Чтение онлайн

Эти мины нам очень скоро пригодились при отражении контратак немецких танков в районе села Лопутьки. С началом боев 60-й армии за расширение плацдарма саперы 7-го гвардейского батальона инженерных заграждений постоянно находились в боевых порядках пехоты.

В одну из темных октябрьских ночей отличилась группа саперов под командованием старшего сержанта Баранова. Часа за два с небольшим гвардейцы сняли более четырехсот немецких противотанковых мин. Когда минеры уже закапчивали проделывание прохода, их атаковали гитлеровцы. Саперы отогнали врага огнем. Неудачей кончилась и вторая попытка фашистов помешать гвардейцам. Потеряв двадцать три человека, противник вынужден был отойти.

Успешно действовал после форсирования Днепра и 2-й гвардейский батальон инженерных заграждений. Его подразделения устанавливали минные поля на переднем крае, действовали в составе ПОЗов на танкоопасных направлениях.

Решительно и мужественно воевали минеры гвардии старшего лейтенанта Тушева. Переправившись через Днепр на подручных средствах под огнем противника, рота с ходу приступила к установке минных полей в районе Ясногородки. Когда вражеские танки и пехота пошли в контратаку, они напоролись на мины и вынуждены были отступить.

16 октября гитлеровцам удалось вклиниться в нашу оборону юго-западнее Дмитриевска и отрезать несколько частей. В окружении оказалась и группа подвижного отряда заграждений под командованием гвардии лейтенанта Ложкина. В течение двух суток минеры помогали пехотинцам и артиллеристам отражать атаки врага, устанавливая мины на боевых курсах вражеских танков. Лейтенант Ложкин был ранен, но продолжал руководить действиями группы до подхода подкреплений.

* * *

Но вернемся к событиям, происходившим в конце сентября, когда войска 13-й армии вели активные наступательные действия на правом берегу Днепра. Из данных разведки стало известно, что противник, сконцентрировав севернее города Чернобыль и южнее устья Припяти значительные силы танков и пехоты, готовится отбросить советские войска за Днепр.

Утром 30 сентября командир 1-го батальона инженерных заграждений майор А. И. Фролов был вызван в штаб бригады. Здесь ему вручили краткое предписание: «К 12.00 1 октября сосредоточить батальон в населенном пункте Гдень, в готовности действовать ПОЗами».

Майор Фролов, человек опытный, осторожный и рассудительный, прочитав предписание, озабоченно провел рукой по гладко выбритой голове. Он хорошо понимал, что, если батальон срочно перебрасывают на правый фланг армии, значит, именно здесь предстоят жаркие дела и нельзя терять ни минуты.

Действуя четко и энергично, Фролов за два часа до указанного срока сосредоточил батальон на окраине белорусского местечка Гдень.

Советская разведка не ошиблась. На рассвете 2 октября на правом фланге армии, в районе Колыбань, Зимовище, загрохотали вражеские пушки. После короткой артиллерийской подготовки вперед рванулись гитлеровские танки и пехота на бронетранспортерах. Немедленно получили приказы на установку минных полей подвижные отряды заграждений 1-го и 7-го батальонов (последний еще ранее дислоцировался в этом районе).

Гвардейцы начали устанавливать мины непосредственно на боевых курсах немецких танков. Надо сказать, что местность не благоприятствовала вражескому наступлению. В этом районе было много болот и труднопроходимых лесных участков. Поэтому движение танков, как правило, было возможно только по дорогам. Это облегчало действия ПОЗов — дороги можно было быстро перекрыть даже небольшим количеством противотанковых мин.

Заняв после ожесточенного боя Зимовище, фашистские танки двинулись на Кривую Гору. Но к этому времени все основные дороги были перекрыты минами, установленными ПОЗом гвардии старшего лейтенанта Тюрина из 7-го батальона.

На минных полях, установленных ПОЗом, подорвалось шесть танков, среди них два тяжелых T-VI и самоходное орудие «фердинанд», а также одна бронемашина. Моторизованная пехота, соскочив с бронетранспортеров, пыталась обойти минное поле по обочинам дороги. Однако ее остановили огнем минеры и подоспевший стрелковый батальон.

Несколько севернее, в районе Колыбани, противник, бросив в атаку большое количество танков, смял наше боевое охранение и пытался прорваться к центру населенного пункта. Навстречу гитлеровским танкам был брошен ПОЗ гвардии старшего лейтенанта Демочкина, также из 7-го батальона. Саперы ставили мины в пятидесяти — ста метрах от гусениц приближающихся танков. Особенно смело и решительно действовала группа гвардии старшего сержанта Лавруса. На минах, установленных этой группой, подорвались два тяжелых танка T-VI и один средний T-V («пантера»).

Минные заграждения, своевременно установленные частями бригады на рубеже Колыбань, Кривая Гора, задержали продвижение танков противника и сыграли важную роль в отражении его контратак. Гитлеровцы, убедившись в бесплодности своих попыток смять правый фланг 13-й армии, вынуждены были изменить направление главного удара. Основные усилия противник сосредоточил на правом берегу Припяти в районе города Чернобыль.

Прикрывая переправу у отметки 102,6 и дорогу, проходящую из Корниловки на станцию Янов, минеры 1-го батальона в течение двух ночей установили около тысячи мин. На них подорвались тринадцать танков и один бронеавтомобиль противника.

4 октября возникла угроза захвата гитлеровцами моста через Припять у Чернобыля. Мост надо было взорвать во что бы то ни стало. Майор Фролов поручил это ответственное задание старшему лейтенанту Гордееву.

К этому времени наши стрелковые подразделения уже отошли за реку. Гордеев на автомашине подвез взрывчатку и быстро заминировал мост. Расположившись в небольшом окопчике, метрах в двухстах от берега, старший лейтенант напряженно следил за дорогой. Вот из-за поворота в клубах пыли показались головные машины фашистской танковой колонны. Ключ подрывной машинки вставлен в гнездо. Гусеницы первого танка на настиле моста. Еще несколько долгих секунд, и резкий поворот ключа. Над мостом сверкает пламя, вверх летят обломки досок и бревен, фашистский танк заваливается в реку.

Вечером 5 октября майор Фролов приказал группе саперов произвести инженерную разведку левого берега Припяти. Старшим назначил гвардии сержанта Борисова.

Через два часа группа была готова к выходу. У каждого воина — автомат с запасными дисками, саперный нож, по одной противотанковой мине. Сданы на хранение партийные билеты, документы, ордена, письма близких. Последние рукопожатия товарищей, и восемь фигур растворяются в ночной темноте…

Уже под утро около взорванного моста раздались автоматные очереди, а затем все стихло. А минут через сорок Фролов слушал доклад Борисова. Оказывается, группа выполнила задачу и уже возвращалась к лодкам. Почти у самого берега саперы лицом к лицу столкнулись с десятком гитлеровцев и в короткой схватке их уничтожили. Наша группа потерь не имела.

* * *

Натолкнувшись на мощный отпор советских войск, гитлеровцы отказались от контратак крупными силами. Однако, пытаясь замедлить наше наступление, они время от времени на отдельных участках контратаковали, как правило, двумя-тремя ротами пехоты, поддерживаемой пятнадцатью — двадцатью танками. Учитывая изменения в тактике противника, подвижные отряды заграждений 1-го и 7-го батальонов всегда были в полной боевой готовности.

14 октября подвижный отряд заграждений 1-го батальона устанавливал мины на дороге Хоромное — Городчане. Около полудня усиленный батальон с танками контратаковал в этом районе позиции наших войск. Минеры вместе с пехотинцами огнем автоматов и ручных пулеметов отсекли гитлеровцев от танков и заставили их залечь. Танки, натолкнувшись на минное поле, попытались его обойти, но попали под огонь противотанковой артиллерии. Оставив на поле боя три танка и около роты пехоты, противник вынужден был отступить.