Проза

Подошла к письменному столу, открыла по привычке правый ящик. Он весь заполнен перфокартами. И тут же захлопнула: не могу больше их видеть. Перебор — переработала, перезанималась. Больше не могу! Включила телевизор. Шел «Клуб кинопутешествий». Немного посмотрела, попутешествовала. Снова пошла на кухню.…

Случалось такое — и не раз. Однако чаще к надворным постройкам и избам подступала лишь вода, а льдины оставались на задах. На задах залужненских изб, вдоль ветхих плетней и заборов, как стражи, выстроились развесистые ракиты. Льдины трутся боками об их корявые, замшелые стволы, пригибают до самой земли…

Все сказанное относится к русской эмиграции первого поколения – то есть 20–40-х годов. Писатели послевоенного поколения (после Второй мировой войны) представлены в книге беднее. Объясняется это тем, что в это время внутри страны сформировался мощный пласт литературы, противостоявшей тоталитарному режиму…

Василий Сигарев Чехов. Путешествие из футляра за садовое кольцо сцена по мотивам письма А.П. Чехова 29 апреля 1890 г. Екатеринбург. Побелевший от ужаса и приступа мизантропии А.П. Чехов, завернувшись в одеяло, сидит в номере американской очень недурной гостиницы. За окном на аляповатых дрожках…

Лангри Тхангпа (1054–1123) Восемь строф о тренировке ума (1) Я упражняюсь в том, чтобы любить живых существ больше всего на свете, и поэтому я, — даже сильнее, чем драгоценность, исполняющая желания, — работаю на их высшее благо. (2) Я упражняюсь в том, чтобы любить других всецело и полностью,…

Маленький пушистый колобок влетел в приёмную, потешно перебирая короткими лапками. На обычно лукавой острой мордочке стыло выражение озабоченности. — Я … это? Не … того? — пыхтя, протявкал пушистик. — Не это! — отрубил секретарь. Смерил фигурку взглядом, презрительно скривился: — Проходите, вас ждут. —…

В 1925 году Дурылин возвращается из челябинской ссылки, живет в усадьбе Тютчева Мураново, занимается исследованием творчества Тютчева, учит русскому языку и литературе правнука поэта К.Пигарева, будущего директора Мурановского музея. До 1927 года он внештатный научный сотрудник Государственной академии…

Когда он прозрел, он не был удивлен, что видит предметы вокруг себя: зрение появилось незаметно, как будто он всегда обладал им. Но чувство обоняния родилось неожиданно. Он почувствовал его как-то внезапно и способен был оценить его: оно чуть ли не стало смыслом и целью жизни, дало ему больше соблазнов…

Не могу понять, почему даже сейчас, через столько лет, мне становится так одиноко, когда вспоминаю об этом? Весна Шли, нагруженные бутылками, по прозрачному лесу, раздвигая густой частокол из солнечных лучей и смахивая с лица паутину. И женщина, в теле которой жил ребёнок, шла вместе с ними. Вокруг…

— Знаете что, — поспешно сказал мой приятель, — я вам сам спою любую песню. И он спел — да еще как! — «Казаки, казаки», «Все равно», «Привет вам, птицы!», «Подмосковные вечера», «Хотят ли русские войны?», «Шаланды полные кефали». Он спел все эти дивные песенки под аккомпанемент миссис Кати, в прошлом…

— Да. — С Москвы? — Да. — Корреспондент? — Да. — Замерзли? — Да. — Машенька, — обратился человек к продавщице, — согрей нам маленькую и баночку открой. — Затем снова ко мне: — Токарев Аверкий Павлович, начальник Воронинского шахтоуправления. — Стянув зубами варежку, он протянул мне небольшую…

Шли улицей Брилья-Саварен. Из-за бесконечных ограждающих железнодорожный путь стен, выглядывали деревянные бараки, бревенчатые постройки и пирамиды из каменного угля. Прямо впереди виднелась ограда из сучковатых деревьев, и среди скал — фабричные корпуса, дома, хибарки и какая-то зловещая труба; по гребню…

Вечером муж был удивлен беспорядком в квартире, вчерашним обедом и возбужденным видом жены. А через несколько дней Лизу разбудил звонок будильника. На сборы и завтрак ушло полчаса. Ключ в двери. Два поворота. «На ра-бо-ту по-ра!»— простучали по лестнице ее собственные шаги.

В Диведе никто ничего не знал о происхождении и прошлом теперешнего властителя этих земель. Ходили слухи, что раньше он правил какой-то заморской страной. Еще говорили, будто он сын римлянина и пиктки. Якобы способности к колдовству он унаследовал от матери. Кое-кто утверждал, что Мадог вступил в сговор…

До утра далеко — надо было спать дальше. Он хотел, чтобы сновидение продолжилось. Он часто мечтал, что ласкает женщину, во сне мечта обретала особенную реальность, — и вместе боялся продолжения: реальность безысходности, перенесенная в сновидение томила его. Он нажал кнопку звонка, через минуту-другую…

Перед мостом через небольшую речушку Степан заглушил мотоцикл, сбежал вниз, напился холодной искристой воды и, поднявшись на обрывистый бережок, лег на пышную зеленую траву. Вот свесились синие гроздья колокольчиков, вот львиный зев с тягучими прожилками изумруда, вот раскидистые, серебристые сверху…

Выйдя из заключения, поэт с упоением отдается творчеству. Одна за другой выходят его пьесы, среди них «Мунтинлупа» (1958) — об ужасающих порядках в тюрьме, «Лестница на радугу» (1959), «Уважаемые люди» (1960) и «Два лица одного грубияна» (1961), отмеченные премией имени Карлоса Паланки, второй по значимости…

Попадались и кирпичные крестьянские дома, крытые железом. Пища крестьян была необыкновенно обильна. В самых простых крестьянских избах я находил три и четыре кушанья. Мясная пища состояла из говядины и телятины, домашней птицы и дичи, а также рыбы. К этому присоединялись пельмени — любимое блюдо сибиряков,…

Боевик или рассказ о том, кого не было Дождаться десять дней, пока брага выстоится и можно будет выгнать из неё самогон, дядя Толик не умел. Он выпивал мутную глинистую брагу раньше, черпал металлической кружкой из бака, укутанного одеялами в углу комнаты, за диваном, у батареи. Утром черпал, иногда…