Русская классическая проза

А девушка, сидевшая за портьерой, едва сдерживала рыдания; каждое слово, каждый тихий звук голоса Петра Николаевича входил ей в душу, ответная любовь, глубокая, чистая, наполняла до боли её грудь. Слова рвались и замирали на её побелевших губах. И только крупные, светлые слёзы бежали из её карих, печальных…

— И… и… есть о чём горевать! Мало вам, золото моё, шишек-то наставили в войнах своих, — утешала её Натальюшка, — забыли, как два дня в кроватке лежали, когда Викторушка вам деревянным мячом в голову угодил? Тоже вас тогда с галдареечки увести не могли, всё прыгали глядеть, как они со двора бомбардировали,…

— А Бог-то, говорю?.. Нешто Он попустит?.. И Бог действительно помог старику… На другой день он рассказывал: «Точно крылья несли меня. Там, где одному было жуть днем, а тут в туман спустился, ничего не вижу, а ноги сами идут и дите ни разу не крикнуло!.. И сестры как обрадовались: «Скажи капитану,…

— Помилуйте, Степан Фёдорович, да такой приятной оказии у меня ещё до сих пор не было. Нина быстро привела себя в порядок, и не успели ещё офицеры снять с себя шашек и отряхнуться, как девушка вышла к ним. В то же время и денщик Тарас показался в других дверях. — Чего тебе? — спросил его Брызгалов.…

   «Кто, отважный, обрёк себя Богу,    Без боязни иди на дорогу.    Всё, что видит орлиное око    Позади, впереди и далеко,    Облака и сиянье лазури,    И утёсы, и вихри, и бури —    Всё послужит, во славу Аллаха,    Начинанью джигита без страха.   ?И не место бесплодным тревогам, …

— Почему же, — спрашиваю я Пекко, — христианские товарищи не понравились товарищу? Пекко лукаво улыбается и отвечает: — Что же, — говорит он, — они только о христианстве думают и кричат… … Припоминаю лозунги на избирательных бюллетенях в тех участках, где выставлены были кандидатами в депутаты…

Обыкновенный, кажется, был день, и после него промелькнуло несколько тысяч других дней, лучших и худших, но я не в силах его забыть и уверен, что, умирая, вероятно, вспомню его со всеми деталями как сейчас. Мы дошли до железнодорожного переезда и свернули вправо, к огромному, теперь уже закрытому кладбищу,…

Лиза не окончила гимназии и читала мало, — что попадётся под руку. По вечерам ей нравилось, сидя за роялем, наигрывать аккордами аккомпанемент к Некрасовским «Коробейникам». От её платков, вещей и открытых писем с картинками, которые она собирала, всегда шёл лёгкий запах духов «Violette de Parme» [1]…

Колтухин был с виду человек мирного нрава, с товарищами не ссорился, но и не сходился с ними близко. Пробовал он сойтись с тем, другим, но едва только замечал пренебрежение, как тотчас же отходил прочь и больше не делал попыток. Только с одним Смуровым он был более или менее близок, и то лишь потому,…

Вся улица хохотала над Авдотьей: вот так нашла добряка! То-то глупая баба! Матвей такую и подобрал себе, чтобы можно было походя ее долбить, — дерево смолевое, а не баба. Конечно, надо и то сказать, что не пьянчуга он и не озорник — это правда, но все-таки душеньку вымотает одними своими наговорами.…

Однако я странно встречаю этот год, который издали обещает мне так много: я расстроена и грустна, уж не предчувствие ли это?.. А я только что отвергала предчувствия. Нет, хочу развеселиться, хочу заставить просветлеть свои мысли… Вот полночь, бьет первый удар, — прощай, минувший год, благодарю!.. Здравствуй,…

— Прощайте, дама Іоланта! Напрасно сдружился я съ вами, гостя у вашего отца. Не моей молодости достались вы, но моему доброму отцу, — Богъ да хранитъ его сдины. — Прощайте, рыцарь Карлъ! Браки устрояетъ Богъ на небесахъ. Но, какова бы ни была моя судьба, помните, что я клялась любить васъ до гроба.…

И покрылся румянцемъ праведнаго гнва свтлый ликъ Богоматери, и воскликнула она голосомъ, полнымъ слезъ и изумленной скорби: — Да разв люди уже забыли, что міръ живъ только божественною справедливостью? разв царство Сына моего уже кончилось на земл? разв умерли завты, которые Онъ вамъ оставилъ? Старикъ…

И впрямь: „Как беззаконная комета В кругу расчисленном светил…“ Попытки издать прозу Кржижановского в последние десятилетия делались неоднократно. Первая реально удавшаяся — публикация трех его новелл в 1988 году („Литературная учеба“, № 3). При жизни писателя в последний раз его проза была напечатана…

— Голубчик Христос… Добрый старичок наш Христос… Милый Христос… Доброта олицетворялась для него в старике, а так как Христос был воплощением доброты, то он должен быть очень и очень стар. Таким его он представлял себе, таким и видел иногда вдали смутного, окружённого мраком громадной шахты. Подземные…

— Нема талану, — чуть выговорил несчастный, громко рыдая, поцеловал ее горячо, обеспамятевшую от ужаса, и выбежал из дома, куда глаза глядели. Долго бежал он без чувства, без памяти, и только усталость заставила его наконец остановиться. Это было в деревне, верстах в пятнадцати от Полтавы. Он опомнился,…

Было известно только одно, что приедет один главный управляющий, который будет загребать жалованье всех трех смещенных, и что он едет с особыми полномочиями. Очкин утверждал, что едет какой-то Тараканов, служивший раньше где-то «в казне», а Сыромолотов оспаривал его и называл Шулятникова, служившего…

— Да, почти как и летняя: Волгу перейдёшь, а там по берегу на село Смоленское… Вёрст восемь от города. — Ну, прощай, спасибо! Власов бодро поднялся со скамейки и быстро пошёл из сквера домой, так как часы на колокольне ближайшей церкви пробили шесть, и уже заметно было, как опускались сумерки. …

Письмо второе Я опять пишу вам, но если бы, вместо письма, я могла решиться приехать к вам, позвонить, войти и затем всё-всё как на исповеди высказать вам! Неужели вы приняли бы меня холодно, с изумлением? Не может быть; вы были бы не вы, т. е. не та женщина, какою вы рисуетесь в воображении тех,…

— Милый мой, да нешто я посмла-бы… — вставила свое слово тетка. — Ну, вотъ за это вамъ честь и слава. За это я вамъ и Феничк вашей и привезъ въ гостинецъ на платье. Буду ужо разбираться въ чемодан, такъ получите, А здсь у меня, Аристархъ Васильичъ, какое ни на есть да хозяйство: дв коровы, конь, овцы……