Юмористическая проза

Хотя Глупс был очень уединенным местом, многие великие люди приезжали навестить нас, потому что папа занимал видное положение в палате лордов. Право же, визиты этих выдающихся и знаменитых людей, имена которых стали теперь достоянием истории, были самыми интересными событиями нашего детства в Глупее.…

Мне доподлинно известно, что мой друг Спагг, будь это только возможно, с радостью отказался бы от своего состояния. Раньше, когда я ничего не понимал в таких делах, мне всегда казалось, что нет ничего проще, как взять да и отдать принадлежащие вам деньги. Не тут-то было. Богатство – это тяжкое бремя,…

Мне всегда казалось, что настоящий юмор, по самой сути своей, не должен быть злым и жестоким. Я вполне допускаю, что в каждом из нас сидит этакое первобытное дьявольское злорадство, которое нет-нет дай вылезет наружу, когда с кем-нибудь из наших ближних стрясется беда, – чувство, столь же неотделимое…

— Ну, и еще один Маркс был, основоположник учения, — добавил я. Врач с сомнением посмотрел на меня, а потом поставил диагноз: — Сильно умный. Дальше рядового в армии не продвинешься. И ведь прав оказался! Правда, в 2001 году меня на месяц призвали на сборы. Там я стал младшим сержантом и даже…

У вас что?.. Вы настаиваете?.. Нет, минуточку, вы настаиваете?.. Депутат настаивает огласить его записку. Оглашаю. «Мне сегодня пятьдесят лет, прошу поздравить. Первый секретарь…» Дальше неразборчиво. Я думаю, что поздравляем от всей души. Теперь работаем. Кто «за»?.. Двести. Кто «против»?.. Двести.…

Сказано – сделано. Почтительное письмо с описанием изготовления польского бигоса отослано. Чего бы, кажется, теперь ожидать? Ожидать взрыва теткиной любви. А знаете, что из этого вышло? Вышло то, что в Костромской губернии, в Кологривском уезде баба-кухарка больно-пребольно выпорола сестриного…

Она подняла свои побледневшие брови и, жутко отчеканивая, сказала: – Головоломную. Он долго вспоминал это слово. Какое-то странное дуновение пробежало по воздуху, колыхнуло волосы. Может быть, слон вздохнул? 10 День бенефиса приближался. Уже готова была гигантская афиша, на которой было…

– А он бы им чего-нибудь на глас шестой спел, они б и отстали… – Тебя не спросился! Каки там гласы, когда его в цыганский пот ударило; как шкалик называется, только на третий день вспомнил… – Контузия, бабушка, по-военному это будет. – Что пузо, что брюхо, – мясо-то одно. А кузнеца, свет мой, прикрутили…

Закашлялась старушка, зашлась, поплевала в тряпочку, отдышалась и говорит: – Экий ты младенец стоеросовый… Ну что ж, бери! Свои бросили, чужой пожалел, водой попоил… Только смотри, шути да откусывай… Ежели какую тварь либо человека в бестелесный вид приведешь, помни, орел: только водкой зелье мое и…

Вечером позвонили из штаба и сказали, что с нашего корабля какой-то злодей спилил загребущий винт. Поэтому у нас есть два варианта: грести вручную со скоростью не меньше 20 узлов или добираться на подлодке. Второй вариант мы нашли более привлекательным. День 11.  Обучались подводному плаванию в бассейне…

Вот, посадят его утром на подоконник, отдохнуть после манной каши, а он давай глядеть на мир и прохожих с высоты второго этажа, за жизнью следить и соображать: что есть что? и кто есть кто? А высоты он и тогда уже не боялся. Считал, что — чем выше, тем кислорода больше и свет никто не застит. Короче…

Одно письмо было написано по-латыни. И наконец пришло краткое и бесхитростное послание: «Милостивый государь, когда прикажете приступить к работе? С совершенным почтением Ладислав Чижек, Коширже, постоялый двор Меджицкого». Уж если человек так напрямик спрашивает, когда ему приступить к работе,…

— Вот теперь ты сказал сущую правду! — воскликнул Вихтори Виртанен. — Так и меня моя пилила. Всегда. Без передышки: «Ты должен побриться, Вихтори, ты должен побриться, Вихтори, побриться, побриться — ться, ться, ться... Опять надрызгался, как свинья, опять надрызгался, как свинья, опять как свинья, свинья…

Входить в святая святых разрешалось не всякому: право на это имел только кадильщик. Когда он появлялся в Иерусалимском храме, толпа начинала петь радостные гимны, в храме зажигали светильники, все почтительно расступались; кадильщик, оставляя поющих за барьером, один поднимался на ступени святилища и…

- Хороший комод, - сказал Рамминз. - Там на нем всякие... - Фабричное производство, - отпарировал с легким презрением Баджиз. - Хотя знаете... - продолжил он и взглянул на комод. Голос у него дрогнул. - Знаете, мне как раз нужны четыре ножки, такие, как у вашего комода. Дома у меня есть столик, низенький…

Легли опять спать генералы, да не спится им натощак. То беспокоит их мысль, кто за них будет пенсию получать, то припоминаются виденные днем плоды, рыбы, рябчики, тетерева, зайцы. — Кто бы мог думать, ваше превосходительство, что человеческая пища в первоначальном виде летает, плавает и на деревьях…

— Пришла первой. Благодарю вас, сэр! С этого времени Кеггс начал проявлять известное внимание к Джону, возвысив его до собственного уровня, и даже стал видеть в нем друга. — Простите, сэр, — сказал он, — но Фредерик, которому поручен ваш багаж, просит узнать, как вы решили насчет собаки? Вопрос шел…

Дядя Толя-Паганель живет в двухкомнатной квартире, у него есть велосипед, магнитофон, две теннисные ракетки и гитара, разрисованная автографами всех бардов страны. Паганель молодой, лопоухий, стрижется «под Алешу», носит бороду и говорит вместо «вообще»— «апше». Это все, что у него осталось от одессита, —…

Несколько лет назад, будучи в Калифорнии, я съел своего первого в жизни моллюска и сказал, что вкус у него — «как у гонады, обмакнутой в машинное масло». Мне хотелось бы извиниться перед «Моллюсковой фиестой Боба–с–Бетти», а в особенности — перед Бобом, у которого, как я узнал впоследствии, только одно…

Доев и пудинг, и джем, лорд Эмсворт понес чашку кофе к самым полкам, где стояло его любимое кресло. Оттуда легко было дотянуться до книг о свиньях, в которых он черпал отдохновение уму. Выбрав одну и в нее погрузившись, хозяин Бландингского замка читал до той поры, пока не услышал за окном что-то вроде…