Современные любовные романы

Мои горе-подельники — трое таких же балбесов семнадцати лет отроду, болтавшиеся по деревне зимой без дела, потому как ну нет никакой работы на селе, перли из взломанного сельпо водку, сигареты и по паре палок колбасы да сыр чисто на закусь. А я набила целый мешок консервами, макаронами, крупами, той…

И тут внутри меня что-то взорвалось, разливая по венам кипящую ярость. Я с рычанием скомкал обе бумажки, швырнул их на пол подальше от себя и начал мерить шагами кабинет. — Жанна, сука! Она что, не понимает, что у нас премьера на носу? Где я теперь возьму актрису, да еще на главную роль? Да даже если…

— Я тебе не верю. Душа застывает на месте, и я забываю как дышать. Ноги перестают держать, и, чтобы не рухнуть на пол, я с размаху сажусь на кухонную табуретку. Он же, не проронив больше ни слова, разворачивается и выходит из кухни. Проходит мимо закрытой двери детской, даже не поворачивая к ней…

Такая мысль с легкостью обнаружилась: никакой спешки нет, ей незачем уезжать с дачи прямо сейчас. Она сама знает почему. И даже хорошо, что у нее нет возможности уступить соблазну и сбежать отсюда. Выходит, о ней снова заботится провидение? — А не попить ли чаю? — громко спросила себя Рита и, согласившись…

- Я не в Париже живу, а на хуторе Пирожок. Наша фамилия от названия хутора и пошла. Я Вам уже раз дцать рассказывала, - говорю, вынимая из печи противень с румяными пирожками и булочками. - Машка, не гневи МедведЯ. Прошу тебя, Христом Бога. Тебе чего? Тебе ничего…Сиди тут в цехе. А нам с официантами…

Я знал, что он чувствует. Я тоже это чувствовал. Ту же белую ярость от того, что такой человек, как он, может прожить еще один день за счет государства. Пусть мы все и преступники в тюрьме строгого режима, где я сейчас был почетным гостем, но даже у преступников есть кодекс. У этого ублюдка его не было.…

Эта квартира — лично ее, и никто не преподнёс ей эту квартиру на блюдечке. После четвёртого курса МЕДа отправилась на два месяца в стройотряд. Мужская работа, не женская — пилить деревья, рубить на дрова, колоть полешки… Но недаром несколько лет подряд она держала первое место в институте по спортивной…

Брэндон пожал плечами. — Я всегда хотел научиться летать. Почему бы и нет? Жизнь коротка. Если у тебя есть возможность вычеркнуть парочку вещей из своего списка желаний, то я скажу тебе так — дерзай. Плюс, это занимает целых три часа, чтобы добраться до этого места из самого близкого коммерческого…

— Идем, — кивает мужчина в черном костюме, который сюда меня привез. Пока иду по ступенькам, чувствую слабость в коленях. И в животе как-то неуютно. А может сбежать, пока не поздно? Сказать водителю, что передумала и все. Просто уехать домой к маме. Устроюсь какой-нибудь официанткой на неполный рабочий…

— Именно, не стоило брать картонную, — солгала я. Она взглянула на коробку и контейнер. — Тебе помочь принести остальные вещи? Я покраснела. — Это все мои вещи. — Ой, — выдохнула она, вдруг ощутив себя так же неловко, как и я. — Я неприхотлива. Мне не нужно многого для жизни, — продолжила…

Николай с Ульяной выделялись среди нас не только тем, что природа одарила их эффектной внешностью. Но и своей целеустремленностью, зачастую граничащей с упрямством и наглостью. Мы знали, что эта парочка добьется всего, чего захочет. Даже если потребуется идти по трупам. Ну, идти по трупам — это преувеличение,…

Ох… Всё-таки решаюсь, делаю шаг из своего укрытия и кричу, потому что налетаю на какого-то мужчину! Еще и случайно задеваю его ножом, разрезая острым кончиком рубашку на груди… Ой-ей. — Это что еще за хулиганство? — говорит он. Голос грубый, глубокий, пробирающий до костей. А сам мужчина — гора! И…

– Спасибо, но я... предпочитаю одиночество, – еле выдавливаю, чувствуя, как во рту пересыхает. Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони. По спине течёт холодный пот. – Понимаю, – мягко отвечает Алекс. – Иногда всем нам надо побыть наедине с собой. Киваю, отворачиваясь к окну. Часть меня…

Я несколько раз хлопаю ладонью по его члену, но уже не могу оторваться. И ощущение того, что у меня украли оргазм, меня бесит. Я невероятно расстраиваюсь, когда думаю о том, как долго прошло время, когда ни один из этих мужчин не смог дать мне то, что я хочу и в чем нуждаюсь. — Могу я кончить? — Билл…

– Да вообще похуй. Подождут. Хочу тебя безумно. Словно в подтверждение своим словам, Дима усаживает меня на обеденный стол, а не идет к дивану в гостиной. Мокрые поцелуи в шею бьются током. Спихиваю ремень с джинсов Димы и все чаще двигаю рукой. Дима спускает тонкие шлейки с моих плеч, оголяет грудь,…

— Школа рядом, можете покататься по району, а ему сказать, что доставили меня, — с улыбкой киваю ему и обхожу огромный автомобиль. Водитель выходит из машины и пытается взять мои пакеты. — Василиса Александровна, понимаю, что вы не хотите, но меня могут не просто выгнать с работы, меня скинут с этой…

— Осторожнее! Вы же свалитесь сейчас, — громко и строго сказал Арай. — Никакой техники безопасности. Его возмущённый тон вызвал у неё смех, который так и звенел в каждом звуке и слове. — Да что вы такое говорите? У меня техника безопасности на высоте. Я пристёгнута монтажным поясом, между прочим.…

Было бесполезно бороться с ним, бессмысленно цепляться за свет, когда все, что я чувствовал, — это тьма. Так что я потерялся в этой боли. Голоса в моей голове протестовали. Никто за тобой не придет. Вставай и сражайся. Заставьте их заплатить. И я точно знал, что лучше сгорю заживо, чем проживу…

— Простите, если нарушила целостность ваших границ, — начала она, уже всерьез забеспокоившись. — Но не могли бы вы отозвать собаку. И эээ… вытащить котенка. Он орет с самого утра… Тишина в ответ. Даша давно уже поняла, это с самого начала была не лучшая затея, а сейчас и вовсе все дошло до абсурда.…

Сознание покидало его. Последнее, что он увидел перед тем, как тьма окончательно окутала его, было лицо старшего брата. ГЛАВА ПЕРВАЯ Дождь всё моросил и моросил. Рэна стояла неподвижно, стирая капли с лица. Они уже успели пропитать её волосы и стекали холодными струйками по шее. Зонтик лежал…