Сказки

Теперь, когда они говорили шёпотом, Джил стало как-то легче верить Юстэсу. Однако страшное подозрение охватило её, и она сказала грозно, как тигрица: – Если я узнаю, что ты врёшь, я никогда не буду с тобой разговаривать! – Я не вру, – сказал Юстэс. – Честное слово. Накажи меня… кто хочешь, если…

Она запустила руку в левый карман фартука, затем озадаченно сунула руку в карман правый и снова удивилась. Хотя она была не слишком искушена в авантюрах, свою роль она играла великолепно. — В самом деле, с этой парой пенсне вечная путаница! Я постоянно одно из них где-нибудь оставляю. Пенсне для…

И вот однажды его убрали с полок совсем, засунув в самый дальний угол тёмного прилавка. Котик замер от страха, вглядываясь в темноту. Его ушки прижались, а шёрстка встала дыбом. Было тихо. В щёлку узкой ниточкой проникал свет, и постепенно котик стал различать предметы. Вдруг кто-то осторожно коснулся…

В подвале Паба под вывеской «Петух» Работник закатывал бочки в подвал. Он поднял Аттилу и принес хозяину. «Должно быть, мы сбили вывеску, - сказал он. – Простите. И клюв у него погнулся». Хозяин заплясал от радости. «Это знак свыше!» - вскричал он. «Похоже, петух наш боец - недаром клюв…

— Я сам, дедко, не знаю… Так… ни о чем… Засмотрелся маленько. Букашка по листочку ползла. Сама сизенька, а из-под крылышек у ней желтенько выглядывает, а листок широконький… По краям зубчики, вроде, оборочки выгнуты. Тут потемнее показывает, а середка зеленая-презеленая, ровно ее сейчас выкрасили… А…

— Это шторм, Энгес, — сказала Керсти. — Сильная буря. — Того и гляди дом разнесет, — сказал Ворчун. На мгновение ветер стих, и они услышали, как бьются о скалы волны. «Интересно, что там море выбрасывает? Что мы завтра найдем на берегу?» — подумала Керсти. Все они любили…

Изнемогая от усталости, добралась она наконец до сырой низины, поросшей осокой, где весело плясали уже знакомые нам блуждающие огоньки. Она устремилась к ним, поздоровалась и выразила свою радость от встречи со столь приятными господами, да к тому же еще ее родичами. Оба огонька, носясь, чуть касались…

— А песчаные следы у тебя есть? — прервала его хитрая Лиса. — Песчаных нету, — удачно избежал он подвоха. — До норы донести не могу. Осыпаются. — Ну, а быстрые следы — какие они? — не унималась она. Но его не проведёшь. — Быстрые — поменьше, чем медленные.…

— Теперь-то уж я точно потону! — решил мальчик и изо всех сил стиснул руками мяч. Намокшая в соленой воде резина не выдержала, и мяч — бах! — лопнул! — Все кончено! — безнадежно всхлипнул Ауримас, погружаясь в глубокую холодную бездну. — Аи! — успел еще выкрикнуть…

Оля, которой уже и так было стыдно, что она понапрасну обидела бабушку, чмокнула старушку в щеку, взяла портфель и пошла в переднюю одеваться. В передней стояло большое зеркало, перед которым она так любила вертеться. — Одевайся поскорее, Оля! — крикнула ей вслед бабушка. — До звонка…

Но Тристам ничего не мог ощутить — ни состояние воздуха, ни направление ветра. Сколько он ни старался, ему представлялось одно и то же: синее небо, всегда одинаковое, неподвижное, безветренное, безоблачное. Лазурро преподавал физику, а не искусство ощущения: на своих уроках он категорически запрещал…

Так говорит река Чи… Но если первое получал он сполна, то во втором было отказано ему, и не было покоя сердцу его. Тщетно искал он любви прекрасной феи, желая быть лучше всех и сильнее всех, и гордость его кипела в нём. Так помнят скалистые горы… Боль и горе сломали его, горечь и гордость жгли…

— Ум-гум-гм-гум-гм-м-м-угу! — дружно отозвались брат с сестрой. — Я тоже так думаю, — кивнул папа. — Мама, — спросил Паша, облизав ложку. — А где моя комната? — Чур, моя наверху! — выкрикнула Маша. — Не твоя, а ваша! — поправила её мама. Но дети уже грохотали по лестнице. Первым в комнату ворвался…

Глава вторая В которой подтверждается важность знания языка насекомых Где-то среди бескрайних лесов Восточной Сибири потерялся маленький городок Сантофф Клауссен, в котором жил один из немногочисленных живущих на этом свете великих магов — Омбрик Салазар. Тем утром он вел умную беседу с ночными…

Бьянка же, боявшаяся ревматизмов и вдобавок страдавшая от морской болезни, спала в тёплом мешке внутри ствола, а точнее, в нише возле винтовой лестницы. «Я чувствую себя уверенней, когда сплю возле двери, — говорила она. — В случае пожара можно сразу вызвать пожарных. И потом, если придут воры, я загорожу…

Паддингтон же, со своей стороны, только и ждал, чтобы миссис Браун поскорее ушла. Впопыхах он забыл завинтить колпачок чернильницы, и под шляпой уже стало довольно сыро. Миссис Браун со вздохом закрыла дверь. Она прекрасно знала из прошлого опыта, что когда на Паддингтона «находит», вытянуть из него…

— Нет… Ничего! — ответила девочка и, все еще продолжая оглядываться, быстро подошла к Тэмми. — Наверное, это все из-за погоды. В такую жару кажется, что небо давит на тебя! — Так прямо и давит? — переспросил Тэмми. Агна улыбнулась. — Пошли скорее! — фыркнула она. —…

– Я… – Баста! – Марко повел ладонью, будто обрезая нить ее голоса. – Ни ты, ни Роджер понятия не имеете, куда хотите сунуть нос. – Ты знаешь закон. – Брэдли наконец-то нашел применение рукам – он методично сминал пивную банку в алюминиевый комок. – Она в Магусе, Франчелли. Она вольна… – Я знаю…

Все это надолго отбило у меня охоту к писанию стихов. Ведь и учителя и товарищи как будто нарочно приняли все меры, чтобы я не сделался писателем. Правда, качаясь в своей колымажке, я по-прежнему шептал иногда какие-то певучие строки, но уж не записывал их. Не то чтобы боялся, а так: опротивело. …

Владение землей — странная вещь, если вдуматься. Прежде всего, до какой глубины оно простирается? Если человек владеет куском земли, принадлежит ли ему и все, что лежит внутри, в глубине, в самых недрах и дальше — до самого центра Земли, где, сужаясь до крошечной точки, сходятся все другие владения?…