Чтение онлайн

Очень осторожно – сам не зная почему – он протянул руку и дружески похлопал по стене.

– Ну-ну, – сказал он. И как ни странно, почувствовал себя намного лучше.

Напролоуму пришло в голову, что в своих собственных владениях он, по идее, должен идти впереди, но торопящаяся матушка могла дать сто очков вперед всякому ярому приверженцу табакокурения, так что волшебник поспевал за ней лишь с помощью каких-то крабьих скачков.

– Сюда, – указал он, шлепая по лужам.

– Знаю. Здание показало мне дорогу.

– Да, я как раз хотел спросить об этом, – откликнулся Напролоум. – Видите ли, со мной оно ни разу не заговаривало, а я живу здесь уже много лет.

– А вы когда-нибудь к нему прислушивались?

– Нет, не совсем, – признал Напролоум. – Если честно сказать, нет.

– Вот видите. – Матушка протиснулась мимо водопада, образовавшегося на месте кухонной лестницы (белью госпожи Герпес уже никогда не стать таким, как прежде). – По-моему, нам сейчас наверх и дальше по коридору…

Она прошествовала мимо тройки потрясенных волшебников, которых поразила она и добила ее шляпа.

Напролоум задыхаясь бросился за ней и возле дверей, ведущих в библиотеку, схватил матушку за руку.

– Послушайте, – в отчаянии пролепетал он. – Не обижайтесь, барышня… гм, госпожа…

– Можете звать меня Эсмеральдой. Раз уж мы делили метлу, и все такое прочее.

– Можно я войду первым? Это все-таки моя библиотека, – взмолился он.

Матушка обернулась. На лице ее застыло удивление. Спустя некоторое время она вдруг улыбнулась.

– Разумеется. Вы простите меня за невежество…

– Просто ради приличия, понимаете… – извиняющимся тоном пояснил Напролоум и толкнул дверь.

Библиотека была битком набита волшебниками, которые заботятся о своих книгах так же, как муравьи охраняют свои яйца, и в трудные времена точно так же таскают их с собой. Вода проникла даже сюда и, благодаря необычным гравитационным эффектам, присутствующим в библиотеке, обнаруживалась в самых странных местах. Все нижние полки были очищены от книг; волшебники и студенты, сменяя друг друга, складывали фолианты на имеющиеся в распоряжении столы и сухие стеллажи. В воздухе стоял шорох рассерженных страниц, перекрывающий яростно ревущую вдали грозу.

Весь этот беспорядок донельзя расстроил библиотекаря, который носился от одного волшебника к другому, безуспешно дергая их за мантии и крича: «У-ук».

Заметив Напролоума, он со всех четырех ног-рук бросился к нему. Матушка, которая никогда не видела орангутана, не собиралась признаваться в этом и осталась довольно спокойной при виде невысокого человечка с круглым брюшком, необычно длинными руками и кожей двенадцатого размера на тельце, которое легко уместилось бы и в восьмом.

– У-ук, – разорялся он. – У-ууук.

– Полагаю, что да, – коротко ответил Напролоум и поймал за рукав ближайшего волшебника, шатающегося под тяжестью дюжины гримуаров.

Тот уставился на Напролоума, как на привидение, бросил косой взгляд на матушку и уронил книги на пол. Библиотекаря чуть удар не хватил.

– Аркканцлер? – с трудом проблеял волшебник. – Вы живы? Ну, то есть… мы слышали, вас похитили… – Он снова посмотрел на матушку. – В смысле, мы думали… Тритл сообщил нам…

– У-уук, – заявил библиотекарь, загоняя расползающиеся в стороны страницы обратно в переплет.

– Где юный Саймон и девочка? Куда вы их подевали? – требовательно спросила матушка.

– Они… мы положили их вон там, – пятясь, ответил волшебник. – Э-э…

– Показывай, – приказал Напролоум. – И перестань заикаться, можно подумать, никогда женщину не видел.

Волшебник с усилием сглотнул и энергично закивал:

– Конечно. И… я хочу сказать… пожалуйста, следуйте за мной… э-э…

– Ты ведь не собирался упоминать закон? – поинтересовался Напролоум.

– Э-э… нет, аркканцлер.

– Прекрасно.

Они поспешили за провожатым, едва не наступая на стоптанные пятки его туфель. Он пробирался между таскающими книги волшебниками, и те, завидев матушку, бросали свою работу и откровенно пялились ей вслед.

– Это начинает действовать на нервы, – уголком рта шепнул Напролоум. – Мне придется объявить вас почетным волшебником.

Матушка смотрела прямо перед собой, и лишь ее губы слегка шевельнулись:

– Только попробуйте, – прошипела она, – и я присвою вам титул почетной ведьмы.

Рот Напролоума быстро захлопнулся.

Эск и Саймон лежали на столе в одном из боковых читальных залов, и за ними присматривали с полдюжины волшебников. При виде приближающегося трио и поспешающего следом библиотекаря они нервно отступили назад.

– Я тут подумал… – сказал Напролоум. – Может, лучше дать посох Саймону? Он все-таки волшебник и…

– Только через мой труп, – отрезала матушка. – И через ваш тоже. Из него Они черпают свою силу. Вы что, хотите добавить Им могущества?

Напролоум вздохнул. Он неприкрыто любовался посохом. Это был один из лучших посохов, какие он когда-либо видел.

– Хорошо. Разумеется, вы правы.

Он нагнулся и, положив посох на тело спящей Эск, театрально отступил. Ничего не произошло. Один из волшебников нервно кашлянул. Ничего упорно продолжало не происходить. Резные узоры на посохе вроде как ухмылялись.

– Не работает, – отметил Напролоум.

– У-ук.

– Подождем немножко, – предложила матушка.

Они подождали. Потом подождали еще. За окнами по небу разгуливала гроза, пытаясь сорвать с домов крыши.

Матушка опустилась на стопку книг и потерла глаза. Рука Напролоума потянулась к карману, где лежал кисет с табаком. Один из волшебников помог своему нервно кашляющему коллеге покинуть зал.

– У-ук, – посоветовал библиотекарь.

– Знаю! – вскрикнула вдруг матушка, так что наполовину скрученная сигарета Напролоума выпала из его безжизненных пальцев, осыпая все вокруг табаком.

– Что?

– Мы же не закончили дело!

– Что?

– Поэтому она не может воспользоваться посохом, – заключила матушка, поднимаясь на ноги.