Русская классическая проза

Где были люди в это время? Поместье наше называлось хутором, — хутор Каменка, — главным имением нашим считалось задонское, куда отец уезжал часто и надолго, а на хуторе хозяйство было небольшое, дворня малочисленная. Но все же люди были, какая-то жизнь все же шла. Были собаки, лошади, овцы,…

КРАЙ РОДНОЙ [2] (авг.1918) Родимый край… Как ласка матери, как нежный зов ее над колыбелью, теплом и радостью трепещет в сердце волшебный звук знакомых слов… Чуть тает тихий свет зари, звенит сверчок под лавкой в уголку, из серебра узор чеканит в окошко месяц молодой… Укропом пахнет с огорода……

— Не бойся, не бойся, — успокоил меня отец, и я более спокойно стал прислушиваться к этому вою. Что то страшное, захватывающее дух, жалобное было в этом вое. И я спросил отца, едва шевеля губами: — Они голодные… эти волки, папа? — Голодные… Слушай… — Они придут сюда, папа? — Нет, не бойся, не…

– Кто же при тебе еще? – При мне-то? А жидок… Али вы, может, его не знаете? При вас, в ту пору, его, пожалуй, не было еще. Вон дудит… слышите? Хорошо играет, собака… Действительно, мы еще раньше слышали как будто откуда-то издалека долетавшие нежные звуки флейты, на которые мы раньше не обратили…

Гурьянов за свою многотрудную службу получал небольшое жалованье и имел даровую квартиру — избу. При избе находился довольно просторный двор, обнесенный сараями и высоким плетнем, с крепкими тесовыми воротами. Высокий плетень и крепкие запоры были нужны для защиты от волков. Вокруг избушки, на все четыре…

Вот, раз, в такую-то цветную ночь, – а может и день, – ведь, с конца ноября до половины марта рассветов у нас не было совсем, мы и не различали, что день, что ночь… Ну, вот, раз смотрим мы, кто наблюдения делает, кто просто любуется дивным зрелищем, вдруг в переливах ярких лучей, заливавших алым светом…

Па-ма увидел, как крупная женщина с глазами навы-кате стоит посреди какой-то комнаты и, вертя головой, как башней танка, громогласно зовёт, должно быть, собаку или кота: – Бонифаций! Бонифаций! Ну, куда же ты забрался?Она выходит в коридор, подходит к двери другой ком-наты и спрашивает, не открывая её:…

Впоследствии Воробьев рассказывал, что, когда он скомандовал «руки вверх», заведующий упал на колени и лишь осечка испортила все дело. За это неудавшееся покушение и за целый ряд других подвигов Воробья перевели в Шкиду. Вместе с ним был переведен и его верный товарищ – Косоров. «Косарь», в противоположность…

— А-а… послушай, швейцар… Квартира Истомина тут? Полковник оттопырил указательный палец руки, затянутой в белую перчатку, и указал на подъезд. — Никак нет, ваше-ство… во дворе, подъезд направо, на четвёртом этаже, — отвечал швейцар, обнажив голову. Полковник вышел из кареты и, следуя за швейцаром,…

— Вланг, я к тебе: родители надоели. — Здравствуй, — говорил барон. — Кто тебе надоели? — Родители, душечка, — папаша с мамашей. — Очень странно. Чем же надоедали? — Преимущественно любовью и ненавистью, — жаловался Мишель, стоя среди комнаты и раскачиваясь на каблуках. — Обожают и доезжают в…

— Постойте, Феня! окликнулъ ее молодой человкъ и спросилъ:- Что-жъ, онъ богатый?.. — Какъ-же-съ… А шведки? Вдь онъ на пар шведокъ въ собственной колясочк прізжаетъ. И по сейчасъ он на двор стоятъ. Ихняго кучера мы теперь чаемъ поимъ. Кром того у нихъ домъ и въ саду яблоки. Сейчасъ я шепну барышн. …

Молодой человек засучивает рукава пальто и бежит к указанному месту. Девушка бросается за ним. — Петя! Петенька! Брось! Ну что за радость в часть попасть? — кричит она. — Оскорбление женщины! Нет, это я так не оставлю!.. Он останавливается за спиной старика, скрещивает на груди руки и, подняв кверху…

— Все исправилъ-съ, какъ слдуетъ, — отрапортовалъ сынъ. Карету нанялъ двухъ-мстную за три рубля, и самую что ни-на-есть лучшую выбралъ. Самъ и на извозчичьемъ двор былъ. — Ну, коли такъ, такъ веди себя хорошенько! — ласково произнесъ отецъ и всталъ съ кровати. Что-жь вихры-то не подвилъ? — сказалъ…

Носильщикъ, наконецъ, подошелъ, взялъ вещи и понесъ ихъ. Купецъ и его супруга тащили подушки, зонтики, пледъ и ватное стеганое одяло. — Sollamt… je t i t Sollamt… Rotter haben Sie Herr? — спрашивалъ носильщикъ купца. — Чортъ его знаетъ, что онъ бормочетъ! — воскликнулъ купецъ. — Глафира Семеновна,…

— Вы очень и очень недурно декламируете стихи… Я не впаду в преувеличение, если скажу, что у вас есть задатки. Скажу более, я даже уверен, что путем неустанной практики, путем изучения высоких образцов и строгой работы над собой вы можете прийти к весьма солидным результатам. Повторяю еще раз — вы премило…

— Дурак!.. — выругалась толстая голова, без сомнения, принадлежавшая Агапу Терентьичу. — Сказано, нужно спуститься с горы, а потом кругом болота ехать — тут тебе и будут Талые Ключи. Пошел, болван!.. Повозка опять тронулась вперед, а Борис Борисыч остался посреди дороги и долго провожал глазами удалявшийся…

— Я тебе покажу объяснение… — Перевертывает окружный лист, там лежит кредитный билет. — Свинья! — скажет окружный и улыбнется. — А как ты думаешь, Внучкин: можно пощупать старшину? — Можно-с. — Ну-ко, как? — По постройке плотин-с. Или вдруг получает Внучкин бумагу, которая требует объяснения…

Придетъ бывало этотъ господинъ, вс веселы, вс радостны… а придетъ это начальство — всмъ неловко, вс видятъ себя не такъ, какъ они должны себя про себя понимать, и какъ они должны себя держать передъ начальствомъ. — Не ходи ты, братъ, когда у меня поютъ и пляшутъ, говорилъ я не разъ, — а приходи одинъ…

Этот сатанинский набор слов, притязающий быть научным и в самоослеплении полагающий являть из себя словосочетание языка русского…», «…это не русский язык, это – воровской шурум-бурум, у которых в обширной торбе много настоящего добра, но, говоря лишь о слове, лишь о святыне языка, всего больше – старых…

Толстый римлянин. Да, пора приступить к семейной жизни. Со стороны женщин иронический возглас: «Да, как же, попробуйте, приступите». – Тише: они нас слышат. – Пора, пора. – Господа римляне, кто первый? Молчание. Все стоят неподвижно. Среди женщин тихий, ядовитый смех. Толстый…