Проза

У окна, за которым открывалась панорама спокойного Балтийского моря, сидел генерал и старательно прочищал трубку. Чуть склоненная налево голова и курчавая борода его были так знакомы, что я вместо заготовленной фразы вдруг самым обычным тоном спросил: — Стах, а что трубка у тебя, та же? — Конечно,…

7 Пора уходить – завтрак уже готов. Но прочитаю еще молитву… Есть хочется, но хочется и оставаться здесь в этой тихой часовне где месса началась и окончилась так тихо… Радуйся, Пресвятая Царица и Всемилостивая Матерь, жизнь наша, наше тепло и надежда! Уповаю что завтра и потом всякий день я буду…

Джуд Пэйнтер нахмурил побуревшую физиономию, приняв выражение оскорбленного святоши, однако под маской привычной самозащиты проглядывала неподдельная тревога. — Чего вы ко мне привязались? Я всё выложил. Рассказал судьям, и больше ничё не знаю. Живу себе туточки христианской жизнью, как сам святой…

– Да, а что? – Гари уже застёгивал последние пуговицы и был готов выйти из каюты. – Не засматривайся! А то вдруг захочется покататься. Придётся садиться, – пошутил Ник и искренне рассмеялся. Гари ничего не ответил, только покачал головой и, хмыкнув, вышел на палубу. Инструктаж был стандартный. В конце…

Он и раньше догадывался, что трудодень пустым будет, хотел махнуть из экспедиторов куда-нибудь к хлебу поближе. Но - прохлопал ушами, прособирался... А теперь уж поздно - все пусто. И аж до нового урожая ничем особенно не разживешься. Да ведь оно, если с другой стороны посмотреть, не больно и взяли…

На дворе был девяносто третий год, денег в семье на поездку Кирилла в лагерь не было совсем. Денег вообще не было, не то что на поездку. Впрочем, в стране они тогда мало у кого были, капитальный ремонт дело, знаете ли, затратное. Вместо денег всем в стране выдали приватизационные чеки-ваучеры. Вот его-то,…

— Отчего не пойти. Улицу они перешли тесной группой, но на той стороне рассыпались веером, чтобы взять парня с девушкой в клещи. Юношу их приближение явно напугало больше, чем девушку. — Привет, детка, — сказал Винс. — За город ездили? Финч звякнул велосипедным звоночком. — Звонит твоя мамочка, —…

Ну что ж, пока этот не отталкивающей внешности, вроде Лермонтова, хоть и с Андрея Белого залысинами, ростом 175 сантиметров главный герой подходит к телекамерам, мы, пользуясь романным пространством, можем слегка размахнуться по его curriculum vitae. 2. Curriculum vitae В 1982 году советский человек…

А потом что-то грязное, кружащееся, вой, свист и прыгающие огни. И тогда это было весело, а теперь, когда в углах пряталась смерть и отовсюду надвигался день с необходимостью жить, и действовать, и за что-то бороться, о чем-то просить, — было мучительно и непередаваемо ужасно. — Барин, спишь? — насмешливо…

Она не вернется. Он лежал один в пещере и знал, что она не вернется. Должно быть, он ненадолго заснул – сейчас на дворе уже вечер: по свету видно и слышно по тишине. А она не вернется – сколько часов теперь уже прошло с той минуты, как оттуда позвонили отцу, а отец позвонил в полицию… Они подстерегли…

– Автоцистерну с пивом на ночь оставили, будешь? – Наливай… – мне захотелось как-то помочь ребятам. Я понимал, что в жизни у них что-то не так. Они на какой-то обочине, даже по сравнению со мной. – Слушайте, вот вы откачиваете бензин из машин? – Да! – Пепси отхлебнул из банки, прополоскал рот и выплюнул.…

Отдохну, дождь затихнет — пойду. Сразу стало удивительно тихо и покойно, даже вроде уютно в металлическом чреве трубы. Он надышал себе на грудь под сползший на голову плащ и уснул. Снов еще не успел увидеть, как через какое-то время услышал тревожные голоса: показалось, кто-то лезет в трубу. Встречаться…

– Привет! – с наигранной легкостью бросает новый часовой, с любопытством ощупывая его быстрыми глазами. Степка медленно опускает голову – ему не до шуточек и нелепых теперь разговоров. Часовой, наверно, понимает это и сгоняет с лица улыбку: – Ничего. Приедет комиссар, разберется. Ты из какой роты?…

Ну и мы подожгли эту стерню – намочили тряпки соляркой и протащили их на веревках по двум сторонам огромного квадратного поля. Огонь схватился длинными трескучими полосами, темно-серый дым подсвечивался изнутри ярким оранжевым пламенем, а мы, совсем запыхавшиеся, смотрели, вытирая мокрые от пота лица,…

Заместитель кивнул. Мистер Уилберфлосс его утомлял. Иногда очень утомлял. А в эту минуту все в нем просто ныло от утомления. Намерения главного редактора были наипохвальнейшими, он думал только о благе газеты, но имел привычку обсуждать подробно каждую мелочь в третий и в пятый раз… Он был мастером повторять…

Станция замолчала около года назад, после последнего восьмибального толчка. К счастью, толчок был поверхностным и потому локальным. Тот толчок не мог разрушить станцию полностью, потому что приборы находились в подвальном бункере. Подземный трехсоткилометровый кабель соединял стационарные сейсмографы,…

- Слышу! - вполголоса говорит Митрий, не глядя туда, где Сергей, сквозь тьму, видит его отца. - Слышу-у! Эх ты, тюря! - дразнится Сергей и хохочет. - Дела! продолжает он, подзадориваемый апатией Митрия. - Ну и старик - черт! Женил сына, отбил сноху и - прав! Старый галман! Митрий молчит и смотрит…

Маглуар была маленькая старушка, седая, полная, даже тучная, хлопотливая, всегда задыхавшаяся, во-первых, от постоянной беготни, во-вторых, из-за мучившей ее астмы. Когда Мириэль прибыл в город, его с почестями водворили в епископском дворце, согласно императорскому декрету, который в списке чинов…

Ему и в самом деле не хватало воздуха, и страшно было смотреть, как он смеется. Когда же он отдышался и снова мог вести беседу, я поблагодарил его за предложенное угощение, от которого отказался, ибо только что пообедал, и сказал, что, раз он так любезно меня приглашает, я готов подождать, пока вернутся…

А бог, почтальон Мизюмин, хлюпал и подолом розовой рубашки утирал нос. 1915 Петр Петрович Умнее Петра Петровича в целом свете нету: и все думает, и все думает, сопли распустит – и думает. А сопли у Петра Петровича – лиловые, а происхождения Петр Петрович индейского. А жена у Петра Петровича…