Ужасы и мистика

–Я настаиваю… – еле слышно выдохнул Лука и тут же, получив очередной мощный пинок в спину, оказался по ту сторону двери. Он даже охнул от ужаса, обнаружив, что стоит на самом краю высокого узкого причала, а далеко внизу на поверхности реки покачивается лодка. Где-то вдали неясной полоской виднелся противоположный…

«Псковская область», — последовал ответ. «Боюсь, это просто старые данные. Снега-то нет». «Этот сайт появился сегодня днем. В самом низу есть „контакты“, может, это шанс?» Алиса снова залюбовалась восхитительным мирком, где в отличие от картины за ее окном, таинственно мерцая, кружились…

Калеб спал так тихо, его дыхание было таким размеренным, что Кейтлин не могла сказать наверняка, спал ли он вообще. Он говорил, что уже сходил на охоту. Калеб возвратился более спокойным, держа в руках охапку дров. Именно он придумал, как закрыть дверь сарая так, чтобы снег не проникал внутрь. Именно…

Встала, повела плечами. От божественной силы потряхивало, обдавало жаром, будто в прорубь макнулась. Оглянулась на лежащего. На его лицо возвращались краски. Розовей — не розовей, спать будешь долго, соколик! Спи… Сделала несколько шагов прочь, баюкая в душе желание вернуться и добить, пока не проснулся.…

Вдруг из другой комнаты или из какой-то глубины, раздались приглушенные звуки фисгармонии. Стон замер в сжатых гортанях, души погрузились в сонный испуг, как бы в ожидании смерти; никто не ждал этой музыки, никто не знал, откуда плывут эти звуки, не понимал, настоящие ли они или только сладкое очарование.…

Лапин вышел на пенсию в прошлом году, и первое время радовался свободе от казённого труда, был доволен как глупый ребёнок, запихнув на задворки сознания факт, что его жизнь уже достигла того периода, когда всё катится к закату. Однако он понимал, что человеку свойственно думать о том, что его жизнь продлиться…

Окружные техники походили в темноте на блуждающих алых призраков. Портативные ультрафиолетовые лампы «Сирчи» испускали жуткое фиолетовое свечение. На техниках были красные полиэстеровые костюмы, чтобы ни один кусочек синтетического наполнителя случайно не попал в отдел вещественных доказательств, как…

– Ну… разумеется. – А если ваша версия осталась в целости и сохранности, то в чем вы меня обвиняете? – Ну… э…. – …тогда я ни в чем не виноват. – Но… вы уничтожили вариант города, который… – …а если я уничтожил город, то вы не могли меня догнать, значит, я на свободе. – Но мы догнали вас!…

В конце концов, дверь захлопнули, и девушка оказалась в темноте. Один из них удерживал ее спину, а другой – ноги. Линда попыталась высвободить руку из под живота. Но рука парня переместилась с ее рта к ноздрям и подача воздуха прекратилась. Она не могла дышать. Автомобиль накренился вперед. Линда,…

Рядом с ним ещё один, тоже качок. Симпатичный, но роста не высокого, даже меня на голову ниже. И это при том что я метр шестьдесят всего. Обоим лет под сорок. Подходят неспешно к двум вышедшим из красного джипа мужикам. Один из них сутулый, второй седой. У одного в руке чётки, он перетирает ими в руке.…

- Я домой! – раздался звонкий голосок девушки, и Генка пулей вылетел из раздевалки, позабыв о тревожных мыслях. Решил догнать и предложить встречаться. Вылетел из спортзала и чуть не сбил трёх юных практиканток из педагогического колледжа. Эту троицу молоденьких воспитательниц, направленных из городского…

- Ну чтож, господин Волохов, – повернулся Купцов к следователю, – запишите сей факт, и не сочтите за труд, приведите подозреваемого для допроса. Тот бегло сделал запись в журнале, почесывая свой подбородок с ямкой, что дивным образом напоминал крохотную задницу, и спешно удалился. - Пожалуй, и я…

«Время, время!» Сумерки вокруг лишь предупреждали, что скоро будет еще темнее. У Энди оставался час, чтобы оказаться в безопасности, пока еще светло, и потом полчаса полумрака, чтобы найти машину. Он поднял умоляющий взгляд на небо – как там с освещением? От облаков небо приняло металлический…

В закоулках первого этажа гудел пылесос. Горничная уже поднялась и приступила к своим обязанностям. Он укрылся в буфете, чтобы не смущать скромную девушку. Эти русские такие дикие. Припал к крану. Что за гадость он потреблял вчера? Липкое, слащавое, чудесного цвета тормозной жидкости, явно сваренное…

– Иди сюда, – прорычал майор. – Я? – Фарли еще глубже вжался в кресло. – Майор Холл, что все это значит? – раздраженно спросил вице-командор Вуд. – Вы или пьяны или… – Он увидел бластер в руке Холла. – Что-нибудь случилось, майор? Фарли, встревожившись, вскочил и схватил Холла за плечо: – Что такое?…

Красивый, сукин сын, – думала Лидия, разглядывая профиль таксидермиста и холеную руку с изящными пальцами, гладившими мертвую шерсть. Даже слишком красив для того вонючего бара, в котором она оказалась после похорон. О черт, а кого же она хоронила? Ага, второго мужа своей подруги, погибшего в автокатастрофе.…

Из второй кареты вышел сам Сын; траурный креп с его шляпы трепетал от порывов осеннего ветра и то и дело закрывал лицо. Сид тут же вытянулся по стойке «смирно», как гвардейцы, охранявшие королеву, которых он видел у Букингемского дворца, и глядел прямо перед собой, пока мимо него скользнул вверх по ступеням…

Речел перестала плакать, привстала. – Этот… – Это он, – ответил Луис, встревожившись… нет, неожиданно испугавшись. На самом деле он почувствовал ужас. В обмен на дом он заложил двенадцать лет их жизни: за дом будет выплачено, когда Елене исполнится семнадцать. Он сглотнул. – Что ты думаешь? …

Не зазвони телефон у кровати, Брэд мог бы сидеть так до Судного Дня. Каким-то образом очутившись на ногах, он схватил трубку, стараясь не глядеть вниз, на череп с каштановой шевелюрой, не вспоминать, какой красавицей была его — Боже правый, всего-то двадцативосьмилетняя! — жена. — Алло, —…

Нет, только не эту. Ни сейчас, ни когда-либо. Оставшись один в полутемном гостиничном номере, доктор вновь ощутил страх. Там, в Новом Орлеане, в длинном пыльном зале тикали часы. Он слышал шарканье ног своей пациентки, прогуливавшейся в сопровождении сиделки. До него вновь доносились запахи новоорлеанского…