Книги из серии "Сильвио"

Подойдя к атаману, который склонился в поклоне, Николай отломал небольшой кусок каравая, посолил его, макнув в солонку, и отправил в рот. - Ваше Императорское Высочество Государь Наследник Цесаревич и Великий Князь Николай Александрович, - стараясь не сбиться, начал Иван Митрофанович Савин, распрямившись…

Сейчас у нее, запертой в темной клетушке под парами хлороформа, не оставалось надежды на будущее – словно у мушки, бессильно бьющейся в паутине голодного паука. 2 Человек часто – и ошибочно – полагает, что тьма есть вещь в себе, хотя это лишь отсутствие света. Тьма – это просто нехватка, а если…

Первой меня заметила хорошо одетая женщина, и завопила: "Вот он, убейте его!". "Ну не хера себе встреча с дорогими односельчанами!" — подумал я. И даже не сразу осознал, что прекрасно понимаю местный язык, хотя никаких воспоминаний донора мне не досталось. Тем временем в мою сторону направились три воина…

— Я бы попросил, герр Хубертус, подбирать слова! — зло отозвался неведомый мне Зигмунд на замечание своего «оппонента». — Не надо трепать честь германского офицера! Майора, который, к тому же старше и выше тебя по званию! Тебе ведь нужен был результат, Вольфи? И как можно скорее? Ну, так я не знаю других…

Крики. Они доносились сначала приглушённо, а потом всё громче, пронзительнее. Звуки распространялись по дворцу волнами, как круги на воде. Сигнализация. Гонги и колокола зазвучали одновременно, наполняя воздух дребезжащим гулом. Система оповещения о вторжении сработала безупречно. Слишком поздно, но…

— Дорогу Морозовой!! Дорогу графине!! — Рвали горла мастера по очереди. Один охрипнет, другой начинает. Куры вместе с людом в разные стороны разлетаются, а вот стадо невозмутимых коров мы чуть не снесли. Паладины ржут, как раз на привал мяска поджарить. Млад на скаку до самого говорливого дотянулся…

Нечего говорить, подходила к своему бывшему рабочему месту с замиранием сердца. Петренко встретил ее перед воротами. Никакого пропуска выписывать не понадобилось. Оказалось, отпечатки и пальца Кононовой, и роговицы ее глаза в памяти пропускной системы сохранились. Поэтому миновали первую проходную –…

— Марианна? — Гардич повернулся к ней. Но она молчала. Только наклонила голову на бок, не прекращая «сканировать» меня своими пульсирующими глазами. Гардич посмотрел на свой перстень. — В любом случае, он не одержим нечеловеческой сущностью. Теперь мы желаем осмотреть место схватки с одержимым…

Пару мгновений стояла тишина и никто не двигался, а потом начался настоящий ад: девушки, напуганные нормативами и гауптвахтой перед самым Новым годом, быстренько превратились в неуправляемое скопление людей, в простонародье именуемой толпой, и рванули на выход с удвоенной силой. Входная дверь, похоже,…

– Ну и ладно. Знаешь, я так волнуюсь. По-моему, это просто здорово, что мы сегодня вышли из дома в такую рань! Ее внезапный порыв смутил ее саму. Уже спокойнее она добавила: – Я хотела сказать, разве это не здорово, что мы оба любим природу, Трип? Для такого случая она выбрала шарфик ручной работы…

Но если не думать о том, как мне хочется её разорвать на части, то есть другая сторона медали: ангелу и её народу надо обеспечить существование моего мира. Если она говорит, что соприкосновение началось и будет более масштабным, то и обучать меня ангел должна действительно очень быстро, чтобы я успел…

Хотя приглядевшись, я понял, что поток вряд ли был свинцовым. Заряжены они были антимагическими зарядами. Прямое попадание очереди даже качнуло Доброхотова назад. Это что за звери такие? Честно говоря, ни о чём подобном я не слышал. Такая смесь технологий и магии действительно внушала уважение! По…

Айнур достала из кармана суконного пиджака их главного очки и блокнот. Пиджак чужак носил по-городскому, прямо на шерстяной свитер, несмотря на июльскую жару. Он был уже в летах. А записки его на русском языке… – Все надо сжечь дотла, брат, – деловито, совсем по-взрослому заявила пятнадцатилетняя Айнур…

Завидует немного. Но это нормально. Такой стресс пережил. Главное, что жив. Черные джипы, один за другим, заводили мощные моторы и, разворачиваясь, отъезжали от больницы, снимая блокаду. — Двуногий, что ты задумал? — Фырк, до этого молча наблюдавший за сценой, устроился у меня на плече. — Реально…