Современные любовные романы

Он поднял глаза, и мое сердце замерло. А потом заколотилось так, будто хотело вырваться из груди. Синие глаза. Его глаза. Костя. Константин Лебедев. Пол начал уходить из-под ног, как воздух становится густым, как в глазах темнеет. Начала оседать, цепляясь за пустоту, и мир вокруг поплыл. Он среагировал…

На улице темно, почти полночь, до города километров пять… Помощи просить не у кого, отцу звонить точно не буду, он ещё тогда заявил, что у него нет теперь дочери, обозвав при этом самыми последними словами. Остаётся только вызвать такси…включаю геолокацию и захожу в приложение Яндекс-такси. — Все…

– Нууу… Все равно… – Типун тебе на язык! – злюсь. – Все будет хорошо! – Ладно. – стремительно переводит тему подруга. – Придется тебе за ними ехать. Завтра я точно буду занята, так что, либо приводим платье в порядок сегодня, либо тебе придется идти в салон. Уныло поджимаю губы. …

Как собственник этого книжного магазинчика и квартирки в пригороде, Митч рассчитывал начать сводить концы с концами. Конечно, если постарается и если вернутся покупатели. На счастье, его тюремный срок не сопровождался ни штрафом, ни конфискацией имущества: судья рассудил, должно быть, что довольно будет…

Давид его раскатает в блин, сожрет и выплюнет, и все это гонок за пять. – Взаимно, – ответила она. – То, как вы в прошлом году боролись с «Биалетти, – захватывающее зрелище. Именно это убедило меня подписать контракт с «Зальто». – А у тебя были другие планы? – «Килнер». И я рад, что я с вами.…

Он поднимает меня на руки. Несет к дивану у окна. Лунный свет лишь частично освещает происходящее. Его губы обжигают мои ключицы, грудь, живот. Я прикусываю губу, чтобы не закричать. Слишком откровенно. Мои руки дрожат, когда я расстегиваю пуговицы его рубашки. Кожа под пальцами – горячая, а мышцы…

Он забирает у меня стакан. – Тут остался лед. Перестук кубиков подсказывает, что он вынимает один из стакана. Второй ладонью он нащупывает пуговицы моей блузки и распускает их одну за другой. Делает пошлый вырез и, не давая мне опомниться, проводит кубиком льда вдоль линии. Погружает его дальше и…

Коридоры пусты, недавно начался урок. Стук каблуков по мраморному полу кажется очень громким, но ничего не могу с этим поделать. До нужного кабинета дохожу довольно быстро, и как же я радуюсь, когда он оказывается первым справа от лестницы. Выравниваю дыхание, приглаживаю волосы и стучу в дверь. Никто…

— Раздевайся, Ромчик, — собрала длинные волосы в хвост и набрала ему воду. Я сидела на маленьком удобном стульчике, пока он играл с пеной. Прошло полчаса: я вытерла сына и помогла надеть пижаму. В детской включила ночник и прочитала любимую сказку про Шоколадуса. — Мам, а где папа? — широко зевнул…

— Алина Игоревна, а давайте вы свои претензии ко мне, оставите до возвращения в офис, — попросил, резко развернувшись. — Мир заключить не предлагаю, но… Закончить не успел. Не сводя с него глаз, Алинка едва слышно прошептала: — Козел… Брови Егорского в этот момент изогнулись дугой от нескрываемого…

Все началось еще до того, как мне начали сниться слишком реалистичные сны. До того, как мне стали сниться сны. Да, вы все правильно поняли — раньше сны мне не снились. Так вот, вы, вероятно, думаете, я чокнутая. Но, прежде чем делать поспешные выводы, позвольте все объяснить. Понимаете, я не всегда…

Не могу насладиться объятиями мамы. Мне больно, что я ничем не могу ей помочь. Даже моя новая работа не решает проблему нехватки денег на лекарства. И даже в таком состоянии мама умудрилась приготовить для меня праздник и собрать всех моих друзей с института и с прошлой работы. На кухне меня встречают…

– Да, – ответила Лиза. Она уже догадалась, что он говорит все это для той женщины, что сняла трубку, – скорее всего, для жены. Что ж, тем лучше: ведь она и не собиралась бросаться ему на шею, ей просто было необходимо его увидеть, чтобы понять… – Вы сможете прийти к восьми? – спросил Арсений. – Да, –…

– А мама что должна делать? – по инерции спросила Лера – впрочем, уже без всякого возмущения. Она вдруг почувствовала, что устала. Казалось ерундой – проехаться туда-сюда в метро-автобусе, пробежаться немножко под дождем, немножко промокнуть, послушать лекцию, высыхая прямо в аудитории, еще проехаться…

– Просто размялась, – шутливо улыбнулась в ответ Наташа. – Это прекрасно! А мы вот тоже решили подышать спозаранку свежим воздухом... Прошлись к волнорезу. – Представляете, там после ремонта открылось то кафе, знаете... ну, у которого стекла с витражами, – вмешалась в разговор крупная женщина средних…

Виски уже гремело льдинками, а развития действия не наблюдалось. Вообще-то я отношусь к тем редким людям, которые не воспринимают алкоголь. Лишь некоторые коктейли не раздражали мои вкусовые рецепторы резким привкусом спирта. Но вот страсть к бокалам всевозможных форм, особенно для мартини, в которые…

– Вот катит по рельсам трамвай, – размахивала руками она. – Обычный такой, самый, можно сказать, заурядный трамвай… Останавливается, открывается дверь. Ты в него – прыг и едешь себе. А на самом деле это никакой не трамвай, а ловушка, капкан! Выходишь на следующей остановке – а тебя, оказывается, два…

С Глебом Света Тополян познакомилась случайно. Впрочем, она частенько знакомилась с парнями на улице. Но этот оказался слишком уж бесцеремонным и настырным. На первом же свидании полез целоваться, а когда Света оттолкнула его, он с такой злобой на нее посмотрел, что ей даже не по себе стало. Окончательное…

Мария аккуратно сложила в черный саквояж, с которым не могла расстаться много лет, градусник, стетоскоп, шпатель и посмотрела на часы. Осмотр длился не так уж долго по ее меркам – всего около сорока минут. – А нам сказали обтирать, полоскать горлышко, а еще лучше – отвезти в больницу, – растерянно произнесла…

Яркие краски нового интерьера теперь бесконечно раздражали – впереди замаячила глубокая долговая яма, неприятный запах которой уже щекотал нос. Таня надеялась на лучшее, но, увы, ее бизнес рухнул, и сделал он это с оглушительным треском. Не надо было, не надо было покупать дорогущую драпировку и выбирать…