Социально-философская фантастика

— Что это? — спросила Нина. Акимов сказал: — Наша мастерская. Здесь мы держим наше Панургово стадо. Хочешь посмотреть? — Конечно, хочу. — Кстати, ты немножко согреешься. Акимов повел ее к куполу. Толстая тень бежала теперь сбоку по бетону. Бетон был тоже мокрый от росы и блестел под луной.…

Какой такой бобок? Надо развлечься. Ходил развлекаться, попал на похороны. Дальний родственник. Коллежский, однако, советник. Вдова, пять дочерей, все девицы. Ведь это только по башмакам, так во что обойдется! Покойник добывал, ну а теперь – пенсионишка. Подожмут хвосты. Меня принимали всегда нерадушно.…

В открытом поле смерть настигала людей быстро и безжалостно. Горели уже почти все вагоны. Обезумевшие люди бегали по полю, падали, зарываясь ногтями в землю. Пахло горелым. Пахло цветами. Это смешение запахов было настолько неестественным, диким, что хотелось кричать, чтобы криком разбить эту страшную…

Можно было, конечно, пойти в городскую гостиницу, нумерованным ключом отомкнуть нумерованную комнату с нумерованной меблировкой, завалиться спать и поскорей забыться, выкинув всякий вздор из головы. Но отчего-то не хотелось… Чтобы отсыпаться и смотреть приятственные сны, из дома не нужно уезжать за…

– Тала-ант, - протянула будущая тёща, и глаза её заискрились предвкушением возможностей. Раздвинув толпу авторитетом, выплыла сухопарая дама с лицом заслуженного завуча, на которой даже бархатное платье выглядело полковничьим кителем. – Пройдемте. – Миш, я причесаться не успела, - шептала невеста.…

Кир покосился на коробку идеометра: – Ты это, потише. – Фигня. Об этом уже каждый десятый думает - максимум шестерка по Коварсу. К полудню было выпито два чайника и восстановлен почти весь вчерашний треп. Никаких зацепок. Кир уже ощущал себя героем социальной рекламы, виденной по визору: в Центре…

Осмотрев все вокруг, Сем понял, что лежит в большой комнате. Все в ней было белого цвета: потолок, стены, мебель и даже пол были белыми. Он лежал на кровати. Около кровати стояла тумбочка, на которой горел очень красивый светильник, раньше он таких никогда не видел. Но основной свет шел прямо из стен,…

Тогда я еще не знал, что он — в картинках. Разглядел только, что он высокий и раньше, видно, был поджарый и мускулистый, а теперь почему-то располнел. Помню, руки у него были длинные, кулачищи как гири, сам большой, грузный, а лицо совсем детское. Должно быть, он как-то почуял мое присутствие, потому…

К чему так обольщаться? Этот ат даже не прошел посвящение, ему и ста лет не исполнилось, не умеет нормально читать на языке моигу, особенно сакральные тексты. Но сердце юноши якобы дрогнуло, почувствовало что-то невыносимо родное, а фотоаппарата не было, создавать скан-проекцию он тоже пока не обучен…

— Тадам-там-там! — забарабанил Босвел, пытаясь повторить знаменитые фанфары марша изобретателей. Получилось не очень похоже, но я изобразил на лице некое подобие восторга. А виртуоз торжественно продолжил: — Ты стал не просто свидетелем, а первым, кому будет позволено услышать… — Вы закончили изобретение?! —…

— Можно сказать и так. Подумать только, здесь еще недавно лютовал государственный террор. Вон в том доме, где сейчас цветочный магазин, — он показал на вытянутое здание слева по ходу, — там велись допросы врагов народа. В отличие от других режимов негодяи не прятали свою машину уничтожения…

15 января 1855 года. Комната в «Гранд-Отеле», Пикадилли. * * * Один стул перевернут задом наперед и надежно подпирает тяжелую, граненого стекла ручку двери. Другой завален одеждой: короткая женская накидка с оборками, грубошерстная, заляпанная грязью юбка, клетчатые брюки, визитка. У стены – широкая,…

Все направились дальше, и Майк вновь приложил усилия, пряча ироническую ухмылку. Избранные, в том числе Майк, водили за нос русского дебила вот уже почти сутки. Как только вчера при помощи Майка был преодолён языковой барьер, государственный секретарь Коэн развил бурную активность, и Майк по достоинству…

Джон Ричард снова посмотрел в иллюминатор, позволил глазам приспособиться к темноте. Условия наблюдения оказались, мягко говоря, не идеальными – но ярчайшие звезды можно было различить. Через несколько минут обнаружился метеорит, горевший ярко-оранжевым, вскоре за ним пролетел другой. Оба раза Кэмпбелл…

Я не могу допустить, чтобы меня забрали. Мне нужно приглядывать за мамой. Я закончила свои поиски. Кейтлин Мидоуз не было. Не на этой неделе. - Ты слышала о Мэри Как-там-ее-звали? - спросила Бет, когда мы продолжили свой путь до моего дома. - Она на втором курсе, я думаю. - Дай-ка подумать, Мэри…

— Странно, — заметил Питер, когда они промчались мимо. — Будто нельзя просто сесть на метро. — Последний день в Британии, — отозвалась Беатрис. — Последний шанс развлечься. Наверно, спустил всю валюту в пабе, полагая, что ему еще хватит на поезд. Еще каких-то шесть кружек — и вот он на свежем воздухе,…

Ясно е, че целта на моя роман не са науката и техниката на отдалеченото бъдеще или пък странните цивилизации на неизмеримо далечните светове. Хората на бъдещата Земя, култивирани от многовековното съществуване на висшата, комунистическата форма на обществото, и контрастът между тях и също такива земляци,…

– Вы настолько… настолько… – лепетал он. – Если бы вы предупредили… то мы бы… мы бы… Встретить могли… Да. Я бы… Я бы… Отправить бы… Отправил бы кого-нибудь… Этого директора рекомендовал бывший одноклассник. Четыре года он не вызывал крупных нареканий. Даже план, бывало, перевыполнял. В последнее…

тот день с нами был юнец, и это была первая охота в его жизни. Мы дали ему подробные инструкции и шанс подстрелить свою первую добычу. Хаптон летел к приманке. Ветер и песок, которые гнали его крылья, летел нам в лицо. Мы чувствовали ветер, поднимаемый этим гигантом. Песок вздымался к небу от…

Взгляд палача У каждого в этом мире есть свое предназначение. Вольф Шмидт не мыслил своей жизни без охраны правопорядка. Когда-то он служил в полиции, дослужившись до должности заместителя полицай-президента Берлина. Полицай-президентом ему стать не светило – эту должность всегда занимало гражданское…