Юмористическая фантастика

 - Попляши, попляши! - захлопал в ладоши доброй шутке бородач. - Ну, давай, не стесняйся! Парень снова ударил по струнам, в харчевне задребезжала простенькая танцевальная мелодия. Девушка стояла растерянная. Оглянулась, посмотрела на харчевника - нет, ему не было до происходящего никакого дела. Ровным…

Ку-ку сидел в дорожной сумке, и дрых, зараза, вместе со всеми под мерное постукивание колес кареты. С котом мне хотелось забрать частичку настоящего дома и той беззаботности, с которой все эти годы мы с сестрами подшучивали над ним. Сердце заныло при мысли, что это не повторится уже никогда. Никогда……

Когда подруга позвонила в дверь, я уже успела перекусить и одеться потеплее, в брюки и свитер. На улице тусклый и ненастный день плавно перетекал в вечер: зажигались огни, здания выплескивали наружу поток людей, у которых закончился рабочий день, тучи, низко нависшие над городом, отражали его неяркое…

Пока он медитировал над перечнем практик, остальные уже поставили все три палатки, разложили вещи. Аурмей ушла к костру знакомиться с местными обитателями, Орокхет бродил по лагерю в темноте, Урмин тоже куда-то испарился, хоть что, успел с женщиной познакомиться. И что теперь делать? Трое главных подозреваемых…

Обычно наши с Кадией и Дахху совместные ночевки идут по одному и тому же сценарию: мы болтаем, болтаем, болтаем обо всем на свете, потом кого-нибудь тянет потанцевать, и мы бешено пляшем, как какие-то сумасшедшие кочевники, а ближе к утру заваливаемся спать, и еще долго из разных концов комнаты доносятся…

Напротив, сидел Крид Дамаск, как он себя любил называть. На год старше Ранмы и на голову выше, он был хрупок и худощав, с тонкими пальцами и острыми чертами лица, из-за которых его порой путали с девушкой. Работу он презирал. Русая, почти золотая, шевелюра, которую он укладывал каждый день на новый лад,…

– Продажной любви… – уныло продолжил я, но Иван меня не слушал. Проследив его взгляд, я увидел странную картину: мой сосед снизу, сутулый дрищ Павлик, выкатывал из подъезда пузатое блестящее полированным металлом колесо, размерами чуть меньше дверного проема. По тому, как Павел ворочал колесо, было…

— Потому что смотреть надо, что пьешь и с кем пьешь! — все так же сварливо отозвалась белка. — Что? — земля под ногами закачалась. — Отравили тебя, болезный, — белка была неумолима, — ты бы видел себя! По сугробам гойсал, как олень в гон! — Отравили? Кто? Зачем? — Почем я знаю? — белка дернула…

Нужно было добавить что-то ободряющее. - И ваш маленький недостаток будет казаться ей большим достоинством!!! — закричала я на весь зал. Главное, чтобы эльф меня услышал. И не грустил. Взрыв хохота заставил меня осмотреться. Все смеялись, а мне стало неловко, словно я сказала что-то лишнее. -…

— Предсмертная амнезия, — тихим голоском решил просветить Эмильен, — это потеря воспоминаний после воскрешения, связанных с последними минутами жизни. — Благодарю, — оттер несчастный мужчина пот со лба мятым носовым платочком. И глаза промокнул заодно. — К счастью, я уже нашел вам подходящую кандидатуру…

Он почему-то верил, что у природы есть свой особый голос. И этот голос может слышать не каждый. Задрав брюки, дотронулась до окровавленной коленки. Ушиб получился знатный. А все этот напыщенный петух. Знал бы он кого толкнул! Тот час бы остался без рук! Знала бы мачеха, что я не во дворце – тот час…

Оно и видно. Но так как негативные эмоции старушке были противопоказаны, да и вряд ли смогу я ее переубедить, то просто кивнула и приготовилась слушать все, как сказку. А заодно решила, что когда бабка выпишется — на умирающую она совсем не походила, — найму ей сиделку. Мало ли во что еще выльется…

Я вздыхаю и вхожу в логово хищника. * Стол у шефа — не виданной мной раньше конструкции. Его поверхность полностью изрыта микроскопическими прямоугольными клеточками-сотами. В каждой соте трудится крохотный демон; он таскает по клетке свинцовые циферки, размером почти с него самого, и меняется ими…

Уличенная в подглядывании за соседями старушка даже не подумала прекращать свое возмутительное занятие. — Вот, пытаюсь понять, какую зверушку на этот раз раздобыл в параллельных пространствах наш профессор. Может, кто похожий на мою Бусечку. Судя по воплям, определенно нет. Питомец моей соседки был…

Мне попалось имя – Анастасия Сергеевна Морошкина… Ася. Ася? Я – Ася? И я… я… Я повернулась к холодильнику с реактивами и уставилась в его блестящую, почти зеркальную дверцу. В нем отражался робот с крупной головой и условно человекоподобным телом: две руки, две ноги, туловище, вот и все сходство. Железная…

ПРОЛОГ Славе приснился сон. Будто он – великий волшебник, которому подвластны все люди, что живут на Земле. Только вот беда – не знает он, что ему с этими людьми делать. Ведь все идут к нему со своими проблемами, и он, конечно же, решает их с удовольствием и играючи. Но людей становится…

– Так ты ему будешь звонить? – А, что? – Ваня резко поднял голову и досадливо взглянул в лицо менеджеру. Хуже нет, когда тебя вот так вот вырывают из грез. Хуже нет. С работы он решил уйти пораньше. Еще не было и пяти, а Иван, сделав, что называется, морду кирпичом, тихой сапой ускользнул из офиса.…

Рабинович скрючился, словно суслик в Гималаях, и припустил почти бегом. Дурак! На фига нужно было в кожаную куртку наряжаться? Я, конечно, понимаю, что после возлияний оне-с девок кадрить пойдут. Но ведь и меру надо знать. А то, кроме длинного носа, можно и еще кое-какие отростки отморозить! Шли мы…

– Да ты, я вижу, мелко копаешь, Сережа, – заметила Люба и, поковыряв носком слоистые куски слежавшейся глины, добавила: – Глубже надо копать, а то здесь ничего не вырастет… Заслышав голоса, из «красного уголка» вышла Олимпиада Петровна. – Воркуете, голубки, – многообещающе произнесла она, – а работа…

— Съешь его! Съешь! — нестройным хором квакали жабенята. — Чтоб неповадно было обзываться и портить нам отдых! Гранди удалось уцепиться за камень и замедлить опасное продвижение к жабьей глотке, но жабенята тут же обрушились на него всей оравой и принялись колотить беднягу перепончатыми лапами. А одна…