Книги из серии "Львы в городе"

В полете красная ряса вспыхнула огнем, а худощавое тело под ним покрылось серебряным каркасом с семицветными вставками. Успев принять полную боевую форму, силуэт с грохотом приземлился на черную землю, с легкостью устояв на ногах. Его лицо блеснуло торжествующей ухмылкой, после которой он взмахнул…

Водку они приносили с собой, но всех их следовало кормить, а ни у одной из нас не было сил стоять у плиты. Как результат – Алекс заказала кейтеринг у снабжавшей ее вечеринки постдефиле приятельницы, и вскоре поминальные речи уже контрастировали с легкомысленными птифурами: ломтики семги, крабовый салат,…

– Ну и ладно. Знаешь, я так волнуюсь. По-моему, это просто здорово, что мы сегодня вышли из дома в такую рань! Ее внезапный порыв смутил ее саму. Уже спокойнее она добавила: – Я хотела сказать, разве это не здорово, что мы оба любим природу, Трип? Для такого случая она выбрала шарфик ручной работы…

– Лада, не отвлекайся. Я заметила, что струйка тьмы скользит к окну, а ведь я не направляла ее туда! Тут же поправилась, извлекая из скрипки ноту чуть повыше. Струйка тьмы изогнулась и устремилась обратно ко мне. – Ты теряешь контроль? – спросил Дейш. – Нет. Как ты заметил, просто отвлеклась. Иногда…

– Так точно, Ваше превосходительство, – несколько ошеломлённый этими словами, ответил я. – Не удивляйтесь, господин капитан, мне об этом наш полицмейстер Батаревич поведал. Из-за этих способностей и возможностей я и пригласил вас на это совещание, Тимофей Васильевич. Необходимо провести разведку сил…

Я кивнул, и мы с Анной вышли на улицу. – Какая бодрая у тебя бабуля! Анна была несколько напряжена, ведь вокруг стояли десятки гвардейцев Голдсмитов, хотя и с опущенным оружием, но в полном боевом снаряжении. Однако, видя мой пофигизм, также начала потихоньку расслабляться. – О, бабушка Сара –…

Брови у Исиды удивленно поднялись вверх — виданное ли дело, Охотник извиняется, но я легонько подмигнул ей и кивнул на трогательную картину, как молодая Гая массировала плечи уставшему мужу. Исида кивнула и одними губами сказала: «Спасибо», а вслух же произнесла: — Проголодался? Разговор будет, как…

Смотрел я, как Пётр, пыхтя и потея, старательно строгал очередную доску рубанком, снимая стружку за стружкой. А сам думал о планах дальних. За день работы немало сделали. Вон, водяное колесо уже почти доделано — остались совсем немного. Завтра перемычки между спицами поставим, да лопасти как следует…

— Это верно, — меланхолично кивнул Демид, — однако каждая потерянная фигура — это лишь поражение в битве, а еще информация. И разве не в этом главная прелесть нашего Дара, отец? Иным дано смертельно ошибаться лишь раз, мы же можем ошибаться сколько угодно и в конечном итоге сокрушить даже самого могущественного…

И раз раньше меня такая тактика не подводила, то, надеюсь, не подведёт и впредь. Наша машина тем временем свернула с лесной дороги и выехала на широкую поляну, где находилось имение Распутиных. В прошлый раз я видел его днем. Теперь же мне довелось взглянуть на это место во всём его иллюминированном…

Теперь поняли фишку? Я сейчас взбалтываю психический фон, и катаклизм в астрале отражается на физическом мире. Ну, по крайней мер, так следуют из прочитанных исследований. Фу-ух, наверно, достаточно. На прощание сжигаю еще парочку хихикающих скатов. Ариведерчи, чучела! Нырок обратно кафе. Туман испаряется,…

Постепенно ближайший к вратам район эвакуировали, туда стянулись военные, прибыли усиленные отряды. Из тайных ангаров выкатились сотни танков, а практически все площади столицы теперь заставлены артиллерийскими установками. Город приготовился к полномасштабному вторжению в считанные часы, и надо будет…

И тут поток перегородила лошадь, а чья-то рука Андрея потянула к себе. Он не растерялся. Схватился за эту руку, а потом перехватился за луку седла и лошадь медленно вынесла и седока, и прицепившегося воеводу к берегу. Очень не хватало роста и мощи коню. Очень. Ибо он буквально на пределе сил с этим…

Ничего не говоря, он вытянул вперёд руку с ножом и шагнул ко мне, но вдруг резко остановился. В моей руке лежал «Макарыч». И это был не просто пистолет. Пистолет, из которого меня убили, приобретал сейчас магическую, нематериальную и непостижимую человеческим умом силу. — Ах ты ж мразь! — сказал я,…