Книги из серии "Расследования Екатерины Петровской и Ко"

— В высшей степени я одобряю тех, кто уничтожает зло, едва оно народилось и не успело войти в силу, — это было тоже прочитано по-гречески голосом постарше — юношеским, ломким. Прочитано там, тогда. Грохот солдатских сапог, калиг, подкованных гвоздями, разорвал тишину ночи. Это было так реально! Человек…

Как данность следовало принять и то, что там, в мониторе компьютера, на холодных каменных плитах валялось тело растерзанного Чудовищем Вальдора. В Замке воцарился ужас. Хаос. Чудовище, расправившись с тем, кто бросил ему отчаянный вызов, снова бросилось по следу Принцессы. Кстати, о Принцессе… Илья…

Когда-то давно, когда в этом здании — еще таком неказистом, не ведавшем евроремонта — ютилась совхозная контора, здесь нельзя было повернуться от столов и шкафов, за которыми день-деньской заседали и курили, кричали друг на друга и по плохонькому телефону, требуя корма и запчасти для тракторов, скрипели…

В итоге задержание затянулось. Прокурор Илья Ильич Костоглазов, лично руководивший операцией совместно с милицейским начальством, трижды брался за мегафон, уговаривал подозреваемых сложить оружие и прекратить бессмысленное сопротивление. Не уговорил. А потом ОМОН пошел на штурм ангара. Вся операция…

– Давай вира по малой, волоки, пусть порадуются, разделят! – крикнул он трактористу, и трактор, взревев мотором, пополз по просеке в глубь леса, откуда тянуло дымом костров. – Как тут у вас? Все готово? – К егерям подлетел запыхавшийся офицер охраны Ермалюк. – Давайте живее. Ждут. – Ну, как там настроение-то? –…

Вот тут у кровати был пистолет. Теперь его нет. Девять ступеней вниз… На полу возле зеркала среди сплющенных обувных коробок – окровавленное крыло, покрытое змеиной чешуей, в электрическом свете распадающееся на части… Глава 2 ЖЕРТВЫ Такого теплого ясного вечера на Старом Арбате не случалось…

– Пора. Странная процессия двинулась за тележкой. Через калитку они все вошли на территорию кладбища. А свинья... Она, кажется, смирилась со своей судьбой. После того как человек без маски пощекотал ее за ушами, почесал ее горло, которое вот-вот должен был рассечь нож, она, жертва этой ночи, смирилась,…

Это был младший лейтенант милиции Елистратов, стоявший рядом с лейтенантом Федором Гущиным в оцеплении. Фуражка, погоны, серая милицейская гимнастерка – при полной выкладке, при исполнении служебных обязанностей, при всем честном народе, – этот двадцатилетний мальчишка в форме плакал, как ребенок, потерявший…

Там, за лесом, где дома и участки... Где столбы фонарей и антенны на крышах... Лай собак... И смех... И отблески синих телевизионных экранов на темных стеклах террас. Как в аду – все призрачно... И нет никакой веры происходящему, пока не увидишь собственными глазами или пока кто-то не скажет...…

– В темноте-то… по лицу… я чуть мимо унитаза… чуть не промахнулся, Томк… – Дурачок, трусишка. – Ну я тебе сейчас покажу трусишку! – Нет, нет, давай немножко поспим. Чуть-чуть, сил наберемся… Она обняла мужа, и он, положив голову ей на плечо, мгновенно (ее всегда забавляла и поражала эта его способность!)…

Как там показывают в кино – заснеженное поле и среди снега и льда мертвые солдаты. И валькирия кружит над полем. Ее крылья… Нет, теперь умирая, он знал наверняка – ее крылья не похожи на крылья стальных имперских орлов, они огромны и черны – кожистые, как у летучей мыши, все в струпьях и язвах. …

Отсеченное от нашего мира, когда Земля была совсем молодой. – Добро обязательно должно победить зло. Так? Нет ответа. Лишь эта искристая колкость, эта колючая искристость льда. Ветер и солнце, жалящее глаза даже сквозь темные очки. Эта сводящая с ума белизна, непорочность пейзажа. – Я к тебе обращаюсь,…

Может, поэтому через столько веков их тянет сюда, на старое место? Но, возможно, есть и какая-то иная причина. Этот вот багрово-тусклый, исполненный ярости и боли закат, например… В глуши пустыни, где только радио играет в деревенском магазине, и где-то далеко, очень далеко слышна орудийная канонада,…

Монотонное бормотание под нос и скрип тележки, на которой в больнице развозят свежие постельные принадлежности — только что из прачечной. Тележку толкает худенький человечек в больничной робе, и он все бормочет, бормочет. Когда-то давно он вызубрил наизусть служебную инструкцию больницы специализированного…

И пожелтевший лоскут белых подвенечных кружев… И мертвый оскал… Лицо, лишенное плоти… И много, много, много золотых ожерелий, бус и монист на мертвых костях. Видение… нет, галлюцинация, столь отчетливая и яркая… Надежда Крылова судорожно вздохнула, ей показалось, что легкие отказываются принимать…

Эти кошмары… Вот опять… Звон хрусталя. Грохот трамвая. Темная ночь. Стон. Женщина в широкой, как море, двуспальной кровати заворочалась, заметалась на подушках. Она стонала, почти кричала во сне. Кричала от страха и боли. Электронные часы-будильник на широком мраморном подоконнике показывали…