькой дачи на Каменном острову, шила и вполголоса напевала французскую песенку, бойкую, смелую. «Мы бедны, —…

Никому в мире Зина не призналась бы, что значит для неё этот мальчик. Да и кому? — подруг у девушки нет, одни только «дай списать». Засмеют, разболтают, — стыда не оберёшься. Правда, вот новенькая (месяц как пришла в их класс) смотрит всегда дружелюбно, с интересом. И не просит списать, сама — не дура.…

Все это нисколько не умаляет искренности Карлейля. Он, как мало кто, чувствовал нереальность мира (нереальность кошмара, притом безжалостного). Единственной опорой оставалась работа и, как понятно, не результат — всего лишь суета и призрак, — а она сама. Он писал: "Труды человека хрупки, ничтожны,…

Диккенс с самой юности был вольнодумцем и бунтарем, выступавшим с суровой критикой общества, в котором родился. Уже в ранних его произведениях при всем их добродушном юморе он говорит от имени народа, а никак не правящих классов, а со времени напечатания «Оливера Твиста», вышедшего в 1838 году, когда…