Книги из серии "Орля"

18 мая. — Только что вернулся от своего врача — я пошел к нему потому, что совершенно лишился сна. Он нашел, что пульс у меня учащен, зрачки расширены, нервы напряжены, но никаких угрожающих симптомов не обнаружил. Прописал душ и бромистый калий. 25 мая. — Никакого улучшения! Сам не пойму, что со…

Ровно в три меня разбудили. Теперь уже и я надел на себя овчинную шубу, а Карл — медвежью доху. Мы выпили по две чашки обжигающе горячего кофе, сопроводили их двумя рюмками коньяку и вместе с лесником и двумя нашими псами, Плонжоном и Пьерро, отправились в путь. Не успел я выйти на улицу, как тут же…

Я не спорил: все это было правильно. Все-таки я высадился возле самого того места, чтобы попользоваться хоть остатками. А может быть, он, мошенник, ничего не поймает и уберется прочь? А сидел там плюгавый малый в белой парусине и большой соломенной шляпе. С ним тоже была жена, толстуха такая, уселась…

И вот, в один из таких вторников, после того как я все утро слушал истории тетушки Хромули, а потом вместе с нашим слугой рвал орехи в Аллетском лесу за фермой Нуарпре, мне захотелось еще раз подняться в бельевую. События этого дня так свежи в моей памяти, как будто случились только вчера. Я открыл…

Ландо остановилось у семиэтажного дома, я в качестве лазутчика вошел в темный вестибюль и с великим трудом разыскал мрачную дыру, где обретался привратник. Этот субъект подозрительным взором оглядел меня с головы до ног. — Скажите, любезный, в какой квартире живет госпожа Мелани? — спросил я. — Такой…

Но я не могла понять, каким образом они так быстро, и легко, и безошибочно понимают ее? Только ли она смотрит на них или еще кивает, делает какой-нибудь знак рукой? И я стала смотреть на нее в бинокль. Все оказалось до смешного просто: сперва выразительный взгляд, потом улыбка, потом чуть заметное движение…

— Доктор сказал — до утра не протянет. — Значит, плохо. Оноре мялся: нельзя же вот так, без обиняков, заговорить с ней о деле. Но, ничего не придумав, он вдруг выпалил: — Сколько вы с меня возьмете, чтобы сидеть с ней до кончины? Сами знаете, какой я богатей. Работницу, и то нанять не на что. Труды…

Из соседней комнаты доносился стук посуды. Блаженно улыбаясь, Марша сказал: — Дело идет на лад: в курятнике я отыскал бордо, под ступеньками крыльца — шампанское, а водку — пятьдесят бутылок самой лучшей — в огороде под грушевым деревом; оно при свете фонаря показалось мне что-то подозрительным. Из…

Много лет назад, когда я была молодая, мы познакомились с господином Бореном в этих самых местах. Было это в воскресенье. Он тогда служил приказчиком в галантерейном магазине, а я была продавщицей в магазине готового платья. Я так все помню, точно это случилось вчера. Мы с Розой Левек, моей подружкой,…

— Вот моя берлога, — сказал Симон, напрашиваясь на комплимент. — Очаровательная берлога! — ответил я. На крыльце появилась дама, разодетая для приема гостей, причесанная для приема гостей, с фразами, приготовленными для приема гостей. Это была уже не та белокурая и бесцветная девчонка, которую я видел…

— Ты говорила, что все мужья — скоты! — Да, скоты... все без исключения. — Ты права. — А потом? — В каком смысле «потом»? — Что я хотела сказать потом? — Откуда мне знать, раз ты не сказала? — Но я же собиралась что-то тебе рассказать? — Да, верно, а вот что?.. — Ага, вспомнила! — Ну так рассказывай.…

Мул остановился у тропы, что, извиваясь, виляя то вправо, то влево, сказочно прихотливая, ведет по отвесному склону к почти невидимому поселку у подножия горы. Женщины спрыгнули в снег. Вскоре подошли и оба старика. — Что ж, друзья, — сказал папаша Гаузер, — прощайте до будущего года, желаю вам бодрости.…

Спотыкаясь о камни, которые выкатывались из-под его босых ног, он бормотал: — Беда... беда... свиньи проклятые... человек с голоду подыхает... а им хоть бы что... плотник, не кто-нибудь... свиньи проклятые... ни единого су... ни единого... ну вот, дождь пошел... свиньи проклятые!.. Он ярился на несправедливость…