Проза

Я встаю. Происходит что-то настолько странное, что приходится притормозить: я теперь значительно выше Алины, ноги тоже намного длиннее, так что я едва не опрокинул стол. Да, к лишним десяти сантиметрам придется привыкать! Пространственная перспектива на мгновение вызывает головокружение — то ли я приподнялся…

Природа хранит облик опрятности и терпения, свойственный раннему утру. Необузданным щебетом птиц уж заявляет о себе зной, но он парит еще в высотах неба; а на дороге воздух мягок, недвижен, почти свеж как в погожие весенние дни. Пыльная трава у канавы, обстриженная овцами, порыжевшая на вчерашнем солнце,…

– А ребенок от кого? – не поняла Надя. – От мужа. Но я все время думаю о Максуде. Мальчику передалось. Ирина замолкает. Начинает выравнивать длину. Потом прерывает работу. Говорит: – Ничего не надо делать назло. Зло убивает. Максуда нет. Меня, считай, тоже нет. Его матери тоже нет, хоть она…

В комнате полумрак. Электрическая лампочка обвязана тонкой черной тряпкой. На маленькой беленькой постельке спит семилетняя Милочка. Косичка у Милочки на подушке - тонким черным хвостиком зверька. Вениамин Иннокентьевич долго мылится, моется, долго обтирается мохнатым полотенцем. Упруго шагает по…

— Вы, Тупфель, на редкость изобретательны, — сказал он, потягиваясь. — Патент на изобретение надо выдать не мне, господин генерал, — почтительно и в то же время несколько фамильярно ответил повеселевший от похвалы обер-лейтенант. — А кому же? — Нашим солдатам, господин генерал. Это они сняли попоны…

— Вы полагаете? — Да, потому что я знаю это по опыту. И если вы спросите меня: «Как дошла ты до жизни такой?» — как угораздило меня, женщину из порядочного общества, не без образования, недурную собой, попасть кельнершей в константинопольский кафешантан — я вам отвечу: всему виною мое наизаконнейшее…

— Что, брат, Иван Дорофеич, с тобою сделалось? Спеваться и к обедне не приходил к нам, а мы без тебя как овцы без пастыря; да и теперь опоздал: двенадцать часов, пора обедать, мы все перезябли. — Виноват, братцы, — отвечал Гостинцев, — захлопотался за хозяйскими делами. Так и быть — верно до завтра…

Все время находиться между двумя волнами! Прижаться к противнику и все время двигаться, не выпуская его из виду. Шварц Шаттен, черная тень… Ну, что ж! Станем и мы тенью — тенью противника! Это было решение. Отчаянно дерзкое и рискованное, но все-таки решение! Оно было выполнимо при двух условиях.…

Начало той странной дружбы, что соединяла нас с Горьким, — странной потому, что чуть не два десятилетия считались мы с ним большими друзьями, а в действительности ими не были, — начало это относится к 1899 году. А конец — к 1917. Тут случилось нечто еще более странное: человек, с которым…

— Я же тебе сказал, что они возвращаются. — И подумал, что с фузилером Бальком он зря поступает так грубо. Как будто с зеленым новичком. Как будто с каким-нибудь водителем трамвая или разносчиком хлеба из провинциального городка на западе Германии, где и говорят-то не по-немецки, а на каком-то…

Германские танки шли клином. Впереди более легкие и скоростные Т-3, следом приземистые «плуги». Немного отставая, двигались тяжелые Т-4 с усиленной броней. Замыкали группу бронетранспортеры с десантом. Этот небольшой, но довольно мощный кулак прорвал оборону стрелкового полка. Артиллерийский и пулеметный…

Вряд ли можно найти те слова которые бы описали мои чувства! В аэропорту нас встретила машина и отвезла нас в отель, а папу повезла на новую службу. В столице мы жили целый месяц. Я учился в школе мои младшие братья и сестра были с мамой. Каждый вечер мы гуляли по нашей прекрасной столице и любовались…

Я видел эту фотографию и хорошо ее запомнил. На переднем плане стоял Лансинг-младший в мундире морского офицера. Правая рука его вытянулась в подобострастном фашистском приветствии. Он самодовольно улыбался. А за ним, на фоне моря, - горящий корабль. Внизу подпись: «Это я потопил русский корабль «Туман».…

— Скажите же, ради всего святого, — проговорил наконец Фабиан, — почему Крюгер должен был выйти в отставку? Что случилось? Марта пожала плечами и опустила глаза. — Говорят, потому, что он был социал-демократом. Фабиан сердито засмеялся. — Крюгер принадлежал к партии центра…

— О Анри, как больно мне слышать от вас такие слова! Что это — игра или предлог, чтобы уйти? Зачем было просить меня о свидании, если вам оно не приносит счастья и если в вас так мало доверия ко мне? Молодого человека вновь пронизала дрожь, и, упав на колени, он воскликнул: — Лучше бы мне…

Но кто же даст в колхозе «Новая жизнь» такие сведения? О счетоводе нечего и думать, он просто скажет: кормов столько-то, сена столько-то, яровой соломы столько-то. — Евсеич! Кто обмерял стога сена в «Новой жизни»? — спрашиваю я. — А что? — Сводка. — А! Сводка!.. Сколько…

Надо заметить, однако, что для жителей Праги спартакиада — довольно серьезное испытание. В дни праздника население столицы чуть ли не удваивается. Трамваи меняют маршруты — большинство их направляется на стадион, автобусы переполнены, в магазине не протолкнешься к прилавку. Подобных неудобств можно найти…

Непременно, непременно я попрошу у ней позволение говорить ей ты . Сколько раз хотел я сделать это и всегда забываю. Мы друзья с нею; на что ж эти пустые приличия? Как приятно нам будет говорить так под окошком, в саду, украдкою от Аргусов [10] . — «Ну что, Адель, ты прочла «Иваное»?» [11]…

Проработав несколько месяцев финансистом, Леонид Иванович скоро становится заведующим бюро экономики труда, а в июне 1934 года — в двадцать лет! — назначен заместителем директора совхоза. В 1938 году — он директор совхоза, а затем несколько лет работает на посту начальника планового…

Конечно, и среди турбаевцев, получивших некогда на ревизскую душу по шесть десятин песков, люди были разные: и такие, что, прибрав к своим рукам наделы сотен ревизских душ, жили на хуторах не хуже иных помещиков, и такие, что еще держались кое-как, из последних сил за свою единственную ревизскую душу…