Проза

По стінах висять образи іншого походження, як ярмаркового. Вона не віддавалася пустим мріям і спокусам про золоті гори десь там у Молдавах та інших чужих краях, а знала працювати в границях своєї батьківщини. Одним словом – Докія тішилася великим поважанням у цілім селі. І в дворі її поважали. Хоч її…

Зникли за воротами Кафи купці, яничари, мубашири, подався меддах Омар, високий і величний, до Карантинної Слободи, де зупинялися паломники, що поверталися з Мекки. Сонце пекло не по-весняному. Поблякли тополі біля північної кафської стіни, вмирало на пустирях зблякле будяччя, крушилися під ногами курай…

Переглядаючи ці журнали тепер, усвідомлюєш, що така чудернацька і вкрай непрактична мода може повернутися у будь-який момент, як повертається кожна мода: плетені тугими косичками широкі светри, важкі вовняні пальта «в шістнадцять ниток», светри-сукні чи то сукні-светри з якоюсь компромісною довжиною…

 - Що правда, то правда: тепер у нас на Українi владики й протопопи - люди з високою просвiтою, а в Москвi владики невченi й простi; однi другим нерiвня, -обiзвався Виговський.  - Це правда, пане писарю! З невченими людьми погана справа.  - Принаймi, святий владико, не зрiкайтесь вийти з процесiєю…

Відразу пізнає Льонька — братова рука! Тільки вона так цупко хапає ззаду за штанці і, як би малий не викручувався, неодмінно приводить до рідного порога — великої кам’яної плити, що лежить тут бозна з якого часу. О, скільки Льоньчиних сліз оросило цей камінь! Шкода, висихають одразу, а то налилася…

Гаврик кривить губи і хмикає. Стьопка зблід, але хутко зсотує нитки, зиркаючи на Федька. Спірка піднімає з землі камінь і кричить: — Ану, підійди! Ану! Але Федько навіть рук не виймає з кишень і таки підходить. — Давай сюди змія! Тут він уже вийма руки з кишені, бо Спірка затуляє собою Стьопку…

І скакав з могили на могилу, як осіннє перекотиполе. Аж як перейшов сто гробів, то сотий перший його був. Припав до нього, як давно до маминої пазухи. СКІН Як глуха осінь настала, як з ліса все листя опало, як чорні во­рони поле вкрили, та тоді до старого Леся прийшла сме­рть. …

- Один кат! Я розумів життя так, як воно є, одкинув усі ілюзії, всі забобони - і дивлюсь на світ тверезо. Я розумію своє становище. - Становище дресированої товарний,- промовив замислений Гайденко.- Таким поглядом, такою відмовою не можна задовольнитися. - Ти завсігди був метафізиком,-…

— Він пішов з чемоданом? — швидко спитав Звягінцев. — Не знаю. Я в цей час уже був у ліжку. Боліла голова, я прийняв пірамідон і незабаром заснув. — А вранці? Ви ж завжди на роботу ходили разом. — Звичайно мені доводилося його будити. А тут він ще ввечері попередив, що…

– Вы шутите? – Рассмеялась Нина, моя мачеха, к слову, одного возраста со мной. – Он и свадьба? – Это, должно быть, какая-то ошибка. Андреас, он обещал, всё мне! – Возмутился отец и встал. – В этом документе прописано всё чёрным по белому. Рикардо Лок станет главой фабрики лишь в том случае, если…

— На кой она тебе? Ты же не повезешь пацана в Кратово. — Нет, конечно. Он еще и без крыльев. — Где ты такого урода раскопал? — Соседи дали. У меня своего нету. Одновременно со звонком из класса выскочил красный, потный, взъерошенный Ладейников: — Решил-таки, чтоб вам пусто было! — Ну ты хорош!.. —…

Все розы при свете луны выглядели почти белыми, словно отлиты были из серебра. Он понял, что в этом стеклянном параллелепипеде неведомо как воплощено его состояние, смоделирована его ожидающая душа. Значит, и ответ где-то должен быть поблизости. Ответ на вопрос, который мучил его последние дни: как…

— Иван Михайлович, может быть, я сейчас скажу глупость, но, кажется, я догадываюсь об этой причине… Во всех документах, связанных с моей поездкой в Якутию, встречается одна и та же формулировка: метод Полозовой, метод Полозовой. Но ведь никакого метода ещё нет! Тем более метода Полозовой. Есть всего…

— Эй! — крикнул мужчина в балахоне чуть громче, а крысы прыснули по углам. — Ты жив? — Он присел на корточки и перевернул упавшую жертву на спину. Правая рука Сильвена была вывернута под неестественным углом, кожа на щеке содрана и набрякла капельками крови, которые висели крупными бусинами, словно…

По этой темноте Сашка бежит в детский сад. Вернее, он не сам бежит, а его тащит за руку папа. Они с мамой по очереди водят Сашку в сад. Но скоро, говорят, перестанут водить, и он будет ходить сам. Но только после дня рождения. Это еще полгода ждать надо. А пока папа почти бежит по темной улице и тащит…

У себя дома резидент ходил в одном лишь саронге [1] ; своей невысокой, округлой фигурой он напоминал раскормленного шестнадцатилетнего юнца. Вставал он рано, к шести часам утра ему всегда подавали один и тот же завтрак: ломоть папайи, холодную яичницу-глазунью из трех яиц, тонко нарезанный голландский…

плетённый стул, луну, осколок дня — и чувства дрожевое тесто пухнет, шипит и просит формы и огня. ИНВАЛИД У базарных ворот, при дороге, ниже всех проходящих людей он торчал, абсолютно безногий, над убогой каталкой своей — на подшипниках грубые доски — и темнее асфальта ладонь,…

— Дяденька, подвези, пожалуйста! — упрашивал Семка, когда его догонял кто-нибудь на лошади. — Тетенька, подай милостыньку! — обращался он в деревнях к хозяйкам. Тетенька, подай милостыньку! — обращался он к хозяйкам Все его жалели, и Семка был сыт. На третий день перед Семкой заблестела…

Принялся тогда Камышов интересоваться у знакомых, кто же все-таки доглядывает за рощей, если доглядывает. Никто ничего толком об этом не знал. Отвечали неопределенно, что роща принадлежит городу, а раз городу, значит, его забота, он и должен наводить порядок, не допускать безобразий. Что — городу, Камышов…

Между тем в последний, тот високосный год нещадно палило Ярило, магнитные бури бушевали чуть не каждый день, и синоптики, эти зловещие, пугающие личности (никто в глаза их не видел, но все почему-то слушают), по обыкновению врали и предрекали еще худшее. А именно – испепеляющие взрывы на солнце, космические…